хотел бы угостить барышню обедом.
— Ах, как это чудесно вы придумали, мосье Жерар! — вскрикнула в восторге девочка, глазки которой разгорелись при виде расставленных на окнах лакомств, — Я очень голодна!
— Вот и прекрасно! Мы с вами зайдем в этот ресторанчик; видите, какой он чистенький и, главное, вполне приличный для такой славной маленькой леди… И вы увидите, что старик Жерар умеет не только учить танцам, но и заказывать обеды.
Он торжественно ввел ее в ресторан, пододвинул стул ближе к столу и усадил маленькую леди, потом достал очки, с достоинством принял от официанта карточку блюд; наконец, вынул карандаш и с любезным поклоном обратился к своей спутнице:
— Теперь, маленькая леди, будьте добры сказать, чего бы вы хотели скушать.
«Леди Джэн» задумалась, даже лоб наморщила и закусила нижнюю губку: заказать обед — дело нешуточное! Но вот глазки ее заискрились радостью и личико осветилось прелестной улыбкой: она придумала обед!
— Мне бы хотелось мороженого, мосье Жерар, — объявила она.
— Конечно, это очень хорошо — мороженое, — заметил серьезно мосье Жерар, — но прежде надо скушать чего-нибудь, так сказать, существенного: тарелочку супа, рыбки какой-нибудь под соусом и… и птичку, маленькую птичку с горошком, и салатца немножко, не правда ли?
— А мороженого? — спросила разочарованно «леди Джэн» и даже подалась вперед от волнения.
— А потом и мороженого скушаем — это само собой, и торту спросим, и маленькую веточку винограда, — успокоительно пересчитывал мосье Жерар, старательно выписывая заказ своими дрожащими старческими пальцами — Ну, вот и готов наш обед, — сказал он, с сияющей улыбкой передавая заказ официанту.
«Леди Джэн» кивнула одобрительно головой. Пока они ждали обеда, ее быстрые глазки с любопытством перебегали с предмета на предмет, потом остановились на мосье Жераре, и в них выразилось безграничное восхищение. Девочка неожиданно нагнулась к старику и шепнула:
— Какой вы сегодня миленький, мосье Жерар, просто прелесть! Знаете, что я вам скажу: пожалуйста, пожалуйста, никогда не надевайте фартука!..
В это время Пепси одиноко сидела у окошка. День показался ей необыкновенно длинным. Она с возрастающей тревогой поглядывала на улицу в ожидании возвращения веселой компании. Она знала, что к вечеру они должны возвратиться домой. Уезжая, тетя Модя говорила, что не станет дожидаться вечерней процессии, и Пепси недоумевала, что могло их задержать. А тут, как нарочно, и «Мышка» не возвращается — этакая ветреница! Ведь сказано ей, чтобы шла домой, как только пройдет процессия. И знает ведь, негодная, что без нее и обеда-то некому состряпать. Пепси ничего не ела с самого утра; утром за хлопотами да за сборами она забыла поесть; теперь же она сильно проголодалась; да и ждать уж очень скучно. Цапле и той надоело ждать. Она то и дело хлопала крыльями, подпрыгивала, натягивая свой шнурок, и сердито долбила пол клювом.
Мадам Жозен недавно вернулась и с комфортом расположилась обедать в своей комнате. Пепси окликнула ее через дверь, спрашивая, не видала ли она тетю Модю с детьми и «леди Джэн», — на что Жозен сухо ответила, что она сидела в галерее со своими друзьями: я, дескать, была в слишком хорошем обществе, чтобы обращать внимание на какие-то там повозки с их седоками.
— Должно быть, мадам Пэшу решила остаться до вечера смотреть вечернюю процессию, — прибавила она равнодушным тоном.
Пепси попробовала было успокоиться на этом, но скоро у нее явилась новая тревога: ей пришло в голову, что «леди Джэн» должна быть голодна. Тетя Модя не взяла с собой никакой еды. Пепси это знала, а при таком стечении народа, как сегодня, попасть в ресторан было довольно трудно, да тетя Модя, наверное, и не станет пытаться делать это с такой оравой. Пепси вспомнила о непозволительно долгом отсутствии «Мышки». Это окончательно испортило ей настроение. «Надо будет хорошенько ее разбранить», — подумала Пепси и вдруг увидала, что «Мышка» бежит через улицу. Пепси еще издали заметила, что она находится в сильном волнении: бренные остатки ее домино развевались по ветру, а комическая рожица выражала полную растерянность.
— О, мисс Пип! — завопила «Мышка», ураганом влетая в комнату. — Мадам Пэшу послала меня вперед сказать вам, что наша мисс леди пропала.
— Как пропала?! — вскрикнула Пепси, всплеснув руками и разражаясь потоком слез — Как могла она пропасть и где?
— Да там, на улице Канала. Мы нигде не могли ее найти.
Глаза Пепси сверкнули гневом.
— Значит, вы бросили ее одну!
— Мисс Пип, ничего нельзя было поделать в этой давке… Народ так и валил… нас как-то оттерли друг от друга, а мисс леди такая маленькая, ручка ее и выскользнула из моей… Уж я так старалась держать ее, так старалась, да ничего не поделаешь…
— А где был Тибурций? Неужели и он ее бросил?
— Все мы были вместе, и он с нами, да ничего не помогло: народу уж очень много — так и валит, говорю вам!
— «Мышка»! Ты меня в могилу сведешь. Слушай: если ты не найдешь мне Джэн сейчас же, я тебя возненавижу, так и знай! — и Пепси даже зубы стиснула от злости.
— Ах, что же мне делать! Да ведь там все ее ищут!.. Не убивайтесь же вы так: цела будет, что ей сделается?
— Ступай ищи ее, слышишь? Чтоб ты сейчас же привела мне ее, или… — Не находя слов от волнения, Пепси откинулась на спинку стула и заломила руки — Одна на улице!.. Ночь на дворе… Бедняжечка ты моя!.. А я сижу тут и ничем не могу помочь!.. Чего ты тут стоишь и таращишь на меня глаза? — накинулась она опять на «Мышку». — Ступай! Ищи ее! Ведь я сказала! — и Пепси замахнулась на «Мышку» щипчиками.
— Не сердитесь, мисс Пип, я сейчас… я духом слетаю и приведу ее! — крикнула «Мышка», отмахиваясь от воображаемого удара, и, как бомба, вылетела из комнаты.
Когда Пепси осталась одна, ей стало еще тяжелее. Она напряженно всматривалась в сгущающийся сумрак и плакала.
Из комнаты мадам Жозен виднелся свет, но дверь была заперта. Вечер был холодный, и улица опустела. Бедной Пепси не с кем было отвести душу. Одинокая сидела она в темной комнате; только цапля шевелилась в углу, точно призрак, да жалобно тянула свое вечное «тонь! тонь!».
Вдруг Пепси услыхала стук колес и, торопливо взглянув в окно, увидела знакомую повозку. Сердце у нее так и застучало.
— Наконец-то! — проговорила она. — Это наши. Как было глупо так пугаться!.. Ее нашли и везут целой и невредимой.
Но вместо нежного голоска своей любимицы Пепси услыхала голос дяди Пэшу, и в следующую минуту в комнату вошла
