— Ну что же, мы познакомились, теперь можно и пообедать, — пригласила тётя нас к столу, затем шепнула мне на ухо, — постоянно кушать хочется, да? — многозначительно блеснув глазами, намекнула на моё интересное положение.
Я и без беременности всегда за покушать. Мне стало совестно. Чувствовалось, что она хорошая женщина, и обманывать её мне совсем не хотелось.
Усевшись за стол, я так и не смогла отделаться от внимательного взгляда дяди Акулова. Официанты принесли обед, и мы приступили к трапезе.
— Расскажи-ка мне о себе, Катя, — предложил Александр Александрович.
Босс многозначительно посмотрел в мою сторону.
— Я приехала в Москву… э-э-э-э, — заставляла себя не смотреть на Акулова, — и встретила Аку… Михаила Ал… Мишу, — дядя буквально буравил меня взглядом, ведь я ответила совсем не то, что он хотел слышать, но он смущал меня своим заранее инквизиторским взглядом.
— Откуда ты? Кто твои родители? — нетерпеливо подсказал пожилой мужчина.
Я назвала родной город, искренне рассказала о маме. На что Александр Александрович поднял лишь бровь.
— Ну а чем ты зарабатываешь себе на жизнь? — задал очередной вопрос дядя.
— Я работаю на Мих… Мишу, — ответила я, положив кусочек вкуснейшего мяса в рот.
У Александра Александровича взметнулись брови, и он недовольно посмотрел на племянника.
— Разумеется, только до свадьбы? — переспросила тётя, по-своему истолковав недовольство мужа, посмотрела в лицо Михаила Александровича.
— Разумеется, — скупо произнёс он.
Обед шёл своим чередом. Дядю я перестала интересовать. Чему я была рада, а то кусок в горло не лез. Он так на меня и не взглянул, больше расспрашивая Акулова о его делах, бизнесе, жизни, получая лишь однозначные ответы. А когда подали сладкое, и вовсе утащил куда-то моего босса, оставив нас с его тётей наедине.
Я проводила их тоскливым взглядом, и даже потрясающий десерт никак не спас ситуацию.
Тётя положила руку на мои ладони и облегчённо вздохнула:
— Сам может быть докопучим, не обращай внимание. На самом деле, он заботливый, хоть и жёсткий. Привыкнет. Примет.
Мне стало неуютно. Не хотелось врать и продолжать этот фарс дальше, но и босса я тоже не могла подвести.
— Просто Саша беспокоится о Мише, оберегает его, думает, что женщинам от него нужны только деньги, вот он и удивился, что ты работаешь, — она улыбнулась, — ты ведь знаешь о детстве Миши?
Я мотнула головой.
— Ох, узнаю Мишку, никогда ничего не расскажет, всё в себе. Ну я думаю, что он не будет против, если я расскажу тебе вместо него.
Я заинтригованная, качнула головой.
— Мы воспитываем Мишеньку с трёхлетнего возраста. После того как спасли. Его мама была…
— Была? — прервала её я.
Тётя кивнула.
— Да, к сожалению, Марго умерла, и уже давно.
— А отец? — внутри всё отозвалось на потерю босса.
— Отец… не появляется и никак не участвует в жизни сына, с тех пор как умерла Марго.
— То есть Миха… Мише было три года, когда умерла его мама?! Но как это случилось?!
— Всё верно… Как случилось?.. — тётя убрала от меня свои тёплые ладони и посмотрела вдаль, на роскошные летом кусты роз, теперь же заботливо укрытые от непогоды, — случилось так, что Мишин отец занялся бизнесом, занял много денег, но дело прогорело, денег взять было неоткуда, времена тогда были сложные, — она судорожно вздохнула.
— Если вы не можете… — начала было я.
Тётя грустно улыбнулась.
— Много времени прошло с тех пор, я уже в порядке. Просто тоска по Марго, ведь мы были очень близки… И Сашке ничего не сказали, он бы помог… дал бы денег… Отец Миши исчез, а вместо него убили Марго. Искали Мишу, но тот забился под пол в строящемся сарае, и преступники его так и не могли найти. Обнаружила только милиция. Через два дня. Боже, он выжил чудом, почти год не говорил. Саша и я всё сделали, чтобы помочь ему, дали лучшее образование, два года он учился и стажировался в Европе. Слава небесам, он в полном порядке. Но он замкнут, хотя с людьми, что касается бизнеса, он сходится быстро, — затем вновь положила свои ладони на мои, — и ты не представляешь, как я рада, что он нашёл человека по душе, потому что он бы никогда ни с кем не сошёлся, если бы его не устраивал человек, и ещё твоя беременность… — тётя сжала мои руки, а я вновь почувствовала уколы совести, — боже, какая ты хорошенькая, я не могу. У Миши очень хороший вкус.
