— Для тебя — возможно, но не для меня! — Мелиса упрямо вздернула подбородок. — Я бы никогда не стала посмешищем и жертвой. Я бы им всем показала!
В ответ Алиса лишь горько усмехнулась. Наивная сестра, она еще не сталкивалась с другим миром, она еще может позволить себе спасительное заблуждение, что все вертится только вокруг нее и одного только желания достаточно, чтобы мир упал к ее ногам. Нет смысла ее разубеждать: пока на собственной шкуре не узнает, что это такое, не поверит.
— И крыша над головой у тебя есть, — с упреком сказала Мелиса. — Ты же живешь у этой, как ее? У Зинон. Небось она не заставляет тебя рядиться пугалом. — Сестра с завистью посмотрела на новые Алисины джинсы. — И молиться до потери пульса, и слушать всякую чушь про Пророка. Тебе повезло, а ты не понимаешь. Слушай, Аля, возьми меня к себе! Нет, правда, что тебе стоит?
— Куда я тебя возьму? — растерялась Алиса.
— Куда хочешь. К этой своей Зинон возьми. Я так понимаю, она тетка сердобольная, тебя приютила — и меня приютит.
Она не знала, что ответить на это бесхитростное заявление. «Тебя приютила и меня приютит». Зинон, при всем ее добросердечии, никак не тянула на держательницу приюта для бездомных.
— Мелиса, я не могу. — Она хотела погладить сестру по волосам, но та обиженно фыркнула, сказала со слезами в голосе:
— Ты просто не хочешь! Так всегда было! Тебе всегда доставалось все самое лучшее, ты же старшая!
А вот это было нечестно и несправедливо — все, от начала до конца. Алиса никогда не пользовалась преимуществом старшей сестры. Да и о каком таком преимуществе идет речь, когда они с Мелисой — близнецы и пресловутая разница в возрасте всего каких-то десять минут? Просто с самого раннего детства так повелось: Алиса — старшая, Мелиса — младшая. И, коль уж на то пошло, привилегий у старшей сестры было намного меньше, чем у младшей. Алисе приходилось отвечать за двоих, потому что родители свято верили, что десять минут — это очень существенно. И спрашивали со старшей дочери по всей строгости. А сама Алиса вот только сейчас осознала, насколько это смешно и неубедительно. Она осознала, а Мелиса продолжала оставаться в неведении.
— Мне пора. — Алиса встала. — Скоро вернутся родители.
— Ты еще придешь? — спросила сестра вроде как равнодушно, но с тайным страхом.
— Приду, если получится, то на следующей неделе. — Она достала из кармана джинсов три десятидолларовые купюры, положила на стол перед сестрой. — Это тебе, купи себе что-нибудь…
Алиса сдержала свое слово, связь с сестрой не теряла, помогала ей, чем могла. Сначала по большей части деньгами, а потом, когда в двадцать лет Мелиса решила уйти от родителей, снимала ей квартиру, оплачивала учебу в институте.
После окончания института встал вопрос о ее трудоустройстве. Мелиса хотела действовать самостоятельно, без протекции и помощи сестры. Она приходила к Алисе примерно раз в месяц, замученная, оголодавшая, но всегда полная безумных планов на будущее. Рассказывала, что наконец-то нашла «чудесное местечко», что теперь уже очень скоро начнет зашибать бешеные бабки, а пока ей нужно совсем немного денег «на прокорм». Алиса отдавала сестре заранее приготовленный конверт, в душе надеясь, что это в последний раз. Но в следующем месяце «чудесное местечко» вдруг оказывалось «шарашкиной конторой», в которой зашибить бешеные бабки просто нереально.
Неизвестно, сколько бы все это продолжалось, если бы не вмешательство Зинон. Зинон, в отличие от подруги, на вещи смотрела трезво и церемоний не разводила.
— Какого хрена?! — заявила она Алисе после очередного визита сестры. — Я спрашиваю, какого хрена ты посадила себе на шею эту бездельницу? Ты что, не понимаешь, что она тянет из тебя деньги?
— Она не тянет. — Алиса предприняла робкую попытку отразить натиск Зинон. — Я просто пытаюсь помочь ей пережить трудные времена.
— Да у этой проходимки вся жизнь — сплошные трудные времена!
— Мелиса ищет работу.
— Где?! В кабаках и ночных клубах?! — язвительно поинтересовалась Зинон. — И не делай такое удивленное лицо. Я знаю, что говорю. Твоя сестрица спускает твои же бабки в ресторанах и на танцульках, а потом приходит к тебе, сердобольной дуре, и говорит: «Ах, как мне тяжело! Ах, меня никто не берет на работу». Конечно, зачем ей работать, когда у нее есть такая замечательная палочка-выручалочка?!
Откровения Зинон повергли Алису в шок. Да, она знала, что ее сестра ветреная и легкомысленная, но никак не ожидала, что Мелиса сознательно идет на обман.
— Красотуля, послушай совет старой Зинон. Такая благотворительность еще никого до добра не доводила. Прикрывай лавочку, если не хочешь для своей сестрички неприятностей.
И Алиса послушалась — прикрыла лавочку. Во время очередного визита Мелисы она внимательно выслушала сначала ее стенания, потом планы на будущее, покивала сочувствующе головой, а привычного конверта с деньгами не дала. Сестра повела себя предсказуемо: устроила истерику, обвинила ее в бессердечии и жадности, но Алиса стояла насмерть, на шантаж и уговоры не поддавалась. Когда буря немного улеглась, она сказала:
— В одном из наших магазинов нужен продавец-консультант. Если хочешь, я тебя устрою.
— Продавщицей?! Меня?! — Мелиса недоверчиво моргнула. — Меня, единственную младшую сестру, продавцом?! Да ты с ума сошла!
— А что тут такого ужасного? Поработаешь немного в зале, освоишься, а там видно будет.
— Между прочим, у меня высшее образование, — напомнила сестра, — а ты до сих пор еще студентка — и ничего, справляешься с куда более сложной работой.
— Все правильно. — Алиса кивнула. — Я все еще студентка, потому что не могу себе позволить роскошь оставить работу и целиком посвятить свое время учебе, но, — сказала она с нажимом, — моего образования хватило на то, чтобы создать «Ализи».
— А я, значит, гожусь только в продавцы?! — Мелиса нервно закурила. — Ну, спасибо тебе, сестричка!
Алиса пожала плечами. Ей очень не хотелось ссориться с сестрой, но Зинон права — Мелиса никогда не научится жить самостоятельно, если она не перестанет ее опекать.
— Знаешь, что? — Мелиса смотрела на нее почти с ненавистью. — Мне твои подачки не нужны. Я со всеми своими проблемами в состоянии справиться самостоятельно и не собираюсь унижаться!
— Рада за тебя. — Разговаривать с сестрой становилось все труднее. — Только я тебя не унижаю, я предлагаю тебе реальную помощь.
— А мне не нужна такая помощь! — Мелиса сорвалась с места, отшвырнула недокуренную сигарету. — Я ухожу!
У Алисы еще была возможность остановить сестру, вернуть все на круги своя, но она не стала, для Мелисиного же блага…
