наперебой передают какую-то новость. Я сначала стараюсь не придавать этому особого значения — мало ли что могло так удивить студентов. Может, экзамен новый ввели. Или вообще они рады тому, что Иллидия с Эдгарном приехали.
Но чем ближе я подхожу к академии, тем отчетливее я слышу упоминания ректора. А ведь его же вчера не было!
Я будто невзначай останавливаюсь у одной из групп, чтобы подслушать суть новости. А она оказывается простой и в то же время неожиданной для меня, разрушающей все надежды на спокойную жизнь.
Глава 26. Сайтон. Разговор
На мой особняк, в который прибыла Виола, напали демоны. Почти сразу же, как она переступила порог. То есть во-первых, в моем ближайшем окружении, которому я успел рассказать о своей «истинной», кто-то связан с демонами. Во-вторых, демоны повелись на ту лазейку, которую я оставил для них в защите. А, значит, изучали уязвимые места. Значит, это все-таки они и все их заверения о «мире и дружбе» наглая ложь.
Виола пострадала, но смогла взять в плен одного нападавшего. А разведчики выяснили, что следы ведут к западным долинам. Туда, где больше всего сосредоточено источников демонической энергии. Я начинаю примерно понимать их план. Не первый раз они предпринимают попытку распечатать их. Но без моей, то есть Правителя, магии у них ничего не выйдет.
Видимо, для них истинная Правителя — отличный вариант влияния на него, чтобы добиться нужного решения. Остается непонятным только то, почему они убивали их? Неужели все Правители так легко отказывались от своих любимых на благо страны? Не может такого быть.
Но, орочий потрох, уже никого не спросишь, а записей об этом разумно не оставляли. Потому что это подтверждало бы уязвимость Правителей и страны.
Перед глазами встает образ Эйви. Недовольный блеск в глазах, упрямо сомкнутые губы, которые хочется целовать и сжатые кулачки. Как будто она ими сможет себя защитить. Только я могу защитить от внешней угрозы. А от самого себя не смог…
Я должен точно знать, солгал ли мне Фавиус. Действительно ли то, что почувствовал дракон — правда.
Спрыгиваю с балкона и трансформируюсь. Да, не солидно для Правителя, но сейчас время важнее.
Гаргулья задница! Мне бы сидеть в своей резиденции, как это делал старый дракон, а не летать на своих крыльях. Но он и не уберег истинную. А я… Сделаю что угодно, чтобы с Эйви ничего не случилось. Особенно, если…
Дракон радостно рычит и ускоряется, ловит крылом попутный ветер. Естественно! Он летит к своей истинной. Он не боится, он жаждет встретить Эйви и узнать, что она беременна. Он не понимает, что это опасно для истинной. Но я-то понимаю.
Добираюсь до академии, мне кажется, быстрее, чем если бы прыгал несколькими порталами. Надо развивать этот способ перемещения. Сделаю это, но только после того, как пойму, что Эйви в безопасности.
Защита академии магически сканирует меня и беспрепятственно пропускает. Чужаков не пропустит. Спалит в воздухе плетением драконьего пламени.
Домик Эйви нахожу с такой же легкостью, как если бы я сам там жил. Она на втором этаже. Растеряна, в сомнениях. Как же мне хочется заключить ее в свои объятия, отогреть, успокоить.
Практически бегом поднимаюсь к ней, открываю дверь. Эйви заметно расслабляется, видя меня, и ставит подсвечник на стол. Серьезно? Пытается им защититься?
— Эйви, отвечай прямо и без увиливаний. Ты беременна? — без предисловий задаю вопрос, зная, что она может вновь попытаться уйти от ответа.
Ее «да» звучит как раскат грома даже несмотря на то, что я готовился это услышать. Обжигающая, ядовитая драконья эйфория растекается по венам. Уже заранее ненавижу себя. Убийца.
Об этом знал Джеральд, об этом знал Фавиус, так какого демона последним об этом узнаю Я?! Отчаяние. Терпкое, горьковатое, как полынь, отчаяние окутывает коконом. Не мое — ее. И при этом она еще не знает о проклятье. Я должен ей сказать.
Подхожу к Эйви со спины. Неимоверно хочу прижать ее к себе, но позволяю лишь едва заметное касание. Но даже от него ощущения сильнее, чем от объятий других девушек. Как можно эти ощущения с чем-то вообще сравнить?
— Если ты думаешь, Сайтон, что мне от тебя хоть что-то нужно, то зря, — натужно говорит Эйви. — Я справлюсь с ребенком и без тебя. Найду способ и обеспечить, и воспитать. Собираешься строить новую семью — делай это. Не лезь в мою жизнь.
Строить новую семью? Оставить ее наедине со всеми проблемами, в которых виноват я? Хорошего же она обо мне мнения. Дракон явственно чувствует малыша. Я неосознанно касаюсь живота Эйви, и меня будто молнией прошибает.
Моя истинная. Мой ребенок. Моя семья. Порву, испепелю, уничтожу любого, кто рискнет угрожать. К демонам разрушу это проклятие. Не отдам никому. Даже смерти.
— Собирай вещи, ты едешь со мной в столицу.
Она отступает от меня, гордо расправляет плечи и воинственно смотрит на меня. Эйви не была бы Эйви, если бы не показала зубки. Да и эта прибывшая суалийка оказалась не так проста. Они заключили практически нерасторжимый контракт с академией. Как проректор пошел на это? Сглупил?
Впрочем, неважно. Я все равно добьюсь своего, чего бы мне это ни стоило. Даже если мне придется немного временно сменить профиль деятельности…
— Ты будешь находиться рядом со мной, это не обсуждается, — предупреждаю я и делаю шаг к Эйви.
Удерживаю себя буквально в доле секунды от поцелуя и заставляю покинуть домик. Иначе эта встреча закончится совсем не так, как я предполагал.
Снова взываю в небо. Остается один единственный вариант, чтобы понять, что делать с проклятием. Лечу навстречу заходящему солнцу и уговариваю дракона быть быстрее. Мне предстоит встреча, которую я оттягивал долгие годы. Разговор с тем, кого я хотел бы любить всей душой, но от которого видел только холодность и равнодушие. Но если у кого и есть ответы, то только у него.
До одинокого особняка далеко в горах добираюсь, когда в ущельях уже непроглядная темнота. Никогда не понимал, зачем нужно было менять дом в долине реки на этот угрюмый и одинокий.
Спускаюсь по большой спирали, надеясь только на драконье зрение, и трансформируюсь, надеясь, что он дома один. Поднимаюсь по черным замшелым ступеням и вхожу в высокие деревянные двери, оплетенные искусно выкованными чугунными завитками.
Миную едва освещенный холл, так и не встретив никого из прислуги. Неужели и этих всех выжил? Остался наедине с этой змеей и живет в дыре.
— Не ожидал я
