и даже не сразу понял, что ведьма обращается к нему.
— Я разбудила тебя, господин, прости, – тихо пробормотала она и попыталась встать.
Элиас не отпустил. Он уложил её на кровать, подоткнул одеяло и лёг рядом, прижав дрожащую девушку к своему горячему телу.
— Ты спасала меня от кошмаров, теперь моя очередь, – глухо проговорил он, глядя куда-то в сторону. – Попробуй заснуть, я буду рядом.
Она хотела возразить, понимая, что нужно бежать, спасаться от него, а главное, от себя самой, но их глаза встретились, и король покачал головой, пресекая попытку. Молча, твёрдо… так, что у Тами не осталось сил сопротивляться.
Его рука лежала на её талии, жар мужского тела сводил с ума, и девушка с трудом сдерживала учащённое дыхание, а сердце замирало и пропускало удары. Вот он, тот, о ком она мечтала и плакала столько ночей, совсем рядом! И между ними лишь тонкое одеяло, только протяни руку... Тами закрыла глаза, чувствуя, как кровь приливает к щекам, а внизу живота разливается обжигающая тяжесть, девушка непроизвольно сжала колени, слишком поздно испугавшись, что он заметит её состояние. Но Элиас стиснул её крепче и склонился лбом к её лбу.
— Спи, Тамр, я не оставлю тебя, – хрипловатый, едва слышный шёпот отозвался дрожью в её теле, и мужчина ощутил этот трепет и стиснул зубы, моля высшие силы послать ему каплю благоразумия.
Но сдерживать телесную жажду оказалось проще, чем унять устремления сердца. Желания души были куда сильнее плотских, они рвали его на части, требуя того, что было попросту невозможно. Он не мог сделать Тамр своей женой, а значит, не имел права на что-то надеяться. И только одно давало утешение, он видел страсть в янтарных глазах, не мог ошибиться! И значит, в словах Ризеллы была хотя бы доля правды, а он, слепец, не замечал ничего. Король вспомнил упрёк старого мага, неужели старик имел в виду Тамрию? Но ведь между правителем и его ведьмой не может ничего быть! Хорош подарок!
Элиас судорожно втянул воздух, отпустить девушку и уйти на свою кровать сил не хватало, а лежать рядом доставляло мучительное удовольствие. Никогда у него не было ночи, подобной этой, и никогда это всё не повторится…
Глава 16
Рано утром Тами проснулась одна, Элиас спал на своей кровати, отвернувшись к стене. Ночь выдалась трудной для обоих, слишком много эмоций, кипящие чувства, боль до отчаяния и сладость такая, что казалось, сердце не выдержит и разорвётся. Она никогда не спала с мужчиной, ни один из них ни разу не касался девушки, а Элиас не просто мужчина, он тот, кого хочет её сердце… Из груди вырвался неровный вздох, и маленькая ладошка испуганно зажало рот, девушка поняла, что не готова увидеть короля этим утром. Пусть спит, а она сбежит по тихому. Тут правитель будет в безопасности, ей же сейчас нужно одиночество.
Она выскользнула из постели, оделась, стараясь двигаться бесшумно, наложила на комнату и дверь чары защиты и юркнула в коридор. Сердце стучало гулко и взволнованно, она будто бежала с места преступления. Да, по сути, так оно и было! Отношения между королём и ведьмой невозможны, она не имеет права желать его. Не имеет права на любовь! Как же она допустила, чтобы в нём проснулось вожделение? Почему не пресекла всё, не оттолкнула его руки, не отказалась от заботы и тепла, которые он так щедро предложил? Нет! Она лежала и потворствовала своим мучительным желаниям, грелась у огня его разгоревшейся страсти и не нашла в себе сил вернуть их отношения в прежнее, безопасное русло. И теперь Элиас наверняка понял, что Ризелла сказала правду… Щёки девушки вспыхнули от стыда, он знает о её чувствах! И пусть ничего особенного между ними не произошло, но это не её заслуга, если бы он позволил себе чуть больше, Тами отдалась бы ему, забыв о долге, о своём месте, обо всём! Она была на краю пропасти минувшей ночью, и лишь благородство правителя удержало обоих от страшной ошибки.
Тами шла, куда глаза глядят, погруженная в пучину самобичевания и волнений, и вдруг остановилась, словно наткнулась на стену. Осознание молнией пронеслось в голове: да ведь она ничего не сделала, чтобы увлечь короля! Элиас сам возжелал её! Он сам увидел в ней женщину!
Новая мысль носилась по кругу, всё больше озадачивая девушку. Получалось, что не так она и виновата, ведь нельзя насильно понравиться человеку, заставить его хотеть тебя… На душе стало легче, в глубинах сердца шевельнулась радостная, шальная надежда, но здравый смысл тут же убил её ростки, напомнив, что король должен жениться, а во дворце его ждёт любовница. Элиас горячий мужчина, может, он просто соскучился по женским ласкам? А тут выбирать не приходилось… Иначе с чего бы он разглядел её вдруг? Нет! Всё дело в его воздержании в последние дни, не может быть другой причины. Тами поникла, кусая дрожащую губу, обида наполнила глаза слезами, но ведьма упрямо твердила себе, что так даже лучше. Пережить это всё сейчас, в одиночестве, вдали от насмешливых глаз и злых языков придворных, спрятать глубоко внутри свою боль, вновь стать ледышкой без чувств и эмоций, только так она и сможет выжить.
Тами подавила рыдания, рвущиеся из груди, огляделась, и, выбрав место, взялась за карты. Сейчас она почти ненавидела Высшие силы, чьим орудием стала, получив магический дар.
Девушка вытащила карту Жрицы. Отрывистым движением бросила её на небольшой, поросший мхом камень, и занесла ладонь над картинкой.
— Ответь мне! – потребовала ведьма, не ощущая ничего, кроме злости, холода и пустоты в душе. – Ты послала меня в это путешествие, но я не позволю больше играть с собой, я не просила этот проклятый дар! Ответь или забери его и оставь меня в покое!
Тамрия не замечала, как по щекам бежали ручейки слёз, как дрожали пальцы и голос, осталась лишь ненависть к собственной магии, что привела её на вершину мира, в королевский дворец, но отняла то единственное, ради чего стоит жить – простое женское счастье.
Неведомая сила схватила её руку и припечатала ладонь к поверхности карты, девушка рухнула на колени, не удержавшись на ногах, тело пронзила вспышка острой боли, перед глазами потемнело, из груди вырвался крик, но застрял в горле, и тишину утра нарушало лишь громкое дыхание ведьмы. Из темноты стали выплывать очертания замка, три высокие башни из серого камня,
