— Если ты ничего не имеешь против розового цвета.
— Мне нравится розовый, — Карли раскраснелась, так что щечки ее стали похожи на розовые бутоны. — Спасибо… Бабушка, могу я сама выбрать для них вазу? Ну пожалуйста…
— Конечно, детка. Не хотите ли что-нибудь выпить, мистер Свифт?
— Дункан. Я…
— Нам нужно идти, — вмешалась Фиби. — Мы и так задержались.
Она подхватила куртку, висевшую на спинке стула.
— Постараюсь не задерживаться.
— Увы, — вздохнул Дункан.
Не обращая на него внимания, Фиби чмокнула Карли в щеку:
— Будь умницей.
— Желаю вам приятно провести время, — сказала Эсси. — Дункан, надеюсь, вы еще зайдете к нам.
— Тогда мне придется принести с собой целый цветочный луг. Очень рад был познакомиться с вами.
Даже не оглядываясь назад, Фиби знала, что три пары глаз смотрят им с Дунканом вслед из окна гостиной. В то время как Дункан открывал ей дверцу машины, она бросила в сторону дома неодобрительный взгляд.
Так же она взглянула и на своего спутника, когда тот наконец сел за руль.
— Ты что, пытаешься расчистить себе путь, очаровав мою дочь?
— Ясное дело. А поскольку теперь я познакомился с твоей матерью и Авой, я намерен действовать и через них.
— Даже не знаю, чувствовать ли мне себя оскорбленной или радоваться твоей честности.
— Дай мне знать, когда решишь. Кстати, как ты относишься к лодкам?
— К лодкам?
— Если ты не любишь речные прогулки, мне придется подкорректировать свои планы.
— Да нет, с этим все в порядке.
— Вот и замечательно, — вытащив мобильный, Дункан быстро набрал номер. — Это Дункан. Мы уже едем. Хорошо. Прекрасно. Спасибо, — он снова убрал телефон. — Твоя дочь больше похожа не на мать, а на бабушку — и все из-за ямочек на щеках.
— Увы, мне нечего возразить.
— А кем вам приходится Ава?
— Она не родственница, но все равно член семьи.
Дункан понимающе кивнул.
— Еще у тебя есть старший брат.
— Младший. Картер моложе меня.
— Но он женат. Они живут вместе с вами в этом чудесном доме?
— Нет, у них свое жилье. Почему ты решил принести Карли розы?
— Ах, это… Понимаешь, я не так уж много знаю о семилетних девочках. И я никак не мог решить, стоит ли принести ей куклу или футбольный мяч. Конфеты — тоже не самый лучший выбор. Вдобавок я ведь послал тебе накануне цветы, а Карли могла почувствовать себя обделенной. Поэтому я и остановился на букете. А что, что-то не так?
— Да нет, все в порядке. Это и в самом деле было хорошее решение. Вряд ли Карли когда-нибудь забудет об этом. Все-таки это первый букет, подаренный ей мужчиной, такое не забывается.
— Полагаю, я не должен на ней после этого жениться?
— Во всяком случае, не в ближайшие двадцать лет.
Вскоре они уже были на месте. Поначалу Фиби решила, что Дункан заказал столик в одном из ресторанов на Ривер-стрит. Что-нибудь с видом на реку или даже ужин на открытом воздухе. Фиби порадовалась, что предусмотрительно захватила с собой куртку.
Но Дункан повел ее прямо к причалу. Миновав несколько лодок, они подошли к изящной белоснежной яхте. Прямо на палубе стоял столик, накрытый белой скатертью. Все это было освещено небольшими фонариками.
— Яхта, я полагаю, принадлежит тебе.
— Я ведь не зря спросил тебя про водобоязнь. В противном случае нам пришлось бы довольствоваться пиццей и наши отношения, скорее всего, закончились бы с последним кусочком.
— Какое счастье, что я люблю лодки и лодочные прогулки. Пиццу я ела вчера вечером.
Дункан помог ей подняться на борт. Еще несколько секунд ушло на то, чтобы приспособиться к качке. «Неплохо для первого свидания», — подумала она, хотя в чисто техническом плане эта встреча была уже второй.
— Тебе приходится много плавать?
— Я живу на острове Витфилд.
— Тогда понятно. — Она подошла к бортику и окинула взглядом реку. — Ты всегда там жил?
