Костяшки пальцев болели от того, как крепко я вцепилась в руль, словно в спасательный круг. И, возможно, так и было. Он давал мне дистанцию, которая в конечном итоге должна была помочь.
Мертвая хватка на легких немного ослабла, когда город растворился в зеркале заднего вида. Я свернула на гравийную дорогу, ведущую к моему дому.
Когда в поле зрения замаячила маленькая хижина, я вдохнула немного глубже. Свет огней манил. Это была моя гавань. Мое безопасное место.
Убежище, которое я создала для себя. Где я могла опустить свои защитные стены и просто жить. Где не ощущала на себе ничьих взглядов, никакого давления, вынуждая держать себя в руках, когда на самом деле разваливалась на части.
Трясущимися руками я вытащила ключи из замка зажигания. Крепко сжав их в кулаке, направилась к входной двери. Как только я приблизилась к хижине, мобильный зазвонил снова. И впервые я прокляла усилитель сигнала сотовой связи, который Крис и Джуд установили для меня. Он предназначался для безопасности, но теперь казался навязчивым, будто мне так и не удалось скрыться от чужих взглядов.
Всеми силами я пыталась вставить ключ в замок, когда за дверью радостно залаяла Тень. Наконец мне это удалось, и дверь открылась. Тень танцевала и кружила в прихожей.
Я издала смех, перешедший в рыдание, и собака тут же замерла. Толкнув дверь, я сползла на пол. Тень мгновенно двинулась ко мне, ткнувшись мне в бок. Я обвила руки вокруг нее и прижалась лицом к ее шее, выпуская слезы на свободу.
Я плакала за всю ту боль разрушенной жизни, которая могла быть так прекрасна и многообещающа. И все из-за чего? Из-за пяти минут. Из-за триста секунд. Потому что Холт взвалил на свои плечи весь мир и не смог освободиться от роли Супермена.
Пять минут стоили мне целой жизни счастья… или, может, во всем виновато упрямство Холта.
Как бы я ни злилась на Холта, мое сердце разрывалось из-за него. Тяжесть вины, которую он нес, явно давила на него. Она стоила ему дома, семьи. Меня. И ради чего? Ради роли благородного героя-мученика?
Телефон зазвонил снова. На экране высветилось фото Грэй. Когда звонок прекратился, появилось сообщение.
Грэй: Если не ответишь на следующий звонок, я приеду к тебе.
Сотовый тут же зазвонил снова, и я провела пальцем по экрану.
— Я в порядке.
— Ты всегда была ужасной лгуньей.
Я рассмеялась, но звук вышел хриплым.
— Ладно, я не в порядке, но я буду.
Она помолчала.
— Хочешь компанию? Можем посмотреть «Маленьких женщин» в восьмидесятимиллионный раз и объесться попкорном.
— Спасибо, Джи, но, думаю, я просто приму душ и лягу спать.
— Прости, что заставила тебя прийти. Это было эгоистично. Я просто думала, что, возможно, смогу снова собрать всех моих любимых людей вместе. Но я причинила тебе боль, и это делает меня навозной подругой.
— Навозной?
— Приходится выбирать ругательства, когда рядом маленькие монстры.
Я фыркнула.
— Ты не навозная подруга. И не дерьмовая. Я понимаю, ты хочешь, чтобы все стало как прежде. Но это невозможно. Скажи, что ты это понимаешь.
На другом конце линии повисло молчание. Ей нравилось, когда мы с Холтом были вместе. Она говорила, что однажды я официально стану ее сестрой. И ей было нелегко отказаться от этой мечты.
— Джи, я люблю тебя. Мы сестры по душам на всю жизнь. Но я не могу дать тебе этого. — У меня перехватило горло, и слезы наполнили глаза в миллионный раз за сегодняшний вечер. — Мне слишком больно.
— Рэн…
— Я не ненавижу его. Желаю ему только добра. Но не могу впустить его в свою жизнь так, как ты хочешь. Если он уедет навсегда, я смогу, время от времени, видеть его в городе и махать рукой. Вести вежливый, поверхностный разговор. Но не смогу смотреть, как он движется дальше. Видеть его каждый день, наблюдать, как он общается с детьми Лоусона — может, даже со своими детьми — зная, что мы слишком сломлены, чтобы когда-либо найти дорогу друг к другу.
— Хорошо, — мягко сказала Грэй. — Больше никакого вмешательства. Обещаю.
