нему сам пришел.
«Как минимум про нападение и травму — правда» — подумал Михайлов, когда архитектор зашел в кабинет.
— Здравствуйте, — первым поздоровался Невеселов.
Поприветствовав мужчину в ответ, Борис Романович предложил тому присесть на стул и сразу перешел к делу — по какому поводу тот пришел. Разводить политес Михайлов не собирался. Перед ним не дворянин, да и мысли у него были иным заняты.
— Меня к вам господин Винокуров отправил, — удивил Невеселов мужчину. — Уж простите, что в выходной вас беспокою, но уж очень чешутся руки побыстрее за работу взяться. Очень интересный проект Роман Сергеевич мне дал на проработку.
Тут Борис Романович сообразил, что речь идет о массажном салоне и включился в разговор уже с большим интересом. До того-то особых подробностей о салоне от Романа и Софьи Александровны он не получил, лишь общее представление. А тут можно уже предметнее все узнать, что на самом деле задумал юноша.
Расстался с Антоном Антоновичем Михайлов спустя час, причем весьма довольный беседой. Настолько, что лично проводил того до выхода. Только сейчас он осознал масштаб идеи Винокурова. Не зря он решил к парню в долю войти, ой не зря! В который раз убедился в том, что союзники Романа выгоду немалую имеют, а противники — неизменно проблемы получают и ущерб. Любит юношу судьба.
«Так, — вдруг сообразил Борис Романович, когда за архитектором закрылась дверь, — получается, Роман сейчас в городе? Надо бы ему напомнить о его обещании отозвать свое заявление. Вдруг забыл? До суда — всего ничего осталось!»
И не откладывая дело на следующий день, Михайлов тут же позвал своего соглядатая Сеньку, чтобы тот нашел доходник, в котором Винокуров остановился, да передал ему записку с просьбой о встрече. Напоминать о столь деликатном обещании запиской Борис Романович не решился. Хотелось лично на реакцию парня посмотреть при разговоре.
— И про этого Григория можно что-нибудь узнать, — тут же нашел он вторую причину для их встречи. — А все не так уж и плохо складывается!
Привлечь удачу парня на свою сторону в решении вопроса с музыкантом — что может быть лучше?
* * *
Квартира Скородубовых
Оставив сестру в спальне, Анна ушла на кухню. Ей требовалось обдумать все то, что ей рассказала Анастасия.
«Пророчество сбывается» — пришла горькая и страшная мысль.
Пальцы девушки дрожали. Мысленно она проклинала тот день, когда сестры встретили на рынке цыганку-гадалку. Это было давно, более семи лет назад. Девочки гуляли с няней и захотели сладостей. Денег в семье всегда было немного, потому няня повела их на рынок, где можно было купить петушка на палочке — одно из самых распространенных угощений для детей. По улице шла цыганка и предлагала всем погадать. Обычное на самом деле зрелище. Большинство молча проходили мимо нее. Кто-то останавливался и просил сказать, что его ждет. Обычно гадали на любовь, карьеру, почти никогда — о дате своей смерти. Ане с Настей стало любопытно, и они подошли тогда ближе к женщине. Попытки няни увести их не увенчались успехом, а тут и сама цыганка их заметила и располагающе улыбнулась.
— Что желают узнать молодые госпожи? — приветливо сказала она им. — Позолотите ручку, и я вам расскажу о вашем будущем.
— Клара Васильевна, позолотите тете ручку! — тут же заканючила Настя.
— Мы все потратили на петушков, — тут же строго ответила та, не желая отдавать деньги проходимке.
— Тетя, — не сдалась Настя, обратившись к цыганке, — а вы тогда возьмете моего петушка? Я его лишь один раз лизнула! — доверчиво протянула она свое угощение цыганке.
Та усмехнулась, но отказываться не стала. Глядя на сестру, Аня с сомнением посмотрела на своего петушка. Отдавать его не хотелось. Но не отставать же от младшей сестры? И потому чуть погодя и второй петушок ушел в качестве платы гадалке.
Та ловко спрятала оба леденца где-то в ворохе своих юбок и попросила девочек показать ей их ладони. Поводила задумчиво, после чего и произнесла слова, от которых сейчас тряслась в ужасе Анна:
— Красавицами вырастете обе, на радость отцу своему, — на этих словах няня девочек напряглась. Тогда Аня этого почти не заметила, а сейчас вот понимала почему — не говорил гадалке никто, что у сестер лишь отец остался. А женщина продолжала. — Любовь придет лишь к одной из вас, но долго вам суженого ждать. А вторая так и вовсе не дождется, — огорченно вздохнула цыганка. — Но с ним вы будете счастливы обе, хоть и каждая по-своему. Опасайтесь яркого света, что как вспышка запечатлеет вас на стене. Он — ваша погибель. Если не убережетесь от света того, то к закату нить вашей судьбы двинется. Год — вот сколько вам останется, коли беречься не будете.
На этих словах Клара Васильевна не выдержала и зашикала на цыганку, да увела девочек. Но в память слова гадалки сестрам врезались намертво. Уже позже они догадались, что речь идет о фотографии. Ну а о чем же еще? Свет… яркая вспышка, что запечатлеет на стене… Тут иных трактований и быть не может. Хотя гадалка еще что-то хотела им сказать, вот только няня не дала ей и рта раскрыть, закричав, что та детей пугает, да непотребством занимается.
— Любовь придет лишь к одной из нас, — тихо прошептала Аня и покосилась в сторону спальни, где сидела сестра. — А мне этого счастья не суждено испытать, — горько закончила она.
Хотя цыганка и добавила, что счастливы будут обе, но каждая по-своему, вот только… что-то не чувствовала девушка себя счастливой. За сестру радовалась с ноткой грусти, а у самой такого ощущения не было.
Полный текст пророчества Анна позабыла, и в памяти он всплыл лишь сейчас на волне эмоций и стресса. Зато стало понятно, почему она не была так сильно рада за сестру, когда у Насти состоялась помолвка. Ведь это означало, что у самой Ани ничего подобного не будет. До конца ее дней. И Иван… можно особо и не надеяться на чудо.
— Весьма недолгих, видать, — горько усмехнулась она.
Тут на нее саму накатило отчаяние. Ну почему Насте достался кусочек женского счастья, а ей — нет⁈ Она что, так и умрет — не узнав любви и не испытав вкус мужских объятий? Глаза стали застилать слезы.
— Нет
