слушать, а открыла дверь и юркнула на заднее сидение. Не дождавшись, пока я захлопну ее, Самойлов резко нажал на газ. Вскрикнула и быстро закрыла дверь, услышав крик Романа:
— Ты еще об этом пожалеешь!
К кому из нас он обращался, я не поняла и не хотела даже думать об этом. Рома — законченная глава книги моей жизни.
Некоторое время мы проехали молча. Я пристегнулась и устроилась настолько удобно, насколько могла в машине. Сердце после ссоры все еще стучало слишком сильно, но я научилась замедлять сердечный ритм с помощью дыхания. Глубокий вдох. Задержка. Медленный выдох. Задержка. И так по кругу много-много раз, пока сердце не замедлится.
Не сразу сообразила, что мы давно проехали кафе, в котором должны были встретиться. На мой вопросительный взгляд в зеркало заднего вида Алексей чуть приподнял уголки губ.
— Я думаю, ты не будешь против, если мы поговорим в другом месте, — как ни в чем не бывало, хмыкнул он, продолжая вести машину.
— Извини за эту сцену, — вздохнула я, снова глянув на мужчину через зеркало. Он усмехнулся, но ничего не сказал.
— Куда мы едем? — уточнила я, когда поняла, что разговор он продолжать не собирается.
— Покажу тебе одно спокойное место.
— Что за место? — слегка напряглась я.
— Ты мне не доверяешь? — хохотнул собеседник.
Не знала, как на это ответить, поэтому промолчала. Еще через пару минут мы заехали в ресторан быстрого питания.
— Ты что будешь?
— Неважно. — Я махнула рукой. После пережитого есть особо не хотелось.
Алексей сделал заказ, не выходя из машины. Не прошло и двух минут, как мы снова оказались в пути. В салоне было тихо, без музыки, только шелестел кондиционер. Я устало откинулась на сидение и уставилась в окно. Городские пейзажи сменились полями. Куда он меня везет? В тот момент было все равно. Почему-то с ним чувствовала себя спокойно. Хотелось просто быть рядом и молчать. Не смотрела на часы, но по ощущениям по трассе ехали мы минут двадцать, а потом свернули на гравийку, проехали через небольшой лесок и оказались около маленького водоема. На другой стороне сидел одинокий рыбак, он не двигался, возможно, дремал. Других людей в округе я не заметила.
Леша вышел из машины и открыл мне дверь. Я последовала его примеру. Солнце уже клонилось к горизонту, позолотив верхушки сосен и елей, которые окружали озерцо. В лесу рядом на разные голоса перекликались птицы, а спустя пару минут после того как Самойлов заглушил мотор, вокруг запели сверчки. Я вдохнула воздух полной грудью.
— Хорошо тут.
— Люблю этот место, о нем мало кто знает, несмотря на то, что оно совсем близко к городу, и тут почти никогда никого не бывает. Можно посидеть в одиночестве. Подумать.
Леша взял бумажные пакеты с едой и сел на бревно, которое лежало у самой воды. Я неспешно пошла следом за ним и устроилась рядом. Сняла босоножки и с блаженным вздохом опустила натруженные ноги в прохладную воду. Врач одобрительно хмыкнул и, сняв кеды, подкатал легкие брюки и повторил за мной.
Он подал мне один пакет и раскрыл другой. Я заглянула в свой, там лежал бургер и картофель.
— Спасибо. — Я посмотрела на мужчину.
— На здоровье. — Он улыбнулся.
Говорить больше не хотелось. Мы ели в тишине, наблюдая за тем, как над водой носятся разноцветные стрекозы.
— Наверное, нам придется перенести интервью, — чуть виноватым тоном сказала я. — Мне кажется, в таком месте кощунственно говорить о делах.
— Я не против встретиться завтра вечером, — ответил он. — После того, как помогу волонтерам.
— Хорошо, я хотя бы успею подготовить вопросы, чтобы не ударить в грязь лицом, — пошутила я.
— Боишься, что я подумаю о тебе как о блондинке из анекдотов? — Леша лукаво на меня глянул.
— Вот тебе смешно, а со мной как-то раз не захотели разговаривать, потому что, цитирую: «Вы выглядите не так, как я себе представлял».
Хирург засмеялся, и так тепло на душе стало от этого тихого смеха! Он словно погладил меня изнутри.
— Ты его любишь? — вдруг спросил Леша очень серьезно.
— К-кого? — даже не сразу сообразила я.
— Мужа.
— Думала, что люблю, — честно призналась, поразмышляв несколько мгновений. — Но теперь, когда ясно смотрю на вещи, понимаю, что… Не знаю, как сказать.
— Как есть. — Леша пожал плечами, глядя на воду.
— Не думаю, что наш брак — это ошибка с самого начала. Было в нем и много хорошего. Но нам стоило остановиться, когда не получилось забеременеть во время предыдущих двух ЭКО. По сути, отношения разладились еще до моей беременности. Но я была так одержима желанием завести малыша, что не замечала ничего вокруг. Наверное, ему тоже было рядом со мной несладко…
— Нет, Майя! — Самойлов так резко встрепенулся, что я тоже от неожиданности подпрыгнула. — Не оправдывай его измену!
— Он сказал мне сегодня, что у меня сильно испортился характер.
— Это легко объяснимо с медицинской точки зрения, подготовка к ЭКО и беременность слишком сильно влияет на женщину. Это нужно было просто пережить! — не унимался Алексей. — Он должен был быть твоей опорой!
Я и не заметила, что у меня текут слезы, пока Леша не посмотрел на меня и изменился в лице.
— Прости меня, пожалуйста, — испугался он. — Я не хотел топтаться на твоей ране…
— Все в порядке, правда.
Я поднялась с бревна и, оставив на нем опустевший пакет, медленно пошла по мелководью, все углубляясь в воду. Услышала, как врач идет за мной. Он встал сзади и легко положил ладони на мои плечи. Чувствовала, как от его тела идет тепло. Прикрыла глаза, наслаждаясь моментом.
— Не представляешь, сколько раз я думал о том, что было бы, если бы не та авария. Представлял, как мы жили бы, если бы Лера осталась жива. Как воспитывали бы дочку… — он шептал мне это прямо в ухо, и от этого по коже расходились мурашки, а на душе было одновременно горько и сладко. Он делился со мной самым сокровенным, своими мечтами, а я понимала, что они в точности отражают мои.
— И меня безумно злит, что кто-то пускает коту под хвост такой шанс!
— Ты о Роме? — тихо уточнила я.
— Да, Май… О нем. Ты жива! — он сильнее сжал мои плечи ладонями. — У тебя все впереди. У вас было бы все впереди, не поступи он так с тобой. Ты ведь не простишь его? Не вернешься к нему?
От того тона, которым он об этом спросил, я развернулась к нему и заглянула в лицо. Он так сосредоточенно вглядывался в
