class="p1">–
Должно быть, он был очень умным. Арчер на секунду задумался.
– Верно. В основном в математике и естественных науках. Мыслил он своеобразно, но научил меня всему, что мне нужно было знать.
Я кивнула, припомнив, как Энн говорила мне, что в школе Натан Хейл всегда слыл умником.
– Перед тем как приехать сюда, я расспрашивала о тебе в городе, – сказала я, немного смущаясь.
Арчер посмотрел на меня и слегка нахмурился.
– Зачем?
Я задумчиво склонила голову набок.
– После нашей первой встречи… меня что-то привлекло, – я прикусила губу. – Захотелось узнать тебя получше.
Мои щеки вспыхнули.
Арчер секунду пристально смотрел на меня, как будто пытался что-то понять, затем поднял еще один плоский камешек и бросил его в воду, заставив подпрыгнуть так много раз, что я потеряла его из виду еще до того, как он утонул.
Я медленно покачала головой.
– Если бы они только знали…
Он повернулся ко мне всем телом.
– Если бы кто только знал? Что именно?
– Все в городе. Знаешь, некоторые из них думают, что у тебя не все в порядке с головой, – я тихо рассмеялась. – Это действительно смешно.
Он снова пожал плечами, подобрал палку и бросил ее Китти, которая приближалась к нам.
– Почему ты позволяешь им так думать?
Он выдохнул и несколько секунд смотрел на озеро, прежде чем повернуться ко мне.
– Так проще.
Я изучала его, а затем вздохнула.
– Мне это не нравится.
– Так было долгое время, Бри, все в порядке. Всех все устраивает.
Я не совсем поняла причину, но заметила, как напряглось его тело, когда мы заговорили о городе, поэтому отступила, желая, чтобы он снова почувствовал себя со мной комфортно.
– Итак, чему еще ты можешь меня научить? – поддразнила я, меняя тему.
Арчер вскинул бровь и посмотрел мне в глаза. Мой желудок сжался, и странная стайка бабочек запорхала у меня под ребрами.
– А чему можешь научить меня ты? – спросил он.
Я слегка покачала головой, постукивая указательным пальцем по губам.
– Наверное, кое-чему могла бы.
– О да? Чему же? – Его глаза слегка вспыхнули, но затем он отвел взгляд.
Я сглотнула.
– Ну… – прошептала я, а затем продолжила жестами, чтобы он посмотрел на меня. – Когда-то я действительно была хорошим поваром.
Не знаю, зачем я это сказала. На самом деле я не собиралась готовить для кого-либо или учить кого-то готовить. Но в тот момент это было первым, что пришло мне в голову, и мне захотелось заполнить возникшую между нами странную неловкость.
– Ты хочешь научить меня готовить?
Я очень медленно кивнула.
– Я имею в виду, если это не одна из многих вещей, которые ты уже освоил.
Он улыбнулся. Я все еще не привыкла к таким проявлениям эмоций с его стороны, и эта улыбка заставила мое сердце забиться быстрее. Его улыбки были словно преподнесенный редкий подарок. Я хватала их и прятала где-то глубоко внутри себя.
– Мне бы этого хотелось, – сказал он через минуту.
Я кивнула, улыбаясь, и Арчер одарил меня еще одной улыбкой в ответ.
Мы гуляли по берегу озера еще около часа, находя камни и бросая их в воду, и наконец я смогла сделать так, что мой камешек подпрыгнул трижды.
Вернувшись домой, я поняла, что у меня уже давно не было такого хорошего дня.
На следующий день я прихватила из закусочной несколько бутербродов, заехала домой, приняла душ и переоделась, посадила Фиби в велосипедную корзину и снова отправилась к Арчеру. Несмотря на то, что именно я появилась в его доме и инициировала наше совместное времяпрепровождение, я чувствовала, что он тоже прилагает усилия, просто позволяя мне себя навещать.
– Слушай, Арчер, – спросила я, – если твой дядя не знал языка жестов, как же ты с ним разговаривал?
Мы сидели на лужайке у его дома. Китти и щенки лежали рядом с нами на одеяле: маленькие пухлые малыши ползали вокруг, временами теряя мать, – потому что были еще слепыми, – пока она снова не придвигала их к себе.
Фиби тоже лежала неподалеку. Она проявила некоторый интерес к щенкам, но особого внимания на них не обращала.
Арчер посмотрел на меня снизу вверх – он лежал, подперев голову рукой, – а затем медленно сел, чтобы можно было двигать руками.
– Я почти не разговаривал, – он пожал плечами. – Писал, если это было важно. В основном просто слушал.
С минуту я молча смотрела, желая получше разглядеть выражение его лица, но оно было скрыто за растрепанными волосами.
– Как ты выучил язык жестов? – наконец негромко спросила я.
– Сам научился.
Я наклонила голову и откусила от бутерброда с пастромой, который держала в руке. Арчер расправился со своим бутербродом примерно за тридцать секунд, съев большую его часть, но поделившись кусочками мяса с Китти. Я отложила бутерброд.
– Как? По книгам?
– Да, – кивнул он.
– У тебя есть компьютер?
Он посмотрел на меня, слегка нахмурившись.
– Нет.
– А электричество у тебя есть?
Он покосился на меня с удивлением.
– Да, у меня есть электричество, Бри. Разве оно есть не у всех?
Я кивнула, решив не сообщать ему, что он производил впечатление человека, которому необязательно иметь современные удобства.
– У тебя есть телевизор? – спросила я через минуту.
Он покачал головой.
– Нет, у меня есть книги.
Я снова кивнула, рассматривая мужчину, сидящего передо мной.
– И всем этим вещам, которыми ты занимаешься, – каменной кладке, садоводству, – ты просто научился сам?
Он пожал плечами.
– Любой может научиться делать что угодно, если у него есть время. У меня время есть.
Я наклонила голову, отщипнула от своего сэндвича кусочек мяса, прожевала и спросила:
– Откуда у тебя столько камней для дорожки и патио?
– Некоторые я собрал у озера, другие купил в городе в садовом магазине.
– И как ты их сюда доставил?
– Сам принес, – сказал он, посмотрев на меня так, словно это был безумный вопрос.
– Так ты не водишь машину? Везде ходишь пешком?
– Да, – ответил он, пожимая плечами. – Ладно, двадцати вопросов достаточно. Что насчет тебя? Что ты делаешь в Пелионе?
Я секунду изучала его, прежде чем ответить. Золотисто-карие глаза были устремлены на меня в ожидании ответа.
– Я… как бы… путешествую по миру, – начала было я, но тут же осеклась. – Нет, знаешь что? Я сбежала. Мой отец… умер… и случилось еще кое-что, с чем мне было трудно справиться… и я испугалась и убежала, – я вздохнула. – Вот и вся правда. Не знаю, зачем я тебе это рассказала, но это правда.
Он изучал меня чуть дольше, чем обычно, и я начала ощущать себя беззащитной, поэтому
