куда подевался Норман Грансильвер. Нэнси же разводила руками, мямля что-то про Лалу, которая была тут всего пол часа назад и так же кричала, требуя выдать Нормана.
— Вот, набросились на парня, — бубнила старуха, — лежал себе, никому был не нужен. А тут обе в одну ночь... Не знаю я, где он. Сару спроси.
Но Сары не было. Дженни заставила учителя геометрии открыть ей дверь в самую полночь, заставила его пустить себя в гостиную, где еще вчера она видела Нормана, но заставить его вызвать Сару она не смогла, как ни умоляла, каких денег не обещала.
— Нет Сары тебе! — хлопнул перед ее носом дверью учитель, предварительно выпроводив ее на лестницу, и Дженни услышала, как он задвигает защелку.
Норман исчез и его нигде не было.
Растерянная и перепуганная, Дженни бегала по городу, в надежде, что Норман просто ушел. Дом его был темным, как и положено быть ночью дому благородного человека. Дженни стояла под окнами, пытаясь понять, что еще могло с ним произойти. Волосы ее растрепались, а щеки были перепачканы потекшими румянами и подводкой для глаз, которая стекала от обильных слез, которые она пролила за это время.
К Кейру Дженни не пошла боясь, что он просто ее побьет.
— Я не собираюсь вас бить, — Кейр скривил губы, и глаза его стали темнее сапфиров, — Дженни, вы все же должны поговорить с Сарой. Возможно, завтра.
— Да, — она затрясла головой, — я поговорю. Я буду ждать ее сколько потребуется!
— А теперь умойтесь наконец, — он снова усмехнулся, — вы похожи на испорченную куклу, а не на женщину.
Дженни молча ушла в будуар, и вышла достаточно быстро в простом белом платье и без косметики. Кейт опешил, неожиданно увидев перед собой красивую юную мисс вместо размалеванной и безвкусно одетой проститутки.
— Удивлены? — улыбнулась она, — мистер Морган, я — дочь джентльмена. Но, увы, теперь это уже не важно.
Она поставила чайник и вскоре заваривала чай, усадив Кейра к столу, будто он был не в борделе, а в приличном доме. Потом они пили чай, и он пытался успокоить расстроенную и перепуганную Дженни, которая в этом виде нравилась ему гораздо больше и даже вызывала сочувствие.
— Вы заплатили за визит, мистер Морган, — под конец сказала она, уловив интерес в его глазах, — если желаете... — она кивнула на постель.
Он вспыхнул. Очарование минуты разрушилось, и отвращение к продажным женщинам, даже если они такие красивые и воспитанные, взяло свое.
— Благодарю за предложение, Дженни, — пробормотал он, — но мне пора идти. Меня ждут с известиями, я очень прошу вас сходить к Саре и дать мне знать о результате вашего разговора.
— Хорошо, — она кивнула, как ни в чем не бывало. Потом подошла к шкатулке и вынула из нее деньги, — мистер Морган, вы уж второй раз платите просто так. Я прошу вас...
— Даже не думайте! — Кейр схватил шляпу и бросился к двери.
Деньги ему были совсем не лишними. Но он даже представить себе не мог, что берет деньги у проститутки.
Дверь хлопнула.
Дженни закрыла шкатулку и задумчиво подошла к окну. Кейр уже спустился вниз, и она видела, как он идет по улице уверенным быстрым шагом. Забавный малый, совсем не такой, как Норман. Вспомнив о Нормане, она закрыла лицо руками и закусила губы.
Слезами горю не поможешь. Остается только идти ждать Сару. Дженни повязала передник, взяла корзинку, и отправилась проведать Дэвида. Вот он удивится, увидев ее такой... невинной.
…
Статьи давались Дэвиду легко. Лала вызывала его запиской к себе, и там, в ее домике, он встречался со своими заказчиками. Люди приносили сведения, которые нужно объединить в статью и подать так, чтобы очернить героя статьи как можно больше. Дэвид обговаривал нюансы, мельчайшие подробности, которые могли оказаться важными, брал документы, и шел в свою квартирку, чтобы несколько следующих дней работать без сна. Задачей его было написать статью так, чтобы она не вышла в газете. Написать так, чтобы герой статьи был готов отдать за документы и рукопись любые деньги.
Если же статья попадала в газету, скандал был обеспечен. Такое случилось всего дважды. Один раз отказался платить за статью старый банкир, придушивший свою жену в темном уголочкестарого замка, а второй раз — богатый лорд, укравший с помощью махинаций состояние своего дяди. Оба случая привели к самоубийствам, но Дэвид не винил себя ни в чем. Старик банкир был достоин смерти за убийство, а лорд был еще тем негодяем, и тоже заслужил смерть.
После статей, громко названными расследованиями, имя Дэвида Корвела стало популярно. Его приглашали в красивые гостиные, его отводили в нишу окна, и просили взяться за то или иное дело. Однажды Дэвид согласился, и они с Лалой и ее сыновьями сумели распутать целый клубок семейных тайн одного из родов. Виновник страданий своих родственников добровольно отправился к праотцам, а наследник его выделил Дэвиду такую огромную сумму, что тот только раскрыл рот... И стал подыскивать себе фешенебельную квартиру поближе к дому семейства Грансильвер.
Дэвид все время думал о Розе.
Все, что он делал, он делал для Розы. Для того, чтобы стать равным ей. Для того, чтобы она не побрезговала взять от него букет! Красивый и яркий, он нравился женщинам, но не привечал никого, кроме Дженни. К Дженни он привык, и отношения с ней не считались за отношения. Он платил, она раздевалась. Он не любил ее и не должен был любить. Он любил только Розу...
Головокружительный взлет карьеры вскружил ему голову. Дэвид оказался не готов к славе, к хлынувшему ему в карман потоку денег. Сегодня ему повезло, и он нашел удачную квартиру в небольшом переулке рядом с Гайд-парком. Нужно было подумать о покупке лошади, о обстановке для новой квартиры, о наполнении для огромного гардероба, что стоял в широком коридоре около спальни. Он отправил крупную сумму матери, чтобы та купила платья его четырем сестрам и рубашки двум братьям. Наверняка она отложит деньги на черный день, который случался с семейством викария Корвела не так и редко, но сыновий долг он выполнил и был ужасно доволен собой.
...
Свое новое амплуа расследователя Дэвид не оправдал. Он ничего не знал о Нормане, хотя удача, казалось, сама падала ему в руки. Он не знал, что брат его возлюбленной
