В последнее время даже задумываюсь о том, что моя жена достойна лучшего. Парадоксально, немного избито и банально, но…правда. Пока нас обоих устраивает сложившаяся ситуация, мы сосуществуем. Но, положа руку на сердце, признаюсь, что пожелал бы Яне чего-то более настоящего, а не практичного брака. Это я сухарь с нулевым уровнем жизнерадостности и выжженым внутри когда-то красочным полем. Но ведь она-то – нет…
– И зачем я тебе такой, м-м? – останавливаюсь и прижимаю её к себе, нежно касаясь губ. – Я ж гиблый случай, Яна Павловна.
– А я обожаю сложные диагнозы, Дмитрий Евгеньевич. Правда, пока не зайду в тупик…и не пойму, что ничего не могу сделать.
Боковым зрением улавливаю движение, и это нормально, поскольку люди привычно вышли на вечернюю прогулку по живописному парку, пока ещё позволяет погода. Ненормально другое – меня вдруг бросает в жар от проплывшего мимо профиля. Словно кто-то выдернул из комфортной теплой среды и вмиг окунул в ледяную воду. Я смотрю вслед удаляющейся девушке, которая держит за руку девочку, что-то весело рассказывающую, и почему-то сжимаюсь. Сжимаюсь от внезапных ощущений. От реалистичного укола в сердце огромной острой иголкой. Странное чувство, что меня пнули по самому уязвимому.
– Дим? – голос жены вырывает из образовавшегося вакуума. – Ты чего?
– Показалось, – шепчу глухо и растерянно, очухиваясь постепенно, – скажи мне, приличные заведения тут у вас есть? Могу я пригласить супругу на вкусный дорогой ужин?
– Какая небывалая щедрость, товарищ пилот. Ну, пойдем, будем разорять тебя сегодня…
Я с радостью беру её под руку, направляясь к выходу и надеясь, что это видение окончательно растворится в процессе поглощения еды и приятного разговора.
Потому что…не может это быть она.
Не может быть таких совпадений.
Не может мой самый дикий страх материализоваться в этой дыре…
Не может же?..
* * *
Планам на Новый год не суждено было сбыться. Яне, как новому работнику, который как раз остается без напарницы, провожая коллегу в декрет, попросту не полагалось «заслуженного» отдыха. Никак. Расстроившаяся жена позвонила и сообщила эту новость спустя неделю после моего отъезда, когда я, зажегшийся идеей, уже присматривал отели у Карибского моря. Обломало, конечно, знатно. Но куда деваться? Поразмыслил и решил, что вполне способен организовать сюрприз и явиться к ней, хотя она заявила, будто не против, чтобы отправился один.
Слетать в Доминикану мы успеем и потом. Зато я давно не гостил у родителей – всё перекочевывал по день-два. Удивительно, но действительно соскучился не только по ним, но и по городу, по ребятам, по былым дням. Будет здорово побыть подольше, собраться всем, вспомнить юность…
В общем, решился. Сказал родным, что буду работать, а сам оформил отпуск с праздников вплоть до конца февраля. Впервые за столько лет с энтузиазмом покупал подарки, готовился к поездке. Представлял себя неким Дедом Морозом, которого все ждут и не ждут одновременно.
И вот, предвкушая реакцию Яны, стою у арендованный машины с огромным букетом её любимых белых роз, облокотившись о дверь, и поглядываю то на часы, то на ступени детской поликлиники, и, как мне кажется, уже вышли все, кроме неё. Рабочее время подошло к концу еще полчаса назад, я даже начал немного раздражаться.
Наконец-то!
Двери распахиваются, знакомая улыбка жены вызывает во мне ответную во все тридцать два. Прослеживаю за её взглядом, заинтересованный, кому она так радуется. Девочка лет трех-четырех в смешной шапке жестикулирует и объясняет, видимо, нечто важное. А следом, получается, шагает мама ребенка.
Мне пришлось несколько раз моргнуть. Даже головой тряхнул для пущего эффекта. Видение не исчезало.
Она.
Узнал.
Прирос к месту, полностью парализованный.
И тут Яна заметила меня, махнула рукой, что-то сказала своей собеседнице и быстро сбежала по ступенькам, кинувшись в мои объятия. Поцелуй застал врасплох. Мне показалось, прошло всего мгновение, когда он закончился. Но её уже не было.
– Дима! – моя жена действительно впечатлена, глаза светятся поярче звезд. – Какой сюрприз!
Вновь обнимает, затем забирает из рук цветы и располагается на переднем пассажирском кресле, нюхая розы. На её вопросы по дороге отвечаю односложно, всё ещё пребывая в шоке. И сам решаюсь только под конец, когда доезжаем до дома:
– А с кем ты говорила на выходе? Коллега?
– Нет, пациентка. Уникальная малышка. У неё недавно была выявлена аллергия на лесной орех. И сегодня после всех обследований и полученных результатов виделись с ней заключительно.
– Со стороны казалось, что вы с той девушкой – давние знакомые, – продолжаю как бы невзначай, заезжая во двор.
Кажется, Яна ничего подозрительного не замечает и весьма охотно отвечает:
– Алина, правда, интересный человек, и воспитание дочери говорит только о её плюсах. Но мы едва знакомы.
Я решаю заткнуться. Не стоит продолжать.
Мы поднимаемся в квартиру, ужинаем сварганенными на скорую руку закусками из деликатесов, которые я ей привез. Общаемся, делимся новостями.
Всё. Как. Обычно.
Плавно переходим в спальню, раздеваем друг друга, ласкаем, распаляя. Яна, не разрывая зрительного контакта, опускает голову к моему паху, виртуозным минетом доводя почти до исступления. Закрываю глаза. Пытаюсь отключиться, раствориться в наслаждении.
Обманываю себя.
Хочется прямо сейчас выбежать на улицу в её поисках.
Заметила ли меня? Узнала?
Как живет? Как пережила?
Потому что я – не пережил!
Яна опрокидывает моё одеревеневшее от напряжения тело на постель, вырывая из мыслей. Наблюдаю за тем, как хищно улыбается, забираясь следом на меня и осторожно опускаясь на каменную эрекцию. Вздыхает судорожно, почти шепотом, запрокинув голову. И начинает двигаться. По инерции хватаю её за талию и сам задаю темп, рождая протяжные стоны. Довожу девушку до пика быстрыми отточенными движениями. И позволяю себе кончить следом.
Всё на автомате. Чистая механика. Никаких чувств.
Кроме одного – приступа бескрайней ненависти.
К себе.
Глава 12
Остывшую сочинскую пахлаву аккуратно разрезаю на размеченные кусочки, следя за тем, чтобы все осталось цельным и без прилипших крошек. Распределяю по приготовленным коробочкам и завязываю лентой, чтобы ничего в пути не открылось, иначе подсохнет и будет таять во рту не так упоительно. За всё то время, что я занимаюсь изготовлением домашних восточных сладостей, именно сочинская пахлава с огромным количеством ореховой начинки стала фаворитом среди клиентов. И ее я готовила несколько раз в неделю. Удовольствие не из дешевых, поэтому брали маленькими порциями. Но всегда «возвращались» за добавкой в дальнейшем.
Закончив, механически вытерла большой палец, липкий от сиропа. На моей кухне всегда стерильно чисто, я тут же убираю все лишнее и отставляю в сторону заказы, которые собираюсь развезти вечером.
Мия маленьким ураганом
