– А… а тебе? – почему-то спросила я.
– Мне просто любопытно было. – Магистр нежно мне улыбнулся и пояснил: – Остальные пять магических ловушек я определил, эти две были мне неизвестны.
– Ты же знаешь ее название, – вспомнила я. – «Черный омут», ты сам сказал, что для него двенадцать магов потребовалось.
– Вообще четыре, – весело сознался Риан, – но я тебе уже сообщил, что Белая магия оставляет след, и здесь двенадцать магов поработали. Следовательно, либо заклинание усложнили, либо что-то уникальное добавили. Интересно же.
И так он мне в этот момент лорда Эллохара напомнил, и Тесме немного.
В следующее мгновение раздалось шипение, затем истошные вопли.
– Великая Бездна, – задумчиво-восхищенно произнес Риан, – это симбиоз Белой магии и Темного Искусства.
А затем выражение восторга покинуло лицо магистра, и лорд Тьер мрачно добавил:
– Двенадцать белых и один темный… так вот откуда взялась их непоколебимая уверенность в моем устранении.
Неожиданно вопли стихли. И казалось бы, все, можно не держать, но Риан вдруг сжал меня в объятиях, прижав голову к своей груди, и прошептал какое-то заклинание. В следующее мгновение я перестала слышать что-либо, даже биение его сердца… Он не оставил мне и возможности видеть его лицо, единственное, что я заметила – это огненный отблеск, когда огненные духи бросились в бой.
А затем Риан просто подхватил меня на руки и унес оттуда прочь, не позволяя оглянуться и хоть одним глазом увидеть произошедшее. И лишь когда мы спустились по огромной винтовой лестнице, слух вернулся ко мне, позволяя слышать уверенные удары сердца магистра и отдаленные истошные вопли.
– Риан, – испуганно позвала я.
– Прости, пожалуйста, – сквозь стиснутые зубы попросил он.
Леденящий душу вой огласил все вокруг. Я вздрогнула, Риан тихо помянул Бездну, затем подчеркнуто спокойно поинтересовался у меня:
– Когда-нибудь гуляла по человеческой столице?
Я ответила не сразу, все еще прислушиваясь и ожидая непонятно чего.
– Нет… – почему-то это был шепот.
– Хочешь прогуляться? Савен будет сопровождать. Здесь довольно забавно, должен признать.
Интересное предложение, но есть вопрос:
– А ты?
Пауза, затем предельно честный ответ:
– Мне нужно разобраться с произошедшим.
Зажмурив глаза, тихо, но очень уверенно сказала:
– Я с тобой.
Он молча спускался по лестнице, пока я не взглянула на него, вот тогда ответил:
– Родная, я никогда не забуду твой испуг во время допроса Заклинателя, который ты столь неудачно подглядела. Следовательно, мой ответ – нет.
– Риан…
– Нет.
– Ри…
– Не обсуждается, – непреклонный ответ.
Мы спустились, видимо, на первый этаж, и Риан мягко опустил меня, затем скомандовал:
– Ат Шаан.
Несколько мгновений ничего не происходило, и слышен был лишь топот ног многочисленных убегающих из дворца людей. А затем воздух перед нами словно сгустился, потом затуманился будто угольной пылью, и эта чуть сверкающая тьма образовала тело демона… крылатого. Огромного, с алыми прорезями глаз и оскаленной пастью. И эта потусторонняя сущность, чуть склонив голову в знак приветствия, мрачно произнесла:
– Давно ты не призывал меня, Тьер.
– Не было необходимости, – с ледяным спокойствием ответил магистр.
Умерший демон усмехнулся и сказал:
– Я слушаю.
– Мне нужны все одаренные в столице. Все. С малейшей каплей магии в крови.
Еще один кивок, и дух демона растворился.
Только тогда я осознала, что обеими руками вцепилась в ладонь Риана и едва дышала от страха.
– Дэя, все хорошо, – он улыбнулся мне.
– Кто это был? – шепотом спросила я, не поддавшись на его «все хорошо».
– Двенадцатый всадник Смерти, – Риан смотрел на меня и улыбался. – Родная, просто поверь – Дара поопаснее будет, несмотря на то, что Ат Шаан сильнее и положение занимает значительно более высокое.
Действительно, и чего я испугалась? После посиделок в таверне Хаоса можно было бы уже ничего не бояться.
– Риан, а зачем тебе одаренные?
– Все просто, – он направился вперед, по огромному, расписанному рунами холлу, – то существо, которое они заключили в «Черный омут», слишком привычно питалось. Слишком. Значит, магами его уже кормили, и, похоже, систематически. А зная данный народ, могу точно утверждать – попытаются провернуть нечто подобное повторно.
