от того, что был у Кейлена. Поверх кожаных доспехов они надели длинные зеленые плащи. Две части кирасы состояли из толстой кожи, по всей поверхности которой был выткан замысловатый узор. Плечи плащей струились с высоких латных наплечников.
– Как только мой отец вернется с проводником, которого обещала ему царица Кира, – ответил Дален.
Лирей кивнула и села рядом с Даленом на низкую стену.
– Все в порядке? – спросил он.
– Нам не следовало разделяться с дралейдом, – ответила Лирей.
– Вы не можете винить себя за это. Шло сражение, город горел, мы терпели поражение, – сказал Дален.
– Ты не понимаешь. – Лирей вздохнула и опустила глаза в каменный пол.
Дален не ответил. Она была права: он не понимал.
– Гейлерон и Вейрил так и не вернулись, – сказала Алеа, сложив руки на груди и нахмурившись.
– Возможно, они вместе с Кейленом и Эриком. Мой отец и Тэрин уверены, что они живы.
– Может быть. Я надеюсь, что дралейд жив. Все пришло в движение, – сказала Лирей. – Фигуры на игровой доске веками оставались на месте. Нам предстоит принять будущее с дралейдом на нашей стороне или без него. Ну я бы хотела, чтобы он был с нами.
Дален согласно кивнул. Он не знал, что сказать. Ему не удалось избавиться от обиды, которая его не покидала. Они тренировались всю жизнь – он и Эрик, оба. И неизменно следовали за отцом. Детство они провели с мечами в руках, учились сражаться. А потом, когда все началось, ему пришлось уйти на второй план, уступив тому, кто подвернулся совершенно случайно. Это казалось ему несправедливым.
Ко всему прочему Кейлен винил его в том, что Риста захватили в плен. Можно подумать, у меня был выбор.
Послышался звон кольчуги, к ним подошли Эйсон и гном в полных доспехах, за которыми следовала маленькая армия. Топот пятидесяти кованых сапог эхом отражался от скальных стен Сердца, подчеркивая окружавшую их пустоту.
– Нимара, это мой сын Дален. – Эйсон сжал плечо Далена, представляя его гномессе, которая стояла рядом с его отцом.
Она была на фут ниже Далена, светлые волосы заплетены в косу, украшенную золотыми, бронзовыми и серебряными кольцами. Поверх блестящей кольчуги она надела тяжелые прямоугольные доспехи, а за спиной, на петле, висел обоюдоострый топор.
– Пусть твой огонь никогда не погаснет, а клинок всегда остается острым, Нимара.
Гномесса улыбнулась и повторила приветствие, обменявшись такими же словами с эльфами.
Дален повернулся в сторону остальных гномов и вопросительно приподнял бровь.
– Гномы не верят, что мы справимся сами?
– На самом деле, – ответил Эйсон, – кроме самой Нимары все остальные добровольцы. Складывается впечатление, что титул дралейда все еще очень важен для народа гномов. Каждый из них хочет помочь в поисках. Желающих оказалось намного больше, но мне пришлось оставить большую часть. Мы не можем вести с собой целую армию в лабиринт туннелей.
– А мы не опоздали? – Дален повернулся и увидел приближавшихся через двор Данна и Тэрина. За спиной Тэрина развевался пятнистый коричнево-зеленый плащ, серебряные волосы мерцали в сиянии цветов.
Эльф, как всегда, двигался легко и изящно. Данн полностью оделся в кожу, будто для охоты, за спиной у него висел лук. Складывалось впечатление, что он успел быстро оправиться от ран. Может быть, ему помог один из целителей.
– Тэрин, – Эйсон улыбнулся, крепко обнимая эльфа. Отпустив Тэрина, Эйсон повернулся к Данну с извиняющейся улыбкой: – Данн, я сожалею. Но ты не можешь пойти с нами. Туннели – не самое подходящее место для человека без подготовки, и ты еще не оправился от ранений. Это слишком опасно.
– Я пойду с вами. – Данн стоял на своем, не сводя с Эйсона немигающих глаз.
– Извини, Данн, но ты не можешь…
Данн с неожиданной быстротой приблизился к Эйсону.
– Я сказал, что иду с вами, – повторил он. – Тебе придется вонзить в меня нож, чтобы помешать отправиться на поиски Кейлена. Я не позволю тебе убедить меня бросить еще и второго друга.
Дален невольно сглотнул. Возникло напряжение, все смотрели на Данна и Эйсона.
Взгляд Эйсона не дрогнул, а пронзительные голубые глаза с легкостью ответили на взгляд Данна. Отец Далена был воином. Природа наделила его мощными плечами, широкой стойкой и высоко поднятым подбородком. Его фигура всегда производила большее впечатление, чем фигура Данна. Но в этот момент их стало невозможно разделить. Дален не мог не восхищаться самоотверженностью Данна.
– Ладно, – наконец сказал Эйсон, слегка поджав губы.
Далену показалось, что Алеа и Лирей облегченно вздохнули. Он и сам почувствовал себя спокойнее.
Данн кивнул и после короткой паузы отошел от Эйсона, чтобы поприветствовать гномов. Тэрин наблюдал за ним с нескрываемым восхищением.
Дален удивился, когда отец положил ему руку на плечо.
– А вот ты и вправду с нами не пойдешь.
Совершенно ошеломленный Дален ничего не понял. Что сейчас сказал отец?
– Конечно, я пойду. О чем ты говоришь?
– После случившегося ночью покушения на жизнь Даймона мне нужен человек, который стал бы моими глазами здесь. Тот, кому я могу доверять. Тот, кто хорошо владеет собой и способен сохранить жизнь короля.
Дален почувствовал, что его гнев готов вырваться наружу.
– Отец, я иду за Эриком. Если он все еще жив, тогда…
– Тогда я его найду. Я прошу тебя остаться здесь не в качестве наказания. Когда мы приведем Эрика сюда, а также Кейлена и Валериса, нам потребуются гномы и король Даймон. Предстоит война, Дален, и нам необходимы все союзники. Ради этого мы сражаемся. Пожалуйста, сделай это для меня.
– Да, сэр, – сказал Дален, повернулся на каблуках и быстро зашагал в сторону ворот, которые вели в главный город.
Глава 7. Круг
Узкая полоска мягкого оранжевого света проникла в окно, когда солнце садилось над очень точно названным Морем Камней. Складывалось впечатление, что широкий горный ландшафт бесконечно уходил за горизонт. Его песочно-коричневые пики заслоняли небо; некоторые были тонкими и зазубренными, другие – широкими, с плоскими вершинами. Красота его диссонансов казалась уникальной. Она не являлась природной, в чем сходилось большинство ученых Круга; ландшафт создали с помощью Искры много веков назад. Но для каких целей? На этот вопрос внятного ответа не существовало.
Вид из окна оставался единственной приятной особенностью комнаты, в которой сидел Рист, маленькой и почти пустой, с голой стеной и жесткими деревянными стульями. Сейчас только четыре были заняты – на них сидели Ниира, Томмин, Лена и он сам. Гаррамон сказал ему, что новички или ученики обычно не проходили обучение за стенами Высокой Башни в Бироне. Однако исключения случались, когда речь шла об учениках, у которых имелся поручитель, – а
