Матерых защитников и организаторов обороны города схватили и посадили в тюрьму. Убивать их я не планировал, но вот выселить на окраины для дальнейшей ассимиляции — вполне возможно.
Город был под моей властью. Присягнувшие в верности зачислялись в списки горожан. Из казны княжества каждому выдавались подъемные, дабы мотивировать на верность новому правителю. Новоорганизованные ремонтные бригады и строительные артели принялись устранять последствия ночного боя и затыкать прорехи в стене — со дня надень сюда прибудет взбешенный Келлос.
Всем, кто недоволен новым правителем давалось двадцать четыре часа на возможность уехать из города со своими пожитками. Кое-где все же продолжали происходить стычки и даже боестолкновения, но носили они локальных характер и не требовали серьезных сил. Отряды "зелёных полосок" шерстили кварталы в поисках организованных групп сопротивления. Мои же войска, сильно обескровленные, расположились во дворце и ближайших особняках Палатинума. Осталось от лихих кавалеристов баронства всего восемьдесят два человека, включая конную артиллерию и лишь семь человек из взвода инженеров. Как я буду смотреть в глаза их женам и детям? А сколько испытаний ждет впереди.
Первым делом послал оставшихся под моим начало разведчиков — восемь человек — обходными тропами добраться до Аликета и сообщить Пурьгорю о текущем положении вещей и план совместных действий. Привыкшие к скрытному перемещению следопыты, уверен, смогут незаметно пройти оборонительные кордоны Келлоса.
Образовал городской совет, чьим председателем назначил Маклона Риди. Дабы не обидеть оставшуюся в живых, но настроенную враждебно, аристократию в совет ввел и несколько их представителей. Кроме этого были представлены городская беднота, крестьяне, ремесленники, духовенство и офицеры.
Прежде всего каждый присягнул на верность новому правителю и расписался в соответствующем документе. Затем сформировали отряды ополчения. В них охотно шли крепкие мужики, поскольку условия службы были такими же, как в Пардалисе. В итоге записалось почти тысяча двести человек. Все мои солдаты стали кто взводными, кто ротными командирами под командованием Евмена и его заместителя Эдрана. За короткий срок эту разномастную толпу не сделать армией, но навести порядок в городе можно было.
Провели ревизию. Толпы пьяной, нахапавшей кучи драгоценностей в имениях аристократов городской черни, слегка урезали в добыче, разрешив взять с собой все, что могло поместиться в карманы штанов — не более килограмма ценностей.
В богатом Седалисе в итоге набралось более двух тонн золота, серебра и драгоценностей. В пересчете на денежную систему Пардалиса что-то около миллиона золотых рублей! Гигантская сумма. Что и говорить — аристократия и князь деньги гребли лопатой.
Городской совет утвердил законы баронства и ввел правоприменительную практику Пардалиса. Были унифицированы стандарты всех сторон жизни общества и сфер экономической деятельности. Весь день непрерывно заседали — я вносил указ на голосование, совет поднимал руки. Словно конвейер, мы за один день поменяли весь уклад жизни княжества. Конечно, пока только на бумаге. Трое дворян, самых сговорчивых из оставшихся в живых, иногда голосовали против, но их голоса не могли повлиять на решения.
Сняли везде, где увидели геральдические знаки княжества и аристократии. Ввели в обращение золотой рубль и серебряную копейку. Изменили название некоторых улиц. Ввели общую юрисдикцию биржевой торговли.
Не спав двое суток, я под конец дня настолько устал, что решил дать мозгам и телу отдых. "Большое дело сделали!" — пронеслось в мыслях. Еще бы, разгромить хошбанов, отхватить северные земли, а затем резким наскоком захватить с кучкой всадников огромный Седалис! И все это за неполные две недели! В какой же сейчас ярости прибывает Келлос. Наверно уже мчит на всех порах в свой город-жемчужину. Но ждать его появления можно только утром.