Я беззвучно вздохнула.
— Спасибо.
— Я люблю тебя до края земли, сестра.
— И до луны, и до звезд.
— Завтра пообедаем? — с надеждой спросила она.
— Конечно. В «Уайлдфайере»?
— Да, пожалуйста.
Я зарылась пальцами в шерсть Тени.
— Я напишу тебе, когда узнаю время на перерыв.
— Звучит как план, Стэн.
— Спокойной ночи, Джи.
— Сладких снов.
Я завершила разговор. Сомнительно, что мои сны хоть отдаленно будут походить на нечто сладкое.
Тень заскулила.
Я поднялась на ноги.
— Прости, девочка. Давай, выведем тебя.
Треск ветки за окном замедлил мои движения. Скулеж Тени превратился в низкое рычание.
— Наверное, просто любопытное животное.
Но я подошла к столу в прихожей и, пошарив в миске со всякой мелочевкой, достала электрошокер.
Я пристегнула поводок к ошейнику Тени и намотала его вокруг запястья, а затем включила фонарик на телефоне. Прислушалась. Ничего. Открыв дверь, вышла на крыльцо.
Меня приветствовали обычные звуки. Ветер гудел в соснах. Создания ночи копошились в лесу.
Я крепче сжала электрошокер и двинулась вдоль дома туда, где услышала треск. Луч фонарика не осветил никаких существ, но когда я приблизилась к окну, которое представляло собой лучшую точку обзора всего нижнего этажа хижины, мой взгляд кое за что зацепился.
Впадина в мягкой почве, на которой вскоре я разобью клумбы. Смазанный отпечаток обуви.
Онемевшими пальцами я скользнула по экрану мобильного, пока осматривала лес вокруг. Раздалось два гудка, и Лоусон ответил:
— Рэн, все в порядке?
— Кажется, кто-то был возле моего дома. Наблюдал за мной.
Глава 13
ХОЛТ
От слов Лоусона все во мне содрогнулось. Я приблизился, пытаясь разобрать то, что говорили на другом конце линии, но брат оттолкнул меня.
— Почему ты так думаешь? — Он помолчал некоторое время, но кивнул. — Возвращайся в дом. Запри двери и окна. Я буду через десять минут.
Именно столько времени потребуется, чтобы проделать путь отсюда до хижины Рэн.
— Что случилось? — рявкнул я, как только он отключился.
Лоусон поднял руку в успокаивающем жесте.
— С ней все в порядке, но она полагает, что кто-то шнырял возле ее хижины.
При этих словах я весь напрягся.
— Репортеры?
В этом году исполнялось десять лет со дня стрельбы. В мой офис поступило так много запросов на интервью, что я сбился со счета. Средства массовой информации взбудоражило произошедшее в Сидар-Ридж, и благодаря одному уволенному помощнику шерифа тот факт, что именно я нашел Рэн, стал достоянием гласности.
Каждый хотел урвать кусочек этой истории — подростковая любовь, растерзанная ненавистью.
Но они не получат часть нас. Никогда.
Мышца на челюсти Лоусона двигалась взад-вперед, когда он доставал из кармана ключи.
— Возможно. И все же, как-то поздновато для репортера что-то вынюхивать. Ей показалось, что она услышала что-то снаружи. Пошла проверить и обнаружила отпечаток обуви.
— Пошла проверить? Какого черта она не позвонила 9-1-1?
— Вероятно, решила, что это животное, и, возможно, так и могло быть.
Мне было наплевать на то, что могло бы быть. Я волновался лишь о безопасности Рэн. Мои ноги уже двигались, неся меня к моему внедорожнику, припаркованному в конце ряда машин.
— Куда, черт возьми, ты собрался? — рявкнул Лоусон.
— Убедиться, что с ней все в порядке.
— Не думаю, что это такая уж хорошая идея.
Но я уже сидел за рулем и вставлял ключ в замок зажигания.
Лоусон выругался и побежал к своему внедорожнику.
Не тратя время зря, я сорвался с места. Постукивая пальцами по рулю, я ждал, когда откроются ворота… как же чертовски медленно.
Когда образовался достаточно широкий проем, я нажал на газ. На полицейском внедорожнике Лоусона замигали сигнальные огни, но я проигнорировал его. Достигнув двухполосной дороги, ведущей в город, он обогнал меня, заставляя снизить скорость.