Хвала небесам она отвлеклась, и мы смогли поговорить на другие, не такие сложные и травмирующие темы. Но я была под впечатлением и где-то внутри почувствовала, что понимаю Акулова, ведь я тоже не знала отца. Понимаю и сочувствую.
***
От лица Михаила
Я прошёл за дядей в его кабинет и по напряжённой спине и отрывистым движениям понял, что тот явно не в духе.
В кабинете я плюхнулся на кресло возле камина и слегка потянул ноги, мгновенно расслабляясь.
— Пусть бабы жрут сладкое, — коротко проговорил он и разлил по рюмочкам коньяк.
— Тётя блюдёт? — спросил я, забирая из его рук ёмкость.
Он присел на кресло рядом и тяжко вздохнул.
— Мне не помешает, на дижестив выпить, пищеварению способствует, — сделал глоток.
Я уже чувствовал, что сейчас будет разнос, и угадал.
— Эта та девица… по контракту? — уточнил дядя, для видимости, — охренеть, как похожа на Полину. Признаться, я потрясён. То, о чём говорила тётя…
— Неправда. Просто выводу тёти о моём желании жениться именно на этой девушки и её якобы беременности способствовала череда совпадений. Тётушка любит появляться в ненужном месте и не в то время, — завершил я за дядей.
— Потом сам будешь разгребать… — ворчливо произнёс тот.
— Разгребу, — заверил того я.
— Ты случаем не увлёкся… Смотри, сделаешь дело, и так чтобы её больше в поле зрения нашей семьи не было, а то знаешь… пойдут вопросы, я не хочу разгребать за тобой, как за твоим отцом когда-то, — дядя никого не щадил и всегда говорил всё в лоб, — девка, конечно, хороша, — он вновь выпил глоток, — но знаешь, таких в Москве как собак не резанных, разложить на заднем сидении твоего мерса ты любую сможешь. Пусть исполнит контракт и валит на все четыре стороны. И чтобы в твоей фирме её тоже не было. Чтобы комар носу не подточил. Или ты её уж того?.. — дядя заметно пьянел, сально улыбнулся.
Я глубоко вздохнул.
— У нас сугубо деловые отношения, — ответил я холодно.
— Чё ж вы делали у кабинета гинеколога? — дядя прищурил глаз.
Я кашлянул.
— Мы сдавали анализы, вечером накануне нас опоили наркотой, — невозмутимо признался я, на его немой вопрос, — Соболев разберётся.
— Отлично, — только и ответил дядя, — но даже если что… — мужчина захмелел окончательно, вновь налив себе рюмочку, предложив ещё и мне, но я не притронулся к первой, отрицательно качнул головой, — без последствий только, девка хороша… даже лучше, чем Полина. Но у тебя другие обязательства. Не забывай об этом. Нам с моим партнёром Нахалимовым надо объединяться, а как это не лучше сделать, чем женить тебя на его дочери.
— Я не хочу об этом говорить, — твёрдо произнёс я и встал.
— Чего это ты?
Дядя явно перебрал. И я не хотел больше говорить на эту тему. Всё, что мы могли, уже обсудили.
— Я лучше пойду, с тётей побыть надо, — я открыл дверь кабинета.
— Ты не благодарный щенок, ты мне всё отдашь, и женишься на Элле, — выкрикнул он мне вслед.
— Отдам непременно, отдам и освобожусь, — сквозь зубы произнёс я, и на повороте столкнулся с Волковой.
Судя по выражению лица, девушка что-то да слышала из нашего разговора. Через какое-то время нам пришлось уехать. Тётя с сожалением проводила нас почти до ворот.
Домой я не поехал, отправив туда одну Катю.
Возвращаться мне туда не особо хотелось. Ещё больше оттого, что я видел взгляд девушки. Она мне сочувствовала, она прониклась. Уж не знаю, что ей сказала тётка, хотя мог догадываться.
Мне не хотелось, чтобы девушка ко мне привыкала, тем более проникалась. Секс сексом, это всё физические ощущения, которые легко испытать с другим партнёром, более опытным ещё ярче, хотя, признаться меня протаскивало в эти дни воспоминанием по ночи с Катей, я не мог забыть её страсть.
