на человека глаза.
— Ай, да ладна, шошь ты не знаешь, шо ты еврей и я еврей? — усмехнулся Фома опешившему Моне, который сидел с приоткрытой пастью и пытался сообразить, когда это они успели породниться. — В общем, мужики, — сделал театральную паузу, чуть склонив голову в сторону Тамары и Рыси. — и Да-амы… Я — ЗА! — сказал он уже нормально, без всякого кривлянья.
— Ну, а ты, что думаешь. — спросил Леший молчаливого Филина.
— Думать тут нечего. Если даже Фома не усомнился, то и мне сомневаться не стоит. Я — ЗА.
— Аби? — Леший вопросительно посмотрел на Абирона.
Мальчишка закивал головой, словно китайский болванчик: — ЗА!
— Рыся? — командир перевёл взгляд на девочку.
— Да, я тоже — ЗА.
— Док?
— Конечно. Я только ЗА.
Леший переглянулся с остальными главами стаба.
— Ну, что я могу сказать, — Манчестер сложил на животе пухлые ручки, с обручальным кольцом на пальце, сцепив их в замок, — я вижу только плюсы. Много плюсов. Главное, чтобы эта затея не вышла из-под контроля. Есть, конечно, и минусы, но плюсов больше. Поэтому, я — ЗА… Седой, что ты на это скажешь?
— Ментальный фон этих мутантов абсолютно не соответствует их собратьям, живущим по ту сторону черноты, — сказал Седой. — Даже скажу иначе, они больше не собратья. Психически они ближе нам, чем им. Я — ЗА.
— Никогда не думал, что буду свидетелем такого исторического события, как зарождение новой расы и слияние в симбиозе. Поддерживаю. Я — ЗА, — лицо Кира выражало крайнюю серьёзность.
Леший слегка улыбнулся, чуть-чуть, уголком рта. Окинул всех сидящих и лежащих взглядом. Отпив немного из фляги, которую принял из рук Прапора, крякнул и утёр рукавом усы с бородой. Прокашлялся.
— Решение о слиянии семей принято единогласно! — пробасил он, словно Сварог.
— Отныне наша семья едина!!!
При этих словах все поднялись на ноги. Мутанты подошли ближе к вновь разожжённому костру. Теперь им можно. Теперь они — собратья.
* * *
— Мать вашу! Да, ну, на хрен! Ооой, падла! — Торос лез на спину Борзи. Лез и матерился, потому что иначе просто не мог. — Нормальные люди не ездят верхом на руберах! — орал он, пытаясь ухватиться за несильно отросшие шипы на холке.
Борзя аккуратно поднялся, встав на четыре конечности. В последнее время он только так и ходил. Передвигаться на двух не позволяли вес и рост. Да и пластины так наросли, что по-другому не побегаешь. А побегать сегодня он очень хотел. На нём впервые сидел Старший собрат. Нет, детёнышей он, конечно, катал и не раз, но они не надевали на него эту штуку из ткани и не боялись. Ох, как боялся его Торос, как несло от него ужасом, но как храбро он карабкался к Борзе на спину через свой страх. Мутанту это нравилось, он очень хотел пошалить и прокатить человека с ветерком.
Уркнув, Борзя сорвался в галоп и понёсся по желтеющей траве, вырывая лапами пласты грунта. Сидящий на спине человек очень сильно заругался плохими словами, но держался хорошо, крепко. Хоть Борзя и шалил, но был аккуратен. Он следил за тем, чтобы человек не свалился с его спины.
Сделав здоровенный круг по полю, Борзя остановился около собравшихся на тренировке людей. Прилёг на пузо, дав с себя слезть наезднику.
Торос сполз с мутанта с охреневшим выражением лица и, сделав пару шагов на подгибающихся ногах, начал жестикулировать, при этом что-то пытаясь сказать:
— А, э-э-э, ы-ы-ы-ы, — протянул он одну руку к Арману по направлению к фляге с живчиком, другой в этот же момент тыкая пальцем в свой хлопающий рот — воды!
— Пить! — наконец, выдал он нужное слово.
Арман тут же сунул ему фляжку.
— Я ему: — ″ТПРРР!″, — сделав пару глотков, попытался рассказать Торос, указывая на мирно лежащего мутанта. — А он… иго… го. — Дыхание бойца было сбито, говорил с трудом, голос вновь сорвался на сипение. Торос снова приложился к живчику. — Падла! — просипел он на выдохе, сделав большие глаза.
— Всё, всё, всё, успокойся. Всё закончилось! — Ппытался успокоить друга Арман, похлопывая по плечу.
— Да, да, — судорожно закивал Торос головой, — я ему тпрр… а он… падла… тыг-дыг… тыг-дыг… тыг-дыг… — никак не мог успокоиться Торос. — Ы-ы-ы, га-а-ад… — повернувшись к мутанту, Торос погрозил тому кулаком.
Мутант делал вид, что его это ну, никак не касалось.
— Так, кто следующий? — спросил Леший у собравшихся.
Следующим вышел Прапор. Вояка подошёл к мутанту и уставился, не мигая, Борзе в глаза. Борзя понял: с этим Старшим лучше не шутить.
— Урк! — кивнул он головой, приглашая на спину.
Прапор кивнул в ответ и полез. Борзя чувствовал страх у этого человека, но совсем не такой, как у Тороса. Ещё он чувствовал восторг и восхищение. Старший восхищался им, Борзей! Нет, Борзя не будет шкодить, он не должен разочаровать Старшего. Несмотря на свои габариты, мутант поднялся пластично. Прошёл спокойно несколько десятков метров, потом пустился в неспешный бег.
— Молодец, Борзя. Давай быстрее! — Сказал Прапор и прижался всем телом к его спине.
Борзя больше не чувствовал от этого человека волны страха. Был только восторг и восхищение. Борзя готов был летать, не то что бегать. Он мчался, как ветер. Прапор надавливал то на правый шип, то на левый, указывая направление движения. У них хорошо получалось понимать друг друга. Борзя был в полном восторге.
— Леший! Это охре-не-н-н-но! — сказал Прапор, слезая с мутанта. — Давай-ка теперь ты, тряхни стариной! — усмехнулся он, хлопнув друга по спине, проходя мимо.
Лешего возил Умник. Младшим это было не по рангу. Да и слишком тяжёл Высший для Разбоя, а Борзе надо передохнуть.
Леший держался так, будто всю жизнь на мутантах ездил. Умник и бегал, и прыгал, и выдавал немыслимые кульбиты. Высший вёл его уверенно, держался хорошо, и от него не исходило ни капли страха. Высший был доволен.
— Ну, что, Фома, прокатишься⁈ — посмеивался Арман, слезая с Разбоя. — Давай его, с ветерком, — подмигнул он мутанту.
Ко всеобщему удивлению Фома ничего не ответил, молча залез на мутанта и так же молча слез, сделав несколько кругов на спине. Отошёл чуть в сторону, упал на карачки и принялся блевать.
—
