Целая череда проклятий сорвалась с моих губ, когда в городе Лоусон еще больше замедлил ход. В тот момент, когда здания исчезли, он снова набрал скорость и свернул на боковую дорогу, которая привела нас к озеру.
Мой взгляд переместился на часы на приборной панели. Сколько минут прошло с момента звонка Рэн? Лоусон пообещал ей, что приедет через десять минут. Восемь из них уже прошли.
Перед развилкой Лоусон сбавил скорость. Дорога, испещренная колеями, нуждалась в серьезном ремонте. Мысль о том, что Рэн ездить по ней зимой, была мне ненавистна.
Я остановился рядом с братом, когда он выключил сигнальные огни, и мгновенно выскочил из внедорожника. Он преградил мне путь к двери, с силой оттолкнув.
— Остынь. Явишься туда на взводе и готовым снести кому-нибудь голову, только еще больше напугаешь Рэн.
Я стиснул челюсти.
— Если кто-то шнырял вокруг ее дома, она должна быть напугана.
— Нет. Она должна быть бдительной. Есть разница. Ее испуг делу не поможет.
Мои внутренности скрутило узлом. Мне не нравилось думать о том, как Рэн дрожит и вздрагивает от каждого шороха. Я хотел, чтобы она была в безопасности, но не через испуг. Медленно выдохнув воздух, удерживаемый в легких, я отступил на шаг.
Напряженные плечи Лоусона расслабились.
— Спасибо. — Он пошел по дорожке. — Вообще-то, ты даже не должен быть здесь. Если только не стал представителем закона, не уведомив меня об этом.
— Я регулярно консультирую правоохранительные органы.
— Это не одно и то же.
— Тогда, сделай меня консультантом.
Он покачал головой и постучал в дверь.
— Рэн, это я.
По ту сторону двери раздалось низкое рычание.
Я изогнул бровь.
— У нее собака?
Рэн все детство просила у родителей домашнего питомца. Кого угодно: от щенка до песчанки. Максимум, что ей позволили завести, — это золотую рыбку. Ее родители, вероятно, не хотели никого, о ком им якобы придется заботиться. «Якобы» — основополагающая часть предложения.
— Рядом, Тень. Это всего лишь Лоусон.
Рэн открыла дверь, и впереди нее на страже стояла крупная хаски с пронзительными голубыми глазами. Взгляд собаки переходил с Лоусона на меня и обратно.
При виде меня Рэн дернулась.
— Что ты здесь делаешь?
Лоусон поёжился.
— Прости. Он услышал твой звонок. Его было не остановить.
Я посмотрел на следы от слез на щеках Рэн. Некоторые заканчивались у подбородка, а другие спускались по шее. Отметины, которые оставил я.
— Я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке.
Рэн вглядывалась в меня пару секунд.
— Я в порядке. Правда.
Лоусон прочистил горло.
— Может, покажешь, где нашла отпечаток обуви?
Она кивнула и направилась в обход дома.
— Я была в прихожей с Тенью. Только закончила разговор с Грэй и услышала, как мне показалось, хруст ветки. Тень зарычала, чего она обычно не делает, если только не предупреждает меня, что что-то услышала.
— Что-нибудь еще, кроме хруста ветки? Голоса? Шаги? — спросил Лоусон.
Рэн покачала головой.
— Ничего…
Она резко замолчала, и я тут же спросил:
— Что?
— Вчера вечером. Тень тоже рычала. И мне показалось, что я видела в лесу свет.
Мой взгляд мгновенно метнулся к деревьям, которые поглотили склон холма.
— Кто там живет?
Лоусон тоже смотрел в том же направлении.
— Никто. Участок не застроен.
Я повернулся к Рэн.
— Почему ты тогда не позвонила Лоусону?
Зеленые искорки в карих глазах горели даже в окружающей нас тьме.
— Не знала, что мне нужно звонить Лоусону каждый раз, когда ночью что-то происходит.
Мышца на моей челюсти дернулась.
— Разумно вызвать полицию, если посреди ночи на твою территорию проник злоумышленник.
— Вероятно, это подростки искали место для вечеринки.
— Ребята. Хватит, — рявкнул Лоусон. Он вытащил из кармана фонарик и осветил им стену хижины.