В пять часов я уже был на ногах. За ночь ничего особенного не произошло. Все устали от стремительного развития событий и даже, если сейчас где-нибудь в тайне ведутся заговоры, оппозиция новым захватчикам обескровлена, обезглавлена и зажата в глубокое подполье предусмотрительными мерами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На площади уже собиралось ополчение, чтобы провести новый день в тренировках. Крестьяне шли за стену в свои поля и скотные дворы, ремонтные бригады получали указания от прорабов, торговцы тащили товары на рынок. В общем обычная городская суета.
— Евмен, как ночь прошла.
— В городе тихо. В окрестностях шла пальба. Зачистили один пригород, где было около трех десятков вооруженных людей. По дороге к Пардалису выставили цепь секретов. Будут подходить части Келлоса — дадут знать. Какой у тебя план? Будем обороняться.
— И да и нет. По моим прикидкам, у князя не больше трех-четырех тысяч солдат. Но это дисциплинированные и матерые солдаты, прошедшие горнило Аранайской войны. Это тебе не хошбаны — пушечное мясо. Да и надежды на городских обитателей перед приближением их хозяина нет никакой — а ну, ударят в спину.
— Что же тогда? Пушек только пятнадцать осталось. Ружья есть только у наших, еще сотня — собрали с павших войнов, да две сотни мушкетов Драманской конструкции, недальнобойных и ненадежных, здесь наскребли. Ополчение — просто толпа мужиков.
— У нас есть Батист!
— Ты думаешь Келлоса это остановит?
— Я думаю, мы сможем выиграть время. Посланцы уже на пути к Аликету. Там уже должны быть наши войска. Кадис, Пурьгорь, Кардонт сотоварищи поймут предложенный мой план и сделают все в точности.
— Будем сидеть и ждать?
— Нет. У меня есть пару задумок, которые я давно хотел воплотить в жизнь. Нужно подготовить рубежи к встрече. Подумать, как использовать местность, как лояльнее расположить местную элиту, как замотивировать бойцов.
Глава 11. Тотальная война
Прежде чем обдумывать план жаркого приема гостей, нужно было обезопасить тылы. Пертос, подчиненный Антонира и глава агентурной сети в Седалисе, стал главой Службы безопасности города. Прожив здесь около года, он знал всех, кто мог бы выступить против новых хозяев. Начались аресты и задержания. Прочно укрепили охрану тюрьмы. В городе вводился комендантский час и военное положение. Так, что любой встреченный с наступлением темноты на улице мог быть уничтожен патрулями.
Второй мерой для наведения контроля за городом стало разделение его на административные зоны. Жители, того или иного района выбирали старосту, а со стороны городского совета предоставлялся магистрат. Вдвоем они решали насущные проблемы квартала. Если занять население делами, то, по крайней мере пока, можно было рассчитывать, что их мысли будут оккупированы практическими вопросами.
Целый день ремонтировали и модернизировали ружья и пистоли. В итоге их оказалось триста восемьдесят рабочих единиц. Огневая мощь в предстоящем сражении могла бы стать решающим фактором. На широком поле возле дороги уже второй день отрабатывали тактико-технические приемы и маневры взаимодействия подразделений. Удручающая картина бестолковой возни некоторых новобранцев просто приводила в уныние.
Еще вчера отправил парламентеров к Келлосу, с посланием о переговорах. Нужно было выиграть время. Из более-менее прытких ополченцев, в основном местных охотников и следопытов, набрал новый разведывательный взвод.
С помощью детальной карты местности я прикидывал возможности, как их использовать. Триста километров основная армия Келлоса сможет пройти за неделю. А вот конные солдаты на марше могут преодолеть это расстояние за пару суток. Но все же Келлос не решиться на авантюру с внезапным наскоком. Я был почти уверен в этом.
Как можно победить более превосходящую в численности, умении, дисциплине, боевом духе и организации армию? Надо порыться в памяти и освежить познания военной истории! Точно! Тотальная партизанская война! Нечего отсиживаться за стенами! Надо гнать солдат в бой! Мысль созрела настолько неожиданно, что я даже стал сомневаться, а не потерял ли я время даром.
