лет назад. В тот момент, когда Мак ещё был молодым Охотником. Та битва с Пустотой была записана в анналы Ордена, как переломный момент в войне с Пустотой. Вот только старому Маку, который на тот момент был ещё просто Маком, легче от этого не становилось. Его младшие братья, душу каждого из которых он знал так же хорошо, как и свою собственную, все полегли в неравной битве против врага, против которого у них не было ни малейшего шанса. Но они выстояли и дали время Первому Охотнику ударить Пустоте в тыл и обратить её вспять.
Тогда полегло пятнадцать легионов Ордена… А четырнадцать братьев Охотников Мака также отдали свою жизнь во имя человечества. Израненного, энергетически покалеченного Мака после боя подобрал Первый, когда Кодекс указал путь к единственному выжившему, находившемуся глубоко под перемолотой легендарным сражением землёй.
С тех пор Мак так и не восстановил свой легион. Это было не то, чтобы необычно. У Сандра и у Дэна также не было своих легионов. Но они, в отличие от Мага, никогда и не пытались.
В общем, что тут можно сказать? Только: «Счастливой охоты, братья!»
А вот у двенадцати Охотников, что пришли сейчас с Маком, свои легионы были. И прямо сейчас они разворачивались в боевые порядки прямо с марша, ударив по демонам, со всей мощи и буквально дезинтегрировав первые ряды демонов. От страшного удара выжил только Вельзевул, который, зарычав, попытался сбежать дальше.
Но уж нет! Такого шанса Старый Мак не упустит.
— Убейте здесь всех! — рявкнул он Охотникам, которые, слившись со своими легионами в единстве, уничтожали демонов тысячами. И тут же нырнул вслед за Вельзевулом. Краем сознания он почувствовал, что одна белая точка последовала вслед за ним.
Высший демон понял, что уйти ему не удастся, и развернулся, ощерившись.
— Охотник! — взревел он. — Ты так стремишься умереть?
— Слышишь, тупая ты образина! Так-то в предыдущей нашей встрече умирал именно ты! Причём два раза! — хмыкнул Мак и бросился в бой на демона, в глазах которого возникло узнавание и ужас.
Время прекратило свой поток, пространство затрещало, когда в смертельной битве схлестнулись два древних и чрезвычайно сильных воина.
Вот только силы были неравные. Высший демон по силе являлся подобным некоторым богам и мог бы создать определённые проблемы для любого Охотника. Кроме старого Мака, который являлся легендой даже среди своего братства.
Когда израненный Вельзевул, хрипя перерезанным горлом, валялся в луже чёрной крови и был уже не в силах поднять последнюю целую, не отрубленную руку, Старый Мак усмехнулся и бросил в пространство:
— Юный командор, подойди.
Та белая точка, которая последовала за Маком и Вельзевулом, оказалась молодым мужчиной, вчерашним юношей, а по возрасту души — вообще младенцем. Но то, что Мак чувствовал внутри этого парня, его полностью устраивало: Свет выбрал его, Свет благословил его, Свет посчитал достойным возложить на всё ещё хрупкие плечи этого юноши тяжёлое бремя восстановления Ордена.
— Ты должен убить его, — кивнул Мак на хрипящего под его ногой демона.
— Но это твоя добыча, Охотник, — безошибочно понял, с кем разговаривает, с лёгким поклоном проговорил юноша.
— Да, это моя добыча, — усмехнулся Старый Мак. — Но сегодня убьёшь его именно ты. Свету нужна жертва. Свету нужно подтверждение. И самое главное — всей Вселенной нужно оповещение, что Орден Паладинов снова в строю!
— При всём уважении, Охотник, — осторожно начал Паладин, — но заёмная сила во мне почти закончена. Я просто не знаю заклинания, которым я смогу убить это существо.
— Но, тем не менее, это не помешало тебе преследовать его в одиночку. На что ты вообще рассчитывал, юный командор? — с интересом посмотрел на Паладина Мак, и в первый раз за весь разговор юноша немного смутился.
— Честно говоря, в горячке боя… — нахмурился парень, — я несколько увлёкся. Ну, а так-то я рассчитывал, что в процессе битвы война-план покажет.
Мак не выдержал и громко расхохотался.
— Узнаю школу Сандра! Хорошего преемника он выбрал.
— Вы с ним знакомы? — нахмурился юноша, а потом в глазах его появилось понимание. — Наверное, вы Старый Мак?
— Верно, Кодекс меня побери! — покачал головой Охотник. — Сандр рассказывал обо мне?
— Очень много, — улыбнулся Андрей, потом не выдержал и странно хихикнул. — Всякое…
— Вот даже не сомневаюсь, что он преувеличил, — под ногой Охотника захрипел смертельно раненый демон, и Мак наконец вспомнил, где они находятся. Засунул руку за пазуху и достал один предмет, который засиял у него на руке, как белое солнце. Это был амулет в форме солнца, напитанный до краёв силой Света. — Это медальон Командора Ордена. И Свет просил передать его тебе.
— Но разве прошлый Командор не сгинул вместе с Орденом? — Андрей смотрел на протянутую руку, не торопился его брать. — Как же удалось это вам достать?
— Символ Командора не принадлежит человеку. Символ принадлежит Свету. Именно он выбирает, кому и как его передать. Держи, пацан, это великая честь. Прошлый Командор десять тысяч лет был на побегушках, прежде, чем Свет признал его достойным. А с тобой он знаком всё ещё шапочно. Но вот просил передать подарок.
Юноша всё ещё мялся, и Мак привёл последний аргумент:
— С ним у тебя хватит сил убить эту тварь. Это будет окончание. И после этого окончательно и бесповоротно Орден Паладинов вернётся во Вселенную.
Тут уж парень не переживал. Он взял символ, и Свет мгновенно начал перетекать в энергетическую структуру юноши, ещё до того, как он надел его на шею. Глаза его засветились белым светом. Он решительно воздел меч и вонзил его прямо в череп лежащей на земле твари. Багровый туман окутал меч и мгновенно впитался внутрь него, как губка.
Вселенная вздрогнула, как будто от звука громкого колокола.
— Ты слышал это? — приподнял бровь Мак.
— Да… — потрясённо проговорил юноша, вокруг которого сияние постепенно начинало бледнеть.
— Это услышало каждое существо в Многомерной Вселенной, — усмехнулся Мак. — Так что поздравляю, Орден Паладинов официально вернулся! Вот только у тебя проблема, пацан.
— Какая? — насторожился юноша.
— Не может быть полноценного Ордена без Капеллана.
— А кто это? И что это значит? Возможно, я могу назначить кого-то из своих?
— Не-а, не можешь, — покачал головой Мак. — По одной простой причине, что Капеллан