— Вон под тем окном, — указала Рэн.
Луч света остановился на смазанном следе. Все во мне замерло. Я заставил себя подойти ближе.
— Там еще один. — Я указал на еще один далеко не идеальный отпечаток, который свидетельствовал о том, что кто бы здесь ни побывал, уходил он в спешке.
— Возьму из внедорожника набор для снятия отпечатков. Сделаю несколько фотографий и замеров. — Лоусон посмотрел на Рэн. — Тебе следует подумать о том, чтобы остаться на несколько дней у Грэй.
— Я не собираюсь спать на диване Джи, потому что вокруг моего дома шныряет какой-то любопытный засранец. Если бы мне хотели навредить, то уже сделали бы это, когда я приехала сегодня вечером.
От этой мысли мой желудок свело. Я обвел взглядом местность. Хижина. Лес. Озеро. И тут же начал строить планы по обеспечению безопасности. Она была чертовски беззащитна в своей хижине в глуши.
— Ты могла бы остановиться в гостевом доме наших родителей. Ты же знаешь, что они были бы только рады приютить тебя, — предложил Лоусон.
— Керри и Натан не нуждаются в моем вмешательстве. У них сейчас достаточно забот. И я не позволю никому выжить меня из собственного дома.
Я повернулся к брату и Рэн.
— Ты и не должна.
В ее глазах вспыхнул шок от моей солидарности.
— Спасибо.
— Я останусь с тобой.
Глава 14
РЭН
— Что? — прозвучало, скорее, как писк, а не настоящее слово, и я не упустила из виду, как дрогнули губы Холта.
Я нахмурилась.
— Тебя должны пригласить в чей-то дом. В противном случае тебе грозит арест. Верно, Лоу?
Глаза Лоусона метались между нами.
— Я, правда, не желаю находиться в центре этого. Схожу за набором. — Секунду спустя он, опустив голову, уже мчался к своему внедорожнику.
— Трус! — крикнула я ему вдогонку.
Холт усмехнулся.
— Не смейся, — огрызнулась я.
— Рэн, — сказал он тихо, тем самым мягким тоном, который всегда заставлял меня уступить, чего бы он ни хотел.
Я прикусила щеку изнутри и заставила себя не отводить взгляд. Возможно, в прошлом от этого голоса у меня слабели коленки, но теперь я стала совершенно другой.
Холт двинулся в моем направлении, и Тень насторожилась. Холт, казалось, скорее почувствовал это, чем увидел, и присел на корточки. Он протянул ей руку, чтобы она ее обнюхала.
Тень вытянула шею и принюхалась. Через секунду сделала два шага в его сторону. На второй секунде его пальцы уже зарылись в ее шерсть.
Тень подалась к его прикосновению в поисках большей ласки. Я ничего не могла с собой поделать, почувствовав себя немного преданной. Тень была дружелюбной, но также и хорошей защитницей. В ночь, когда она отреагировала на угрожающую мне опасность, ей не следовало быть нигде, кроме как рядом со мной.
Холт запрокинул голову, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Я знаю, что не заслуживаю этого. По миллиону разных причин. Но позволь мне остаться, вопреки всему. Утром я сразу же уйду. Я просто не хочу, чтобы ты оставалась здесь одна, когда вокруг кто-то бродит.
Я смотрела в эти темно-синие глаза, которые когда-то думала, что так хорошо знаю.
— Я уже долгое время живу здесь одна.
Вспышка была такой крошечной, что я бы ее не заметила, не будь так настроена на все, связанное с Холтом. И этот маленький намек на эмоцию был ничем иным, как болью.
— Я знаю и не пытаюсь сказать, что ты не в состоянии позаботиться о себе, просто иногда приятно, когда кто-то прикрывает твою спину.
Мне всегда нравилось это в Холте. Он первым присоединился к моей команде. И остался там навсегда. Мой фанат номер один и тренер звездного питчера. Это была одна из вещей, по которым я больше всего скучала, когда он ушел, — по ощущению того, что я не одинока в трудностях, которые может преподнести мне жизнь.
Какая-то часть меня хотела сравнять его с землей только за одно это предложение. Взяться за нож, который он воткнул себе в грудь, и вдавить его глубже. Чтобы он понял, что ему так же больно, как и мне.
