— Артур как раз хочет поговорить с тобой насчет следующего учебного года, правда, Артур?
Напряжение достигло высшей точки. Глория зажала в зубах листик базилика.
— Да, пап, мне осточертел Лондон, можно, я с тобой буду жить?
Мисс Колумбия едва не задохнулась от возмущения. И грянул взрыв! Черт подери! Лео Манжен воображает, что она согласится посадить себе на шею его парня? Да они еще даже не поженились! Вся его так называемая семейка издевается над ней, что ли?
28 АВГУСТА, ПОНЕДЕЛЬНИК
Проводила Артура на «Евростар» с Северного вокзала. У него в глазах стояли слезы. Он это тщательно скрывал. Я тоже вдруг чуть было не заплакала. Это было смешно и трагично. Отрочество — страшно страшный период. Уж мое-то было невеселым, но у Артура, мне кажется, еще хуже. Зачем заводить детей, а потом такие шутки с ними выкидывать? Артур запутался, он ищет самого себя, а у его родителей есть дела поважнее, чем помогать ему в этом. Я ему сказала:
— Приезжай ко мне, когда захочешь…
Приедет? Вряд ли. Я в его глазах никто, большого значения не имею. И не мать ему… И не совсем сестра… Кстати, Машар сегодня вернулся из отпуска. Один. Сияющий. Проверил, как идут дела. Ничего страшного не обнаружил. Весьма одобрил «Деоминт». Снимать предлагает в Эрменонвилле. Всяк сверчок знай свой шесток.
— А Мари-Анник когда возвращается? — спросила я очень естественным тоном (по крайней мере, мне так показалось).
— Я… я не знаю, — запинаясь, произнес он очень неестественным тоном.
29 АВГУСТА, ВТОРНИК
Итак, презентация «Деоминта» прошла нормально, но успокаиваться рано. Мы опаздываем с кампанией публикации «Королевского кота». Еда для кошек, четыре звезды. Мне надо было заняться этим еще две недели назад. Я предложила поискать звезд среди шикарных кошек, якобы бы представительниц широких потребительских масс. Машар встретил мою идею высокомерной улыбкой:
— Честно говоря, мадемуазель Манжен, это первое, что приходит в голову. Не следует довольствоваться повышением зарплаты, надо еще и поднимать уровень креативной добавленной стоимости.
Я чувствую, что он скучает по Мари-Анник.
30 АВГУСТА, СРЕДА
Мари-Анник вернулась. Потрясающая улыбка. Тот же загар, что и у Патрончика. Мадам появилась инкогнито три дня спустя после месье, это уже серьезно. Говорит, что была на Канарах (он будто бы — в Турции). Не очень убедительно. Я не смогла удержаться от допроса с пристрастием. Получила почти садистское удовольствие, словно муху казнила.
— Что ты там видела интересного, фотографии сделала?
По официальной версии, в фотоаппарате сели батарейки. Ах, на Канарах не продаются батарейки?
— Прекрати! — шепчет мне Болтун. — Ты чего добиваешься, диплом сплетницы хочешь заработать?
Голосок иногда бывает прав.
31 АВГУСТА, ЧЕТВЕРГ
Видела сон. Я была потерявшейся в поезде кошкой (неужели «Евростар»?). Старалась убежать через полуоткрытое окно, но не за что было зацепиться когтями, и я скользила. Все время падала на колени к толстой даме в шапке, которая каждый раз била меня по ушам.
Сентябрь
1 СЕНТЯБРЯ, ПЯТНИЦА
По уши увязла в кошачьей еде. Что может убедить владельца кошки купить своему любимцу паштет по цене черной икры? Спросить, может, у Келлера? Правда, его Кики пекинес… Кошки и собаки разве не одно и то же?
По традиции отпрысков неблагополучных семей Жан-Жак, автор синяка Натали, явился (наконец) в наше агентство. Джанни уже давным-давно, естественно, вернулся в свою комнату почтовой службы. Мари-Анник, ни о чем не подозревая, впустила посетителя. Ей ничего не было известно о сомнительном возлюбленном Натали. Едва войдя в комнату любимой, парень принялся размахивать билетами на «Изи-Джет», словно ковбой своим кольтом. Он хотел увезти Натали в Барселону на выходные, прямо сейчас, она ему обещала, так что и говорить не о чем. Суматоха. Вопли. Мари-Анник побежала за Патрончиком. Я побежала за Джанни. Им на пару удалось выдавить интернет-кандидата из нашего космического пространства. Натали стучала зубами:
— Это была моя мечта… — Стук, всхлип, стук… — поехать в Барселону. Жизнь так несправедлива… — Стук, всхлип, стук..
Она боялась теперь оставаться вечером одна. Мари-Анник предложила ей провести ночь у нее на диване. Я вдруг, подталкиваемая Болтуном, едва слышно повторила то же самое…
— Ладно, Ева, не будь эгоисткой, — уговаривал меня голосок, — прояви немного сочувствия, черт побери, ты ведь хотела бы, чтобы тебе протянули руку помощи, будь ты в положении Натали, не так ли?
— Так я и не ставлю себя под удар киберкандидатов…
— О-ё-ё-ёй, у тебя все прекрасно, да?
Тронутая сочувствием, Натали записала номера наших мобильных:
— Ваша солидарность, девочки, для меня просто бальзам на раны!
Болтун блаженствовал. Я старалась убедить себя в том, что до вечера Натали успеет найти в ночные спутники нового киберпоклонника…
2 СЕНТЯБРЯ, СУББОТА
Прогноз не сбылся: Натали позвонила в полночь. Отличный ход: мой мобильный был отключен. Я обнаружила ее sms сегодня в три часа дня. Когда я ей позвонила, она была с другом, специально приехавшим из Монпеллье, чтобы ее утешить… Все хорошо, что опять хорошо начинается. Для Натали, по крайней мере.
Столкнулась на лестнице с Келлером. Он вел под ручку госпожу Гюло, ворчунью с четвертого этажа. Вот так так, а я-то думала, что они насмерть поругались! Мое мнение основывалась на рассказе Дюму о случившейся однажды утром страшной перебранке, во время которой вдова Гюло утверждала, что сломала себе копчик, поскользнувшись на собачьих фекалиях, а Келлер отрицал всякую причастность к ним его Кики… Создавалось впечатление, что с тех пор все изменилось. Отношения у них самые дружеские. Он зовет ее Николь, а она его — Марсель.
Я воспользовалась случаем расспросить их о кормовом бюджете их любимцев. Вдова Гюло погрузилась в тему со всей присущей ей страстностью. Она удостоила меня целой импровизированной, но, несмотря на это, сверхпрофессиональной лекции о меню своего сиамского кота по имени Леонардо, исключительно умного и отвергающего любую пищу, если только она не приготовлена лично его хозяйкой и не куплена ею на рынке…
— Когда я покупаю что-то в супермаркете, он это чувствует, сморщит мордочку и замороженные продукты ни за что есть не станет! — одобрительно качала она головой. Мой «Королевский кот» не дотягивает до уровня Леонардо. Проследив, как Келлер и Гюло, словно парочка влюбленных, идут к ней в квартиру, я стала свидетельницей того, как такая же дружная парочка — Деми с Бенжи — заходит в свое логово. В нашем доме царит любовь. Везде, кроме моей квартиры.
