лучше и ценнее, чем дракон! Ты нашёл «хранителя памяти», повелитель! Теперь я понимаю, что за сюрприз нас ждал, мы пришли сюда не ради развалин, а чтобы найти его!
— Что ещё за хранитель памяти? – Элиас был озадачен, что он вообще знает о своём мире?
— Птица крайс или «хранитель памяти», изумительное создание с ярким сине-пурпурным оперением и роскошным гребнем! – принялась объяснять Тами, жестом пригласив короля к столу. – Однако ценность этих птиц не в красоте. Они помнят всё, что когда-либо видели сами и хранят память своих предков. Но связаться с сознанием крайса может только ведьма. Птенца бросают родители, и он либо погибает, либо питается магией женщины, которая его найдёт. Раньше крайсы приносили птенцов на пустоши, ведьмы специально искали их, ведь это незаменимый помощник! Но с истреблением ведьм и птицы почти исчезли, у малыша почти нет шансов выжить самому. Уже несколько веков о них никто не слышал. Ты нашёл чудо, мой господин!
В этот момент раздался громкий хруст и тихий писк, девушка и мужчина склонились над гнездом из шали и наблюдали, как крошится скорлупа, и наружу выбирается голое, синюшное нечто, покрытое полупрозрачными зачатками будущего оперения.
Элиас брезгливо скривился, глядя на эту «красоту», и Тами усмехнулась, увидев его лицо.
— Не торопись, повелитель. Это сильный малыш, он будет быстро меняться и ещё удивит тебя.
— Ага… Уже удивил! – буркнул король и вернулся к трапезе, продолжая ворчать: – Прекрасное оперение, редкая красота… чудо!... А вылезло омерзительное нечто, обтянутое синей кожей. Аж аппетит пропал.
При этом король уплетал за обе щеки хлеб с мясом и сыром, и Тами пришлось прятать улыбку. Элиас никогда не отличался терпением, хотел всё и сразу, и с годами это не изменилось.
***
— Так что, к развалинам не пойдём? Я их нашёл, между прочим, – король был всё ещё раздосадован, а его найдёныш окончательно освободился от скорлупы и мирно спал в шали, окутанный коконом магии. – Если ты закончила возиться с этим чудищем, может, отправимся обратно в Рокри? Не хотелось бы провести ночь в горах.
— Я уверена, что ты уже нашёл то, за чем нас направили сюда, – мягко ответила Тами. – Если хочешь, можем пройти до руин, осмотреть их, однако сомневаюсь, чтобы в этом была польза. Хотя мне интересно, как они выглядят сейчас. Вероятно, ты был прав, повелитель, эти места очень изменились за столько лет. Даже пустоши меняются…
— До развалин недалеко, чем сидеть и ждать, пока это невразумительное нечто вырастет и принесёт пользу, предлагаю всё же сходить.
Тамрия не стала спорить, да и не хотелось появляться в посёлке засветло. Лишние глаза – ненужные проблемы.
До руин они шли пешком и лишь к вечеру оказались на месте. От постройки почти ничего не осталось, было похоже, что жители Рокри растащили часть камней на строительство своих домов. Бывший замок представлял собой пологий холм, покрытый растительностью. Тами и Элиас бродили среди камней, которые даже не воспринимались, как остатки постройки.
— Сколько же лет назад тут всё разрушили? – вслух подумала девушка.
— Ну, скорее всего в войну с Сурном, – предположил король.
— Не уверена, мой господин. Здесь нет остатков магии, думаю, это был дом обыкновенной семьи. К слову сказать, замки магов и ведьм сохранились гораздо лучше. Магия всё ещё скрепляет камни родовых гнёзд, хотя их хозяева давно покинули наш мир без следа. Это так грустно, уйти, зная, что о тебе некому будет помнить.
— В твоём голосе я слышу сожаления, – мужчина внимательно посмотрел на ведьму, – ты разочарована тем, как сложилась твоя жизнь? Предпочла бы иметь мужа и детей?
— Я не сожалею о том, что стала твоей ведьмой, повелитель, – улыбнулась девушка, – просто знаю, что всё могло сложиться иначе, и иногда думаю, какой была бы моя жизнь, проиграй я тот отбор.
— Но ведь ты знала требования…
— Да, но кто в шестнадцать лет думает о муже и детях? Девочки грезят о любви и принце, хотя… В школе нам внушали, что удел ведьмы – одиночество. Даже девчачьих грёз лишили.
Тамрия невесело усмехнулась, и мужчина ощутил, как она закрылась, ушла в себя, пряча боль и переживания. Вдруг девушка вскинула голову, побледнела и кинулась туда, где они оставили Резвого и найдёныша! Элиас бросился следом.
Он не понял, что произошло, но нечто блестящее мелькнуло в траве, конь нервно заржал и шарахнулся в сторону, насколько позволяла привязь. Ведьма взмахнула рукой, выкрикнула заклинание, и с тонких пальцев сорвалась белая молния! Раздалось громкое шипение, полное злобы и боли. Краем глаза король заметил движение сбоку, Тамр смотрела в другую сторону, сосредоточенная на противнике, а в траве к ней подбиралось что-то, в закатных лучах снова сверкнула гладкая, буро-зелёная кожа!
Король выхватил меч и кинулся наперерез твари. Новая молния серьёзно задела первого блестящего гада, воздух прорезал громкий предсмертный хрип, но тварь, что исподтишка подбиралась к Тамрии сделала бросок. Элиас метнулся, вонзая меч в толстое, мощное тело! Гадина дёрнулась в конвульсиях и попыталась укусить мужчину, зубы-кинжалы клацнули почти у самой его голени! Король рванул в сторону, и скорость реакции спасла ему жизнь, но они столкнулись с ведьмой и рухнули в траву прямо на древние камни. Кругом стало тихо.
— Цела? – хрипло спросил мужчина, откатываясь и приподнимаясь на локте. Он едва успел сгруппироваться так, чтобы не придавить её к земле, но немного всё же задел.
— Вроде как, – неуверенно ответила Тами, пытаясь понять, есть ли в теле какое-то место, где не чувствуется боли. Она свалилась плашмя, однако густые заросли вереска немного смягчили удар, и повезло, что камни тут были некрупными и сглаженными дождями, ветрами и временем.
— Это что ещё за твари? – Элиас поднялся и одним движением поставил девушку на ноги, придержав, чтобы не упала снова.
— Калларты… Местные змеи, охотятся всегда парой, когда-то крайсы были их любимым деликатесом, вот и эта парочка подтянулась на запах. К счастью, не успели.
— Змеи, – проворчал король, – да у этой пакости зубы, как ножи! Тут точно не обошлось без драконов!
— А ещё смертоносный яд и тело, способное удавить взрослого, сильного человека, – прошептала девушка, всё ещё белая, как мел. – Лучше вернуться в Рокри, повелитель. Я не смогу отбить запах крайса,и пока он не научится летать, сам будет в опасности, и
