Небо, как он вообще мог говорить такие вещи! Мои щёки горели от стыда и… любопытства.
Михаил Александрович взял эти несчастные стринги и предложил мне их надеть. А я в это время словно поджаривалась в огромном кострище. Герть мне в аду…
Я переступила тонкие верёвочки, и босс медленно стал натягивать их на меня, любуясь моими ногами, но когда ткань стала плотно прилегать к бёдрам, он взял мои руки и, положив свои ладони на них, повёл вверх, не касаясь моего нежного тела между ног.
Он поднялся и вновь стоял близко, так что я могла рассмотреть каждую мимическую морщинку на его лице и огромные тёмные глаза в обрамлении чёрных ресниц. Босс склонился ко мне, намереваясь воплотить всё вышесказанное в деле. Но почти одновременно у нас сработали смс-оповещения на наших телефонах.
Глава 28
От лица Михаила
Пришедшая на смартфон смска отвлекла меня. Я словно вынырнул из вязкого омута. А то взял бы стоя, так хотелось вновь ощутить тесноту её жарких и влажных стеночек влагалища.
Я вздохнул, словно прогоняя от себя наваждение, и отошёл на безопасное расстояние от Волковой. Даже её запах явился для меня раздражителем, как красная тряпка для быка. Только я не злился, я хотел её. Сильно. Безумно.
Смска бодро сообщила мне о том, что подруга Вилка сегодня полностью свободно и не прочь отдохнуть в каком-нибудь пафосном местечке со взрослыми развлечениями.
Она просто гений! Настоящий друг! То, что мне надо! Она как чувствовала… А мне надо… Как следует трахнуться, ибо яйца звенели так, что слышно в соседней области. Я перепихнусь с какой-нибудь девицей, облегчусь, и меня перестанет влечь к Волковой. Точно! Ведь это физическое. У меня давно не было девственных цыпочек. А отзывчивых и чувственных, как Волкова — никогда. Вот и поплыл чуток.
Я с какой-то дикой, несвойственной мне радостью пополам с облегчением ответил подруге, что согласен на любой разврат.
Волкова что-то тоже клацала по экрану своими наманикюренными пальчиками.
— Кто там? — спросил я не сдержавшись.
— Э… подружка соскучилась. А что? — и снова вызов, почти в каждом слове, в каждом движении.
Ждёт, что я скажу, что мне не всё равно? А мне не всё равно? Влечение и интерес к девушке. Физический. Вот только после вчерашнего, только ли физический?
И спустился в столовую. Ещё не совсем остывший кофе и слегка остывший завтрак.
На кухне тем временем послышалась возня и двигающийся стул. Волкова пришла завтракать. Не мышка. Хотя и хрупкая. Сразу понятно, что она здесь. Обозначила. Специально? Вряд ли.
Я улыбнулся и ещё раз взглянул на свой стол и задвинутые стулья к нему. Теперь уже с тоской.
— Волкова, — выкрикнул.
На кухне послышалось громкое чертыханье. Девушка, как галчонок, выглянула из-за дверного косяка с выражением неимоверного одолжения на своём красивом личике.
— Что на этот раз? Я, вообще-то, ела, — сделала ремарку.
Я головой кивнул на стул рядом.
— Что? — спросила она, опешив, и хлопнула ресницами.
— Ты всё правильно поняла. Бери свою тарелку и иди ко мне, Волкова, или я как-то не так выразился, есть будешь теперь со мной.
— Я ж подавлюсь же… Сам барин изволил… — насмешливо подняла бровь и скрестила руки, явно желая продолжить разглагольствовать.
— Волкова, тащи сюда свой зад вместе с тарелкой, — приказал я, вновь сурово сведя брови вместе, что действовало на всех безотказно.
Но у Волковой отсутствовал инстинкт самосохранения начисто, либо у неё появился стойкий иммунитет на мои окрики. Девушка вопросительно подняла бровь, и её взгляд пробежался по моим крепким предплечьям, буквально обдав меня флиртовыми позывами. Я сделал вид, что не заметил, но сразу стало тесно в области паха. Стол же крепкий, если что… О чём я думаю?!
— Мы обсудим детали предстоящей работы по гарему японского императора. Забыла, что ли? Голова не тем забита? — усмехнулся едко, намекая на произошедшее в её спальне.
