такой силой сжала кулаки, что показались когти. Они были длинными, острыми, обсидианового оттенка, что лишь подкрепляло слухи о ее драконьем происхождении. Саффрон несколько раз спрашивала Ниссу о ее легендарных предках. Любимая книга Сафф «
Потерянный дракон» была о мальчике с драконьей кровью, который стал главным оружием в разрушительной войне между людьми и драконорожденными. Но реакция на все ее вопросы была одинаковой — Нисса несколько дней была с ней холодна и даже не думала отвечать. Не желая, чтобы ее любовница чувствовала себя зверушкой в зоопарке, Саффрон в конце концов перестала спрашивать. Но ей все еще было интересно.
Сафф поморщилась, прогоняя воспоминания о том, как эти когти впивались в изгиб ее бедер.
— Уверена, что бы не пришло тебе в голову, это будет только половина.
— Проклятие, Киллор, — Нисса заправила длинную прядь шелковистых черных волос за украшенное золотыми колечками ухо и открыла рунические татуировки на шее, по которым раньше так часто проводила языком Сафф. — Ты хочешь это сделать? Или тебя заставили?
— Я хочу это сделать. Всегда хотела.
Затянувшись ачуллахом снова, Нисса сжала челюсть.
— Потому что они убили твоих родителей.
В памяти Сафф пронеслось воспоминание, гладкое и блестящее, будто мрамор. Как они разговаривали шепотом возле камина в общей гостиной, ее голова лежала у Ниссы на коленях. Та потягивала огневиски, пока Сафф рассказывала во всех жутких деталях о том вечере, когда погибли ее родители. Нисса говорила мало, лишь поглаживала ее серебристые волосы, вглядываясь в огонь, но в ту ночь у них был лучший секс за все время. Не только с помощью рук, губ и языков, но и сердец и душ. Не просто легкий перепихон, но нечто более глубокое, резкое, открывшее новые грани в их отношениях.
Менее чем через неделю Нисса со всем покончила. Саффрон понимала, что она сделала это из чувства самосохранения, а может, и трусости, но все еще чувствовала больше боли, чем была готова признать.
— Они убили моих родителей, — подтвердила Сафф. — Но Нисса, об этом никто не должен узнать, понимаешь? Если эта тайна выплывет…
— Тебя убьют. Понятно. — Повисла тяжелая тишина. — Тебе страшно?
— Нет, — ответила Саффрон, и хотя бы отчасти это было правдой. Ей всегда было присуще странное бесстрашие. Храбрость, что брала начало не в героизме и доблести, а в осознании того, что худшее уже произошло. И все же у нее не получалось сдержать дрожь в животе от мыслей о том, что могло произойти с ее душой и телом. — Ты злишься? За то, что я солгала?
— Нет, мне до ужаса завидно. — Нисса одарила ее неохотной восхищенной улыбкой и убрала когти. — Прощай, Киллор.
— Погоди. Капитан сказала мне, что в нашей когорте есть повелитель. Я не подумала на тебя, раз ты такой сильный заклинатель. У тебя есть мысли…?
Нисса прищурилась, но не выглядела совсем удивленной. Возможно, во время финальной аттестации она чувствовала у себя на плече направляющую руку, или едва различимый голос в голове, шепчущий «Нет, сделай вот так».
— Не знаю. Гайан в Понс Аэлии, Себран в Кардубане, но я присмотрюсь к двум оставшимся. Мы позже пойдем выпить в «Уставшего Святого». — От чувства одиночества у Сафф запульсировало в груди. — Честно говоря, Аурия всегда казалась мне слегка подозрительной.
— Ну, это правда, но только потому что она всегда приходит вовремя.
— Именно. Подозрительно, — кивнула с умным видом Нисса.
Сафф вспомнила еще кое о чем.
— О, и насчет финальной аттестации… Что за иную информацию тебе передали? Всегда хотела узнать.
Нисса пожала плечами.
— Что члены клана Кровавой Луны с минуты на минуту могут начать убивать заложников одного за другим.
— Это объясняет, почему ты вышла из себя, пока мы спорили и взяла дело в свои руки, — ухмыльнулась Саффрон. — Но почему ты нам ничего не сказала?
— Тогда бы я упустила шанс вывести из себя Аурию.
— Нисса, — укоризненно посмотрела на нее Сафф.
— Не знаю, Киллор, — Нисса смотрела в одну точку где-то посередине между ними. — Я — человек закрытый. Еще в детстве усвоила, что, если тайна вышла наружу, ее не удастся забрать обратно. Сложно потушить огонь после того, как уже разошлись слухи о твоем наследии. Во время финальной аттестации адреналин взял надо мной верх, и я обратилась к тому, что хорошо знаю. Скрытности. — Ее губы изогнулись в улыбке. — А может, я просто хотела победить.
— Знакомое чувство.
— Хуже всего то, что после меня отчитала Аспар. Я чуть не провалила аттестацию из-за просто отвратительных способностей к коммуникации. Поэтому она и отправила меня в Кардубан. Но не беспокойся, моя дорогая девочка из Кровавой Луны. Я когтями процарапаю себе путь наверх. — Затем, взмахнув своей черной с пепельным палочкой, Нисса проговорила: — Don umbracelon.
Из ее ачуллаха вырвались чернильного цвета завихрения теней, которые поглотили ее целиком.
Шаги зазвучали вниз по улице, пока не стихли совсем.
Сафф осторожно выдохнула, и книги, лежащие рядом, сделали то же самое. Она не знала, чувствовать ли облегчение или тревогу от того, что Нисса узнала о ее задании. Да, это была еще одна возможность для утечки информации, но Сафф ощущала странное спокойствие от того, что теперь правду знали не только она сама и Аспар. Теперь, даже если что-то случится с ее капитаном, среди Серебряных Мантий был кто-то еще, кто мог бы за нее заступиться.
Поплотнее закутавшись в унылую черную мантию, Саффрон преодолела последний поворот.
Игорный дом Келадонов выглядел ярким, соблазнительным и волшебным. Каждый его дюйм был создал для того, чтобы заманивать людей внутрь, а еще — скрыть поселившуюся в нем гниль. Это место обладало странной привлекательностью: от него начинало тянуть под ребрами и появлялось первобытная жажда зайти внутрь.
Золотые огни складывались в название, из окон доносился радостный звон монет. Вход охраняли не зловещие члены клана в багровых мантиях, а двое опрятно одетых вышибалы в черных костюмах-тройках и золотых галстуках-бабочках. Издалека доносились звуки живой энергичной музыки — саксофонов и труб, пианино и вэлльского фламбона. В воздухе стоял запах пряных вишневых сауэров и жареных в меду морских орехов. Под ними чувствовался еще один, более густой, металлический, будто ачуллах с медным привкусом крови.
Вдоль дальней стены располагалось множество рядов стеклянных банок, внутри которых танцевали обнаженные люди, уменьшенные с помощью эликсира из убывающей травы. Миниатюрные маги старались вложить в исполнение всю душу, кружась и подпрыгивая в своих крохотных клетках, умоляюще показывая на отверстия в боках банок, в которые посетители могли кидать асцены им на чай.
Сафф поймала себя на том, что разглядывает крошечных
