женщину.
Я не двигаюсь с места. Чувствую себя так, словно меня сбил поезд под названием «Джорджия». Что, черт возьми, только что произошло? Прежде чем успеваю обдумать это, звонит мой телефон. Это Джен. Я отвечаю, думая, что нужно сказать ей, чтобы она отменила охрану.
— Алло?
— Мне звонит агент по продаже недвижимости и говорит, что у нас есть предложение за наличные на дом недалеко от города. Не хочешь ли ты сделать банковский перевод и попросить своего адвоката одобрить покупку?
— Тонио! — слышу, как Джорджия зовет меня из задней части люкса. — Я выбрала дом и сказала, что ты покупаешь его для меня в качестве свадебного подарка. Но ты все равно должен мне еще один подарок, потому что не считается, если я знаю, что это.
Я не могу сдержать смех, когда говорю Джен одобрить сделку.
— Да, продолжай. И не могла бы ты прислать сюда сегодня вечером грузчиков, чтобы они доставили кое-что из необходимого в новый дом?
— Будет сделано, — отвечает она и завершает звонок.
Я кладу телефон на столик рядом с собой и отправляюсь в спальню, чтобы найти Джорджию в ванной, разбирающую свою косметику.
— Мне понадобится упаковка пузырчатой пленки, прежде чем я смогу продолжить, — говорит она, не глядя на меня. Она сосредоточена на том, что делает, явно не обращая внимания на ад, через который я только что прошел, думая, что она бросает меня.
Я подхожу к ней, поднимаю и перекидываю через плечо. Она возбужденно визжит, а затем в негодовании шлепает меня по заднице.
— Опусти меня!
— Как пожелаешь. — Я бросаю ее на кровать и залезаю на нее сверху, пока она хихикает и пытается вырваться.
Я хватаю ее за запястья и держу их над ее головой, пока двигаюсь между ее ног, прижимая ее тело к матрасу. Мой твердый член прижимается к ее трусикам, когда платье собирается вокруг ее талии.
— Ты точно знала, что делаешь, когда отправляла мне то сообщение.
Она приподнимает бровь и пожимает плечами, делая вид, что не понимает, что я имею в виду.
— Я должен был сказать тебе. Я просто не мог рисковать тем, что ты бросишь меня.
— Думаешь, я снова оставлю тебя? Я люблю тебя, Антонио. Я не собираюсь никуда уходить, — она освобождает руку из моей хватки и обхватывает мою щеку. — Я люблю тебя. Я счастлива, что замужем за тобой.
Я знаю, что чувствовал ее любовь, и конечно знаю, что люблю ее, но слышать, как она произносит эти слова — это все, на что я надеялся.
— Я тоже люблю тебя, Джорджия. Но ты это и так знаешь, не так ли? — я одариваю ее лукавой улыбкой, которая совпадает с ее.
— Ну а что тут не любить?
Эта женщина будет бросать мне вызов на каждом шагу. И я не могу дождаться. Наклоняясь, целую ее, крепко прижимая к себе. Я потираюсь своим твердым членом о ее мягкое тело, нуждаясь в облегчении внутри нее.
Я протягиваю руку между нами, расстегиваю брюки и достаю свой член. Затем оттягиваю в сторону ее трусики и проскальзываю в ее влагу. Мой член находит свой дом и врывается в ее тугую гостеприимную киску.
— Вот так, Антонио, прямо там, — стонет она, запрокидывая голову и хватаясь за спинку кровати.
Я толкаюсь сильнее, отдавая ей каждый свой сантиметр. Я стягиваю верх ее платья, обнажая одну из ее грудей, обхватываю ее сосок и посасываю его, продолжая двигаться в ней.
Я наклоняю бедра так, чтобы при каждом толчке задевать ее клитор. Ее киска сжимает меня крепче, и я так близок к краю. Мне нужно, чтобы она была со мной, когда кончу. Мои глубокие толчки поражают ее сладкое местечко, и всего через несколько идеальных толчков она начинает пульсировать вокруг меня и кричит от удовольствия.
Удерживая себя внутри нее, когда кончаю, я отдаю каждую каплю в ее ожидающее тепло. Она сжимает меня так крепко, что почти больно, и мы оба достигаем пика нашей страсти и одновременно кончаем.
Я нежно целую ее грудь и шею, когда мы переводим дыхание. Я прокладываю дорожку поцелуев к ее щекам, а затем к губам, нежно любя ее тело после нашего быстрого траха.
— Ты должен мне свадьбу, — говорит Джорджия с закрытыми глазами и широкой улыбкой на лице.
— О, должен, да?
— Ага, папочка толстосум. Очень большую.
Я смеюсь над ее шуткой и зарываюсь лицом между ее большими сиськами.
— Все, что захочешь, Сладкие сливки. Все, что угодно.
— Ты будешь чертовски хорошим мужем, Антонио.
Эпилог
Дон
Восемь месяцев спустя…
— Это все равно, что пытаться засунуть десять килограмм сахара в пакет для пяти килограмм, — фыркает Джорджия, когда молния на ее платье застревает.
Я подхожу и отталкиваю ее руки, помогая ей поправить платье. Застегнув его, я целую ее обнаженное плечо и позволяю своему языку задержаться на коже.
— Каждый твой сантиметр великолепен, — говорю я, проводя руками по ее телу. — Ты выглядишь совершенно сногсшибательно.
— Если ты будешь продолжать в том же духе, я не пойду на ужин, а ты знаешь, как сильно я люблю стейк.
Она поворачивается в моих объятиях, поднимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать меня в губы. Ее беременный животик врезается между нами, и это заставляет меня улыбнуться.
— Не смейся над моим животом. Моя малышка голодна. — Она улыбается и кусает меня за губу.
Персик не могла ждать до родов, чтобы узнать, кто у нас будет, поэтому, как всегда, я уступил ей, и мы все выяснили. В следующем месяце у нас будет маленькая девочка, и я не могу дождаться. Я в равной степени взволнован и испуган тем, что она будет как моя Джорджия.
Она поворачивается и с важным видом удаляется от меня, а я потираю укушенную губу.
— Продолжи так вилять своей задницей, и мне придется трахнуть тебя, прежде чем накормить.
Она останавливается как вкопанная и смотрит на меня через плечо, приподнимая бровь. Будто бросает мне вызов.
Если я что-то и знаю о своей девочке, так это то, что она любит вызовы. Особенно когда она та, кто их бросает.
Я блуждаю взглядом по ее пышному телу, наслаждаясь всеми изгибами в обтягивающем платье без бретелек. С того дня, как
