прилететь и оторвать все стратегические места, а потом пришить на лоб. Очень талантливая. Обожал её. И уже тогда расстояние стало для нас камнем преткновения. Никогда не понимал, что людей держит в провинции. Жизнь кипит именно в столице, меня тянуло к этим огонькам, я наслаждался суетой. А Яна, наоборот, предпочитала в этом плане размеренность, стабильность и тишину.
В таком режиме прошло ещё два года. Естественно, я, молодой парень весьма и весьма недурной наружности, не ощущал недостатка женского внимания. И иногда давал осечки – реалии жизни. Куда без этого? А Яна будто чувствовала. Но в агонии полыхала не только она. Я тоже подыхал от мысли, что её окружают всякие похотливые самцы. Умница, красавица, за словом в карман не полезет – девушка всегда была в центре внимания. И эти больные отношения выматывали обоих.
Даже не помню, кто из нас, наконец, предложил расстаться. Крышесносный секс – это здорово, но всё остальное шло в минус. Не дотягивали мы до адекватного формата. Было очень жаль, потому что я понимал, насколько она необыкновенная и неповторимая в своём роде. Среди пустышек, которые меня окружали, я четко осознавал, что из себя представляет самодостаточная Яна.
Но, увы, мы, гордые и амбициозные, не хотели поступаться своими принципами и целями. Так и разошлись, не остыв, но признав, что эти отношения нас разрушают.
Прошло ещё несколько лет. Третий раз судьба столкнула нас на похоронах Сони. Я был удивлен, что бывшая одноклассница и просто моя бывшая присутствовала на данном мероприятии. Оказалось, они с матерью теперь ещё и коллеги, работают в одном учреждении.
Каждый по-своему пытался пережить это горе. Мне в компании пошли навстречу, предложив взять отпуск прямо сейчас, не придерживаясь графика, я сначала, было, хотел согласиться, остаться рядом с родителями. Но буквально на следующий день после того, как сестру предали земле, сорвался обратно. Чуть сам не умер в этой обстановке, где всё напоминало о ней. Утешающих сплошь и рядом было много, мама находилась в надежных руках, да и отец не позволил бы ей сдаться. Они меня не стали отговаривать и ни разу не упрекнули.
А я…даже по-мужски оказался неготовым к потере такого близкого человека. Соня была целым миром. Маленьким ярким миром. И вдруг всё померкло. Это не укладывалось в голове. В сердце. В душе. Отрицание шло полным ходом. Я отказывался принимать это, жить в атмосфере, пропитанной болью потери. Слушать шепоток «добрых» языков, не стеснявшихся обсуждать судьбу сестры даже у нас дома.
Превратился в настоящего психа. Видел всё в черно-белом цвете. Ненавидел всех и каждого. Задавал один и тот же вопрос: почему?! И не находил ответа. Только мерзкая холодная тишина.
Растворялся, прятался и забывался в полётах. Там нужна сконцентрированность, высокий уровень ответственности всё же включал мозг, стоило только войти в кабину. Пусть огромный процент пути и преодолевается на автопилоте, но командир обязан быть начеку. Даже не знаю, как отлетал полгода, приезжая домой только на девять и сорок дней. Засыпал и просыпался с каким-то смутным грызущим чувством, отмахивался от него, злился на себя за слабость, шел дальше.
Пока в одну из ночей не проснулся в холодном поту с четко сформированным желанием – хочу мстить. Сука, хочу крови! Выпотрошить того, кто виновен в её уходе! Сжечь, заставить биться в предсмертной агонии, видеть ту же боль, муки и страдания, что испытывает вся семья. Я был чертовски уверен, что это принесет мне облегчение. И не только мне, но и Соне, мысли о которой не покидали. Посмотреть в глаза этому ублюдку, от которого она была беременна, решившись потом на аборт. Не сомневался ни секунды – он её и отправил, побоявшись ответственности!..
Начав действовать, связался с друзьями, парочка из которых служила в органах и имела свои надежные каналы. Попросил любыми способами установить личность парня, даже Сонин телефон предоставил в их распоряжение, считая, что его взлом вполне способен сообщить нужную информацию, что впоследствии доблестные стражи правопорядка и проверят. Через месяц мне на почту скинули файл. Читал и ох*евал, не соображая, что происходит. Впадал в бешенство, стирая костяшки ударами в стену. Неужели не могла найти никого другого? Зачем ей этот «белый воротничок», да ещё и хач! Пелена плотно завесила глаза. Я больше ничего не соображал. Спал и видел, как буду ему мстить. Тумблер сдох. Не жил, а существовал во имя этой мести. Плевал на человечность, доводы разума, жалость или принципы.
Око за око, зуб за зуб.
Извилины усиленно работали, складывая и вычитая, вырисовывая и стирая пункты плана. А дополнительные сведения предоставлял один из близких корешей, следак, который проникся моим незавидным положением – у самого две родные сестры. Время от времени подкидывал данные по семье Спандарян. Просил быть осторожным, но всё равно помогал. Даже на разведку со мной пошел в их дом… Где готовились к празднику. Старшую сестру этого подонка выдавали замуж, а он уже и сам был несколько месяцев, как женат – я знал. И взрывался ещё сильнее. И вдруг понял, что это шанс удвоить свою месть. Если забить на младшую, с этой можно разыграть интересный финт, расстроив торжество. Чем не эпопея?..
От одних воспоминаний бросает в пекло, что произошло потом…
Я творил такую дичь…
Как очнулся – тоже не помню.
Только настойчивый голос матери, который обволакивал.
«Яна такая умница», «Яна настоящий врач», «Яна потрясающая девушка», «Яна так поддержала меня», «Жаль, что вы тогда расстались», «А Яночка до сих пор одна»… И кучу всего, что оказывало влияние на мое дальнейшее решение.
Уже после всего содеянного и несостоявшейся мести я, находящийся в отпуске и сходящий с ума в собственном доме, в один прекрасный день просто взял и завалился к ней в квартиру. Девушка уже тогда жила одна, и никаких проблем это не вызывало.
Чего я хотел?
Унять пульсирующую боль.
Услышать, что я вовсе не зверь, а раненый человек.
Желал открыться ей, рассчитывая, что именно Яна сможет хотя бы немного понять поступки, ужасающие меня самого…
А она просто посмотрела в глаза… И я, увидевший там что-то до хруста в ребрах родное, не смог сделать её частью этой жуткой тайны. Зато мы, словно бешеные, отлюбили друг друга, как в старые добрые времена. И это стало началом…
Предложение руки и сердца естественным потоком слов вырвалось из меня спустя неделю. Почему бы и нет? Почему не попробовать? Может, это спасет меня от полного крушения? Отвадит от психиатрической наклонной,