— Нет. И даже не собирался, — он достал из корзинки со льдом бутылку шампанского. — Так уж получилось, и мне пришлось смириться с этим.
— Что-то вроде выигрыша в лотерею.
— Можно сказать и так.
Шампанское выстрелило, и Фиби тут же повернулась к Дункану.
— Что ж, — заметил он, — я и в самом деле рассчитывал произвести на тебя впечатление. Яхта, шампанское, экзотическая закуска, что стоит сейчас под столом в специальном контейнере. Но это не главное. Я с самого начала подумал, как было бы здорово поужинать с тобой на реке — вдвоем, только ты и я.
— Насчет «произвести впечатление» было ясно с первой минуты. А вот что касается второй части — «только ты и я», то с этим проблематично. Не на время ужина, а на будущее вообще.
Дункан разлил шампанское.
— Почему?
Она откинулась на бортик, наслаждаясь легкой качкой и свежим ветерком.
— Слишком много разных проблем.
— Понимаю. Мать-одиночка, да еще такая работа.
— Ну да. — Она пригубила шампанское. — Это и еще многое другое.
— Например?
— Долгая история.
— А я никуда и не спешу.
— Ну ладно, раз ты так хочешь. Понимаешь, я была по-настоящему влюблена в своего бывшего мужа, когда выходила за него замуж.
— Хорошее дело. — Теперь он стоял рядом с ней.
— И я так думала. Я и в самом деле была очень сильно влюблена в него. Но уже тогда понимала, что мы с ним находимся не в равных условиях.
— В каком смысле?
— Он не был влюблен в меня так же сильно. На самом деле он просто не создан для этого.
— Похоже, ты пытаешься найти ему оправдание.
— Да нет. Если бы все было так просто… Рой ни разу не поднял на меня руку. Он никогда мне не изменял. Но для него этот брак значил куда меньше, чем для меня. Я это понимала, но думала, что сумею справиться с ситуацией. Потом я забеременела. Когда родилась Карли… — Фиби на секунду запнулась, затем продолжила: — Все осталось, как и прежде. Такое чувство, что ему было все равно. Вот так мы прожили почти год. Потом он сказал мне, что хочет развестись. Он сожалел, что вынужден так поступить, но, как оказалось, семейная жизнь — это не то, к чему он стремился. Теперь он был уверен, что ему хочется путешествовать. В этом весь Рой. Он слишком импульсивен. Он женился на мне под влиянием момента, потом точно так же согласился стать отцом. Ни то, ни другое не сделало его счастливым, поэтому он решил занять себя чем-нибудь другим.
Дункан вновь заправил ей за ухо прядь волос — случайное и в то же время такое естественное движение.
— Карли-то видела его хоть раз?
— Можно сказать, нет. Но она справляется с этой ситуацией куда лучше, чем я. И это лишь одна проблема.
— А как насчет второй?
— Моя мать страдает агорафобией. Она уже десять лет не выходит из дома. Просто не может.
— Она не выглядит…
— Чокнутой? Она так же нормальна, как мы с тобой.
— Я имел в виду не это, маленькая ты злючка. Я хотел сказать, что она не нервничает при появлении незнакомцев.
— Это разные вещи. Дома она чувствует себя в полной безопасности, а вот на улицу выйти боится.
— Думаю, ей очень нелегко. Как, впрочем, и тебе.
— Мы вынуждены с этим как-то справляться. Она очень долго боролась со своим страхом, но потом уступила. Она боролась ради меня и моего брата. Теперь же мы просто подстраиваемся под ситуацию. Мы с Картером и Ава с Карли.
— Это и в самом деле нелегко, — повторил Дункан, поворачиваясь к ней лицом. Теперь его рука находилась совсем рядом с ее локтем.
Глаза их встретились, и Фиби вновь почувствовала, как ее тянет к этому мужчине.
— Но я не понимаю, почему это может считаться препятствием к нашим с тобой отношениям.
Именно это она и пыталась определить для самой себя.
— Семья и работа отнимают у меня столько времени и сил, что их просто не остается на что-либо другое.
— По-моему, у тебя сложилось ошибочное впечатление, будто я требую к себе особого внимания. — Вернувшись к столику, он вновь наполнил оба бокала — сначала ее, потом свой. Фиби протянула было руку за шампанским, но Дункан, склонившись, коснулся губами ее губ.