У Кати начало пунцоветь лицо и кончики её чуть маленьких, островатых ушек. Я наслаждался зрелищем. Чтобы совсем не упасть в моих глазах, потому что в моих она явно считала вызов.
— А у вас, видимо, другое место, — буркнула девушка и принесла свою тарелку, плюхнувшись на стул рядом.
Я поднял бровь и отпил из чашки ароматный кофе.
— У меня уже есть мысли, но вот в чём вся штука, Япония не динамична и поэтому я… — Катя начала мне вещать свой план, и он показался мне сыроватым.
Во время беседы и завтрака я всё время поглядывал на часы. До клуба надо бы пару дел успеть сделать…
— Вы куда-то торопитесь? — спросила Катя и помяла салфетку в ладонях.
— А что? — и поднял бровь, посмотрев на девушку из-за поднятой ко рту чашки.
— Да просто спросила. Что вы сразу всё в штыки, так подавиться можно, за столом же.
— Не переживай, я тебе по спине постучу, — без эмоционально ответил я.
— Ага, и я выплюну и позвоночник в придачу, — Катя была в своём репертуаре.
— Не жди меня, — произнёс я, встав, но за каким-то лядом разглядывая эмоции на её лице.
Мне показалось или она обрадовалась. Каким образом её может радовать моё отсутствие? Чувствует скованность? Хочет побыть одна, чтобы надо всем поразмыслить?
— И не подумаю, — гордо взметнула подбородок.
— И даже скучать не будешь? — неожиданно приблизился к её лицу.
Мне показалось, что Волкова и впрямь сейчас подавится.
— Размечтался! — выдавила она из себя, наконец-то побагровев.
Всё правильно! Мой любимый красный цвет на щеках Кати. Супер!
Через какое-то время я покинул дом, но меня не покидало чувство, будто меня провожали. И мне… понравилось.
От лица Кати
Я смотрела вслед, вальяжно покидающему столовую, Акулову. Ага, размечтался, буду я его ждать.
Ушёл из дома в джинсах, которые сидели на нём как на боге, обозначая накаченные ягодицы. Древнегреческое божество разврата. На плечи небрежно накинул тёмно-песочного цвета пальто. И ещё эта глубокого синего цвета рубашка, так выгодно подчёркивавшая его чёрные волосы и карие глаза, с закатанными рукавами, открывавшими сильные с венами предплечья. А пальцы… Вот зараза! Я снова как будто вернулась в ту ночь…
А ещё я следила за ним. Да. Как сталкерша какая-то. А он перед, тем как сесть в авто, обернулся на окна дома. Вряд ли заметил. Но чуйка у Акулы работала отлично. Даром что хищник.
Наверняка поехал трахаться. Вот зуб даю. Сволочь. Хотя чего это я? Он свободный мужик. А я опять чуть лужицей не расплылась… А он даже ни разу не подумал обо мне. Так, поиграться.
Дойдя до комнаты, я ещё раз открыла сообщение.
«Красотка, составишь мне компанию сегодняшним вечером? Обещаю привезти, увезти, развлечь, накормить, напоить и, если захочешь, спать уложить».
Соболев. Я невольно улыбнулась.
— Наглый, — прошептала, ощутив, что весы склоняются в сторону положительного ответа.
«Дай мне побыть Золушкой, а тебе… феей», — кинула.
«Какие тайны мадридского двора!»
Ответ не замедлил себя долго ждать. В виде приличной суммы на мою личную карту, вместе с смс о времени и месте свидания.
К вечеру собралась я быстро, надев короткое яркое платье, красивые чёрные чулки и шпильку.
Соболь меня интересовал постольку, поскольку он был другом Акулы. Я знаю, что ходила по тонкой грани, но не могла остановиться. Мне хотелось вызвать в моём боссе эмоции.
Глава 29
От лица Кати
Соболев дожидался возле дверей клуба, выпуская в морозный воздух клубы едкого табачного дыма. В серых брюках, белой рубашке и сером пальто, в которое мужчина зябко кутался.
Я выскочила из такси почти в руки следователя.
— Привет, — он потянулся к лицу, и я подставила щёку.
Соболев усмехнулся, но настаивать не стал, чмокнув меня, оставив влажный след.