– Иии? – нетерпеливо спросила я.
– Наложу печать защиты на всех одаренных, – спокойно ответил Риан.
Я споткнулась от неожиданности, затем вспомнила, что с адептами Академии Проклятий магистр сделал нечто подобное.
– Риан…
– Подождешь меня? – оборвал он, не останавливаясь ни на миг.
– Здесь? – спросила я, помня о предложении прогуляться.
– Да.
– Хорошо, – что я еще могла сказать, я была готова ждать его всегда.
И ведь мы только что были совершенно одни, но стоило подойти к огромной двери, как появившиеся невесть откуда огненные духи-хайтарвы распахнули двери. И мы оказались стоящими на пороге огромного тронного зала. Действительно огромного – не менее пятисот шагов до возвышения с тронами и противоположной стены.
Духи огненными искрами помчались вперед, разлетаясь по залу. А Риан, судя по всему, неоднократно здесь бывавший, провел меня по дорожке меж колонн, что располагались у стены, до самых семи тронов, завел за них и открыл неприметную дверь. За ней оказалась небольшая и очень светлая комната, с книгами, одним столом, несколькими диванами и креслами.
– Обещаешь ждать меня здесь? – настороженно спросил Риан.
– Если так нужно. – Я прошла в комнату, огляделась. – Долго?
– Значительно меньше часа, – успокоил магистр и добавил: – Компанию гарантирую.
После чего дверь была закрыта, отрезая меня от происходящего.
Несколько потрясенная развивающимися событиями, я прошлась по комнате, утопая в чрезмерно мягком ковре и разглядывая все здесь имеющееся. Книг было много, но в основном сказки, истории, что-то по древним языкам. А еще здесь имелись карандаши, краски, стопка белых листов бумаги… Первой мелькнувшей мыслью была мысль о детской. Догадка требовала подтверждения. Оглядев столы, я заметила под одним из них корзину с мусором, осторожно достала. Среди кучки смятых листов взяла первый же, развернула…
Рисунок не был детским. Выполненный черной тушью, четкий, чуть резковатый, идеально отображающий императора Темной империи Анаргара из рода Анаргат. Как в кошмарном сне я медленно потянулась за следующим листком, достала, расправила – лорд Алсэр с легким прищуром смотрел на меня ярко-синими глазами. Как живой! Вздрогнув, выронила листок, потянулась за следующим – просто мазня красками, без четкого образа. Еще один – и я забыла, как дышать! На белом смятом листке был изображен лорд Риан Тьер. И пересекающее его лицо, выписанное резко, нервно: «Ненавижу».
Ничего удивительного, что вошедший в комнату спустя несколько минут Савен застал меня стоящей на коленях и выгребающей мусор из всех урн, которые я придвинула ближе.
– Леди Тьер! – изумленно воскликнуло бывшее умертвие.
– Риате, – огрызнулась я, расправляя очередную бумажку.
Ничего! Больше совершенно ничего! Всего три рисунка, и ничего! В остальном какие-то детские каракули, исчерканные письма, но они не имели ничего общего с резким наклоненным влево «ненавижу». В конце концов я просто села прямо на ковер, растерянно глядя на рисунок, изображающий магистра. Вглядываясь в каждую черточку незнакомого почерка, запоминая манеру письма, угол наклона, характерные резковатые черточки, старалась выучить наизусть, как схему.
– Госпожа… – позвал Савен.
– Чья это комната? – оторвавшись от листка, спросила я.
– Во времена правления ковена здесь находились их… возлюбленные, а в период занятий наиболее одаренные из детей, – с запинкой ответили мне.
Вскинув голову, всмотрелась в наместника, уже бывшего, правда. Савен, несмотря на то, что держался очень уверенно, на деле дышал странно. Точнее, даже не совсем странно – восторженно как-то. И каждый раз, когда делал вдох, глаза его чуть-чуть увеличивались.
– Привыкаете быть живым? – не удержалась я от вопроса.
– Дышать нужно… постоянно, – в его голосе было столько эмоций, – и тепло… чувствую, и холод, и… усталость… Отвык.
Я улыбнулась, Савен улыбнулся в ответ и добавил:
– Быть мертвым все же лучше, проще и привычнее, но глупо было бы на моем месте не радоваться этим изменениям.
– Почему?
– От всего нужно получать удовольствие, только тогда начинаешь ценить жизнь, в том числе и загробную, – высказывание Савена оказалось не лишено логики.
Я вновь посмотрела на рисунок и решила расспросить бывшего наместника, раз уж никак не получалось поговорить с лордом Тьером.
– Господин Савен, так что здесь произошло?
Он пересел с дивана на пол, ближе ко мне, устроился поудобнее и начал рассказывать:
