этих миров те, чьё имя я по какому-то большому недоразумению ношу, — настоящие Странники. Я чувствую. Они где-то в этих мирах.
— И что нам это даст? — осторожно уточнил я.
— Понятия не имею, — Белла встряхнула головой, наконец фокусируя взгляд и посмотрев мне в глаза. — Вообще понятия не имею. Ты знаешь, Сандр, я думала, что это Дар нашей Многомерной Вселенной. Но сейчас оказывается, что это просто разбросанные по всей Вселенной семена, которые абсолютно случайно получают некоторые живые существа. А ещё я поняла, что я вообще ничего не знаю о Странниках. Кто они? Добрые они или злые? Самое главное — чего они хотят? Зачем они ушли? Столько вопросов, Сандр! — голос Беллы зазвенел от эмоций. — Ни единого ответа. Я даже не знаю, хочу ли я найти их. Но этот зов, Сандр… — она прикоснулась указательным пальцем к своему виску. — Он здесь, со мной. Утром, днём и ночью. И он не отпускает меня. Я чувствую себя какой-то марионеткой или роботом, в голове которого вшита программа, и который должен по приказу хозяина бежать к его ноге. Что со мной происходит, Сандр?
— Понятия не имею, — покачал головой я и рефлекторно притянул Беллу к себе, уже в процессе этого движения слегка очканув.
Можно было безопаснее зайти голышом в клетку со львами или поцеловать кобру, чем притронуться к Беллатрисе. Но так всегда раньше было. Сейчас же она сама положила голову мне на плечо.
Я услышал всхлип. Капец! Я на всякий случай посмотрел вверх: треснут ли небеса? Если Беллатриса плачет, значит, её действительно проняло.
— Я не знаю, Белла, кто они и что они. Но мы обязательно разберёмся. Вот только сначала наведём порядок в собственной Вселенной, а потом пойдём гулять по остальным. Договорились?
— Договорились.
Я услышал последний всхлип, вроде Белла успокоилась. Кажется, Сандр, ты потихоньку учишься обращаться с женщинами…
Глава 9
Многомерная Вселенная
Изнанка Запретного мира
Три тёмные богини сидели на своем любимом пляже. Вот только удовольствия ни в их глазах, ни в их позах сторонний наблюдатель вряд ли бы заметил.
Алкогольные коктейли стояли нетронутыми, а вокруг царило молчание, прерываемое лишь шумом волн, которые ленивым прибоем накатывались на песчаный берег.
— И что будем делать? — Тёмная сидела на шезлонге, подтянув ноги и обхватив колени, как маленькая девочка, встревоженная или испуганная чем-то.
Хотя почему «как»? Богиням было тревожно. Очень тревожно. Ведь они осознали, в какую ситуацию прямо сейчас все они попали.
— Надо идти к Сандру, — Морана закуталась в большой клетчатый плед — так, что только глаза и нос торчали наружу.
— Ага, только его сейчас во Вселенной нет, — сказала Пандора, единственная из всех, которая пыталась показать, что сейчас всё в порядке и чувствует она себя комфортно. Она даже попыталась сладко потянуться на шезлонге, но её привычная кошачья грация отсутствовала, движения были резкими и дёргаными, что говорило о том, что Пандора тоже напряжена. Очень сильно напряжена.
— Да, но он же когда-нибудь вернётся? — возразила Морана.
— А если нет? — хмыкнула Пандора.
И все внезапно замолкли, с ужасом глядя в пространство. Их всех поразила одна и та же ужасная мысль.
А что будет, если действительно Сандр куда-то пропадёт? Их клятва сдерживать непрошеных гостей в этом мире никуда не денется. А то, что сейчас надвигается на Запретный мир, перемелет их без остатка.
Здраво размышляя, три богини пришли к выводу, что и Сандр тут вряд ли поможет. Но уж слишком верили они этому странному Охотнику. Ну, или хотели верить. Ведь если это не так, то они умрут. А умирать им совсем не хотелось.
— Костяной забрал Тириуса и Арона, — тихо прошептала Морана и зябко поёжилась под пледом.
Это были тоже страшные события. Костяной Скульптор забирал их братьев и сестёр к себе в вечное служение, убивая их, воскрешая и пересобирая — как тело, так и душу. Те кадавры, внутри которых хранилась сломанная божественная сущность, внушали реальный ужас — как своим видом, так и фактом своего существования. Существования, которое доставляло боль, как им самим, так и всем окружающим.
— Я не хочу стать костяком, — жалобно добавила Морана. — Я не хочу терять своё тело.
— Ну, ты богиня Смерти, — в первый раз за разговор хмыкнула Пандора. — Ты и так, вроде как, мертва. Тебе чего бояться?
А вот Моране было не смешно.
— Смерти бывают разные. И то, что делает Костяной, — это не смерть, это проклятье. Поверьте, подруги, я вам точно не пожелаю такой участи.
И снова девушки замолкли, погрузившись каждая в свои мысли. И так же одновременно они вытянули головы, заранее почувствовав гостя.
Беззвучно на их пляже проявилась прекрасная воительница в сияющих ледяных доспехах. На голове у неё был фирменный шлем с крыльями.
Фрида, мать всех Валькирий, явила своё присутствие трём тёмным богиням.
— Странно, — её красивое лицо исказила лёгкая усмешка. — Я думала, что вы сейчас бухаете с горя, заливая свою печаль и проблемы.
— Чё припёрлась? — Тёмная мгновенно выпрямилась, встала и вызывающе задрала подбородок. Одно дело — показать свою слабость перед старыми подругами, которые боятся точно так же, как и она сама, а другое — перед этой заносчивой светлой, которая явно пришла сюда поглумиться над ними.
— Я пришла к вам с информацией, — сказала Фрида. — Вы же уже поняли, что творится во Вселенной и что является главной целью всех армий?
— Да, уже поняли, — Морана не спешила вылезти из-под пледа, но скинула его, по крайней мере, с головы, и так же откинулась на шезлонге в более свободной позе. — А вот что собирается делать Один?
— Один? — Глаза Фриды на секунду сверкнули льдом. Улыбка стала чуть шире, но она была какой-то грустной. — Один вышел из игры. Он будет праздновать в Асгарде.
— Праздновать что? — удивилась Пандора.
— Да вот и я хотела бы знать, что, — развела руками Фрида, на секунду представ не богиней, а обычной уставшей женщиной, муж которой творит несусветную херню. — Но это не важно. Смысл в том, что армии Асгарда поведёт не он. Это будет Ульрих. Урождённый Сигурд.
— Вот как? — Тёмная быстро сообразила, что к чему. — Это получается, по этим человеческим
