такая маленькая в его лапище. Мне страшно, страшно…
– Все будет хорошо, – коротко шепчет мой волк мне в волосы, подавшись ближе, и отстраняется, отпуская руку.
На пятой девушке сценарий происходящего неожиданно немного меняется. Ее так же отдают стае, так же бросают к ногам вождя, вот только Харгард останавливает взмахом руки уже подлетевших было к ней волков, которые собирались ее увести.
– Багряные братья! – начали он зычным голосом, – У этой самки волосы белы как соль из Дальних пещер, и я вижу в том знак для нас. Это была прекрасная охота, и девок нынче будет достаточно в общем доме, а соли вот в наших похлебках маловато!
– Да! Да! Дело говоришь! – заорали радостно волки тут же, но Харгард рыкнул, взмахнув руками, и вервульфы мигом притихли, давая ему договорить.
– Так может отдадим белую самку в дар Соляной стае и закончим тем вражду, начавшуюся два цикла назад. И привезем за нее целый обоз так нужной нам соли, а?
– Да-а-а! – заорали волки, – Хар-р-р!! Мудрый старик! Да!
И довольный Харгард махнул наконец волкам, чтобы девушку уводили.
Шестую и седьмую отправили в общий дом, как и первых четырех, на потеху всем волкам стаи. Восьмую совсем еще юный долговязый волк, которого Харгард назвал Клеем, попросил оставить себе. Но вождь ему отказал…Сказал, он слишком зеленый еще и не сделал ничего для стаи, чтобы получить такую привилегию…Его добыча плачет и цепляется за юного волка, он беспомощно зло рычит на вождя, но делать нечего – отрывает тонкие женские руки от своей футболки и бросает женщину в ноги Харгарду.
– Сила багряных в единстве, и мы выше сиюминутных порывов, выше желания на краткие дни получить самку, – изрекает вождь, кивая, чтобы девушку увели.
– Да, старый Хар, – молодой волк опускает голову, пряча блестящие обидой глаза.
– Придешь к ней в общий дом, Клей…
– Да…– юноша отступает.
А меня словно сковывает льдом от нахлынувшего ужаса, потому что мы следующие.
– Гер! Поздравляю тебя с удачной охотой! Двое! Как? Уж и не помню, когда было такое! – повернувшись к нам Харгард довольно скалится и даже отступает от ритуальных слов, которые повторял все это время.
– Великая Луна помогла, – кивает Гер, выходя вперёд и коротко кивая вождю, положив руку на грудь, как все волки до него.
– Отдаешь ли ты самок на благо стаи? – щурится Харгард, скользя по нам с Роной мутным желтым взглядом.
– Все моя жизнь на благо стаи, старый Хар, ты знаешь, – Гер медленно выпрямляется, смотря вождю прямо в глаза, – Я привел сразу двоих. И вы все знаете, что это добрый знак. И весть о нем разлетится по другим стаям, приумножая наш вес на Арае. А потому грех столь знаковым самкам стираться как козьи подстилки в общем доме. Тем более, что одна из них настоящий воин в душе и, отбиваясь, смогла зарезать нашего брата Хайда. И я хочу подарить ее лично тебе, вождь. Как символ нашей удачи в этом цикле, и чтобы и дальше нам помогала Великая Луна. Вторую же самку прошу подарить мне, так как я достоин этой награды. Что скажешь, старый Хар? Примешь ли ты от меня дар, одарив и меня?
Я замираю, не дыша, во все глаза наблюдая за старым Харгардом. Кажется, даже сердце в груди замолкает, боясь заглушить малейший изданный им звук. Страшно…
– Что ж…– тянет волк, хмуро взирая на нас из-под кустистых белых бровей, – Предложение твое имеет смысл, Пилот…
Рвано втягиваю воздух, покачнувшись. Облегчение еще боится разлиться по телу, но уже зарождается пузырящейся легкостью где-то внизу живота.
– И какая же из них воительница? – выгибает бровь вождь, разглядывая то Рону, то меня.
– Вертянка, Хар. Смотри как хороша, – Гер быстро толкает ее вперед, – Дикая как кошка, но разумная. Просто так бузить не будет.
Рона послушно опускает голову, сцепляет пальцы, ожидая, что вождь сейчас ее заберет. Но Харгард не торопится, оглаживая тяжелый подбородок. Молчит.
– А рыжая? – кивает вдруг на меня.
Пальцы Гера моментально сильнее впиваются мне в поясницу.
– Ее первую взял. Запах. Привык…– отрывисто сообщает.
– Привык, – хмыкает Хар, впервые в упор посмотрев на меня, – И как же отдавать будешь на исходе цикла? Знаешь же, нельзя привыкать. Тяжко потом будет.
– Знаю. Отдам, – бросает Гер глухо, но вопреки своим же словам порывисто притягивает мне к себе, вжимая спиной в свой торс.
Чувствую, как бешено колотится его сердце, буквально бьет меня в лопатку. И сразу снова страшно…Вжимаюсь в его горячее мощное тело сильней, опуская взгляд.
Ну, что Харгард тянет? Что?
Вождь, складывает руки за спиной и медленно подходит к Роне, обходит ее кругом, принюхиваясь, потом отступает и приближается к нам. Шумно втягивает воздух рядом с моим лицом, щурится. Протягивает руку и перехватывает мой подбородок, вертит мою голову влево-вправо, рассматривая внимательней.
– М- да, – отпускает и поднимает на Гера тяжелый мутный взгляд.
– Решение мое такое, Пилот, – зычно заявляет на всю поляну, быстрым взором окидывая всех притихших и с любопытством наблюдающих за нами волков, – Ты прав в том, что заслужил награду за свою охоту. И мне льстит, что одну из самок ты желаешь подарить мне в знак уважения и признания моего старшинства. Ведь верно я понимаю твой жест?
– Верно, – кивает Гер за моей спиной.
И я чувствую, как он, весь такой собранный до этого момента, напряженный немного расслабляется.
Хар бесцветно улыбается на это, цепко смотря Геру прямо в глаза.
– Вот только думается мне, Пилот, что справедливей будет не так. Ты воин, удачливый охотник, так и забирай себе воительницу. Сам сказал, что хороша да послушная! А я, так и быть, рыжую землянку. И от запаха ее не так корежить будет. Тебе же лучше, да? Все для тебя…
На мгновение повисает гробовая тишина. Я не сразу осознаю, что сказал Хар, только чувствую, как Гер мгновенно каменеет. А когда осознаю…Паника, липкая и ледяная, накрывает штормовой волной.
– Нет…– шепчу непослушными губами, – Не надо…
– Хар-р-р, я ее хочу. Отда-а-ай, – рычит Гер глухо за моей спиной, железными клещами сдавливая мне плечи и не желая отпускать.
Глаза Харгарда напротив тут же опасно сужаются, растекаясь звериным янтарем. Он улыбается, делая еще шаг назад от нас, и это настоящий хищный оскал. Желтые клыки выступают, приподнимая верхнюю губу. Отводит от Гера потемневший взгляд и хлопает в ладоши, привлекая толпу.
– Братья! Багряные! Как вы считаете? Я щедр?!
– Да- а-а!!! – ревут волки как один, тут же начиная топать ногами.
– Уважил я нашего брата, Гера, дав самку ему?!
– Да –
