7 СЕНТЯБРЯ, ЧЕТВЕРГ
Снова вспомнила о Франке Рато, делая покупки в супермаркете. Смягчающее обстоятельство: я была в колбасном отделе. Отягчающее обстоятельство: черт, я опять забыла поблагодарить его! Надо сделать завтра в ежедневнике пометку красным: спасибо за цветы. Лучше поздно, чем никогда. Розы, кстати, уже начали клевать носом. Где бы еще записать: открыть ежедневник.
— У тебя никаких идей нет, Болтун?
Вот вам, пожалуйста! Когда Болтун нужен, он себе дрыхнет. Разевает свой рот только тогда, когда хочется тишины.
8 СЕНТЯБРЯ, ПЯТНИЦА
Чертовы кошки задурили мне всю голову. Несмотря на это, я думаю, что нашла выход из ситуации в виде истории про кошку в лабиринте, которую я придумала вчера вечером на последнем издыхании. Машару понравилось. Он даже воодушевился:
— Вы видите, Ева, когда вы хотите…
Я обожаю тебя, Патрончик! Удалось дозвониться Франку Рато. Он не дал мне закончить выражения благодарности, а в ответ пригласил на следующий день в бар «Лютеция». Я не отказалась. Вовсе нет! Интригующе. Забавно. Страшно интересно дополнить имя лицом…
— А вдруг даже симпатичным? — раздается в ушах ехидный голосок.
— Я этого не говорила, Болтун!
— Да, но ты подумала…
— Ты уже лучше меня знаешь то, что я думаю?
— Может быть…
9 СЕНТЯБРЯ, СУББОТА
Франк Рато — не регбист! Я его с трудом узнала. Он сменил костюм на ирландский пуловер из серо-голубого хлопка. Под цвет глаз. Он моложе, чем я думала. И симпатичней, кстати, чем я могла ожидать. Спортивный, крепкий. Уроженец Гренобля. Любитель лыж. Голос низкий, мягкий и при этом журчащий, как вода по гальке…
— Любитель лыж, фу-у-у!
— У тебя лыжефобия, Болтун?
— Извини, но подниматься-спускаться вверх-вниз, как детишки на горках… Ты, кстати, почему не стала развивать эту тему?
— Я, скажем, интересовалась тем, что нас объединяет: «Свиньоном», его положением, его сегментами рынка, его планами…
— Да хватит врать!
— Это кли-ент, Болтун! Это не вранье, а стратегия! И потом, он так хвалил мою работу, с какой стати мне на него нападать.
— И чтобы не нападать на него, ты согласилась пойти с ним на ярмарку «Ферай э Жамбон»,[4] в то время как ни то, ни другое тебя не интересует? Он нравится тебе, давай, признавайся…
— Скажем так… Я не думала, что он такой… Привлекательный. На обсуждении проекта у меня не было времени на него смотреть, я была сосредоточена на своей теме…
— Деловой колбасы! Какая ты, однако, профессионалка!
— Ты мне надоел, почему я должна оправдываться? Сколько можно повторять, я должна быть сво-бод-на! Я никогда не была на этом рынке. Встречаю человека, который предлагает мне возможность открыть что-то новое. Я использую шанс.
— Обращаю твое внимание на то, что ты оправдываешься…
— Все! У меня дела. Мне, например, надо голову помыть. Побарахтаешься в пене — успокоишься…
10 CЕНТЯБРЯ, ВОСКРЕСЕНЬЕ
Невероятный день. Залитый солнцем рынок железных изделий с Франком Рато посередине. Мне с ним весело. Он зовет меня леди Хмурка. Он говорит, что я слишком часто хмурю брови, что это портит мне настроение и что от этого у меня раньше времени появятся морщины. Еще он говорит, что лучший способ не хмуриться — глубоко дышать. А лучший способ глубоко дышать — это петь! Необычная идея! Он хотел, чтобы я спела вместе с ним песню Мишеля Фюгена «Прекрасный роман, прекрасная история…» Мишель Фюген! Абсолютно устаревший абсолютный любимчик тети Элен! Сначала я отказалась. Но он так настаивал, что я в конце концов согласилась. Жалобно промурлыкала вместе с ним до поворота пустынной аллеи. Идиотский эпизод. Он, правда, поет отлично.
— О-ё-ёй, вам есть над чем поработать, леди Хмурка!
Он хотел подарить мне серьги из бакелита, которые я имела неосторожность разглядывать довольно внимательно. Я отказалась.
— Ты дура, надо было соглашаться! Они были чудесные…
— Я знаю, что я делаю, я подарки от клиентов не принимаю никогда!
— А почему тогда ты не отослала ему обратно букет?
— Это было… Это было для работы!
— Правда? И сегодня ты с ним целый день болталась тоже для работы?
12 СЕНТЯБРЯ, ВТОРНИК
Месяц назад я в качестве лирического сопрано застряла с Принцем-Соседом в своем сне про лифт. Позавчера я пела между прилавками торговцев железяками для клиента-колбасника… Вещий сон? Разве жизнь не удивительна?
13 СЕНТЯБРЯ, СРЕДА
Я действительно хмурю брови. Тренируюсь не хмуриться. Это трудно, невероятно трудно. Перед зеркалом кое-как получается. Но как только я теряю себя из вида, все начинается заново, я это чувствую. Интересно, когда у меня появилась эта привычка? В детстве? В отрочестве? Не забыть бы проверить свои брови на тех фотографиях, что хранятся у мамы.
14 СЕНТЯБРЯ, ЧЕТВЕРГ
Я купила диск Фюгена с песней Франка Рато «Прекрасный роман». Попросила продавца получше его упаковать, как подарок или порнокассету. Как же я издевалась когда-то над тетей Элен и ее слабостью к Фюгену! Помню, она однажды сильно обиделась.
Любит ли она этого исполнителя до сих пор? Мы давно уже не поднимаем эту тему, так же давно, как не виделись. Для встречи всей семьей нужны похороны или… Свадьба. Моя? Боюсь, не скоро мы свидимся… Фюген и вправду веселый, зажигательный, к тому же вызывающий оптимизм. Такой талант, между прочим, не каждому дается… Развлекаясь, я весь вечер пела под диск. Если Деметриуш Улескаевич меня слышит, он сам съедет с квартиры.
15 СЕНТЯБРЯ, ПЯТНИЦА
Мне очень хочется, чтобы Франк Рато снова подал мне какой-нибудь знак.
— Ну, наконец, хоть какой-то намек на честность! Ты думаешь, я ни о чем не догадывался после караоке с Фюгеном?
16 СЕНТЯБРЯ, СУББОТА
С какой это стати Ф. Р. будет интересоваться девушкой, которая хмурит брови и отвратительно поет? А я-то им интересуюсь? Кстати, не так чтобы уж очень. Мне слышится голос Болтуна:
— Ты уверена?
И это, быть может, хороший знак..
— Действительно, последние интересовавшие тебя мужчины, будь то Демет…
— Спасибо, я в курсе! Рато, между прочим, не похож ни на один из моих фантазмов.
— А попробуй новый фантазм: фантазм без фантазмов, чистый лист, мужчина-девственник!
— Он — девственник? Вряд ли. Красавчиком его, конечно, назвать трудно. Но, как бы это сказать… Он внушает… Он дышит…
— Сексом?
— Сразу банальные термины! Я сказала бы… Чувственностью.
17 СЕНТЯБРЯ, ВОСКРЕСЕНЬЕ
