у проезжающих мимо путников, и их было довольно много в общем зале, так что на нас просто никто не обратил внимания.
Пока все было тихо. Настолько, что в голову начали закрадываться определенные сомнения. Но если бы мои люди не справились и были раскрыты, то весь город уже давно стоял бы на ушах.
— Пора. — Из раздумий меня вывел голос Бордони. Глядя на зал, наполненный людьми, создающими просто невообразимое количество шума, я встала из-за стола и вышла на улицу. Воздух показался мне удивительно свежим, после того затхлого и пропитанного потом и гарью с кухни, который заполнял постоялый двор. К заказанной еде ни я, ни мои спутники не притронулись, а учитывая, что я ела только утром, голов начинала кружиться, но я знала, что как только переступлю порог замка, то любое недомогание просто испариться, словно его никогда и не было.
Сам город мне не понравился и вызывал ни с чем не сравнимое раздражение. Грязь вперемешку с иррациональной в данном случае роскошью выглядели абсурдно. Возле замка Сфорца нас окликнул появившийся из темноты Томмазо, за которым мы пошли следом, уходя все дальше от центральных ворот. Освещения было немного. Я посмотрела вверх и увидела резко потухший факел у себя над головой. Неплохо. Никакого шума я не услышала, все-таки люди Риарио знали свое дело. Мы прошли через небольшие ворота в крепостной стене, скорее всего, сделанные для прислуги или для других хозяйственных нужд. Охраны на входе не было, хотя по той информации, что я получила, этот проход всегда находился под наблюдением стражи из четырех человек и еще двое всегда находились поблизости, патрулируя небольшой периметр этой части двора. Томмазо довел нас до входа в палаццо, где передал с рук на руки Карло и буквально испарился в темных коридорах, у него сейчас своя задача, еще более сложная, чем у меня.
— Все чисто. — Карло кивнул мне и повел по длинным галереям вглубь замка.
— Потери? — Тихо спросила я у постоянно озирающегося наемника. Он лишь обернулся и отрицательно покачал головой. Хорошо настолько, что не может оказаться правдой.
Взявшийся неизвестно откуда прямо передо мной охранник, не успел даже вытащить меч, когда следовавший за мной Тоддео оказался уже передо мной, а Бордони резким рывком закинул меня себе за спину. Звуки борьбы, приглушенный вскрик и тишина. Я вышла вперед и успела заметить, как Тоддео и Карло довольно оперативно освобождают проход, убирая тело нерадивого охранника в комнату, из которой тот вышел. Заглянув за дверь, я увидела местный аналог туалетной комнаты, из которой и вышел этот неудачник.
Больше по пути к залу, где сейчас находилось на ужине все семейство Сфорца в полном составе, мы никого не встретили, кроме собирающихся в небольшой отряд моих людей.
— Прислугу изолировали, охранников на этаже нет, — доложил, обернувшийся ко мне, Бордони.
— Проблем с людьми не будет?
— Не должно. Четверо остаются здесь, остальные с нами. — Бордони посмотрел на меня, и я решительно кивнула, вытаскивая из ножен кинжал, с которым я в последнее время не расставалась.
Двери передо мной широкой распахнулись, и я первая вошла в довольно просторное помещение. За большим длинным столом расположилось человек пятнадцать, но взгляд мой был направлен в сторону мужчины, который выделялся от остальных довольно смуглым цветом кожи и черными волосами, располагающегося по правую руку от Джано Галеаццо, герцога Миланского, сидящего во главе стола.
— Здравствуй, дядюшка, я так рада воссоединиться со своей семьей после стольких лет разлуки, — я улыбнулась и направилась прямо к опешившему Людовико. На возню за столом я даже не обратила внимание, не отрывая взгляда от Сфорца. Закричавшая женщина привлекла мое внимание. — Тихо, — прошептала я, и раздражающий меня звук резко прекратился. Я обвела взглядом зал, глядя как наемники заканчивают возложенную на них непростую задачу. Это было оговорено изначально: никто из мужчин дееспособного возраста живым не должен был покинуть зал. С женщинами сложнее, они мне не нужны, ну кроме родных дочерей Галеаццо, поэтому знавшие, как кто из них выглядят, Бордони и Лорн, спокойно вывели женскую половину, видимо, моих сестер из зала, оставив за столом только двух молодых девушек, как я поняла — Анну и Бьянку. Пока наемники довольно буднично вырезали мужскую часть семейства Сфорца, я не сводила с девушек пристального взгляда, и никак не могла определиться, что мне с ними сейчас делать. Большая часть кровавого представления происходила на их глазах и как только с мужчинами было покончено, я все же приказала родных и законных дочерей Галеаццо вывести из этого ада к остальным, надеясь, что не совершаю большую ошибку. Я потом решу, что с ними делать, пока они угрозы не представляют, детьми не обзавелись, замуж не вышли. А если и есть какие-то договоренности между Людовико и потенциальными мужьями, так кинутая сторона всегда может спуститься в ад и спросить со Сфорца самостоятельно. Прошло не больше двух минут, как все закончилось. Все это время Людовико что-то пытался отчаянно кричать и сопротивляться, но наемники держали его крепко, предварительно заткнув рот.
Герцог Миланский похоже не до конца понимал, что сейчас произошло и просто смотрел на меня огромными испуганными глазами. Ну, Джан Галеоццо никогда умом не обладал, только ртом и рукой Людовико был.
— Стража! — неожиданно закричал мой любимый дядя, вырвавшийся из удерживающих его рук и вскакивая со своего места, вытаскивая из ножен меч. Я обернулась в сторону раскрытых дверей и немного подождала. Повернувшись к Людовико, которого уже освободили от тяжелой ноши в виде оружия, я пожала плечами и села напротив него, кладя перед собой кинжал.
— Как невежливо было с вашей стороны, герцог Бари и герцог Миланский, не приехать на мою свадьбу, которую вы сами же и организовали. Настолько, что жених не смог простить такого оскорбления и уехал домой, не пережив сердечного приступа, настигшего его по дороге. Такой кошмар, умереть в столь молодом возрасте, — я покачала головой и дотронулась платком до абсолютно сухих глаз.
— Катерина, ты… — прошипел Людовико и попытался подняться на ноги, но Тоддео, находившийся позади него, пересек эти попытки, прижав кинжал к его спине. Всего в зале осталось ровно десять моих людей, остальные рассеялись по этажу.
— Я так давно ждала этой встречи, что, наверное, перегорела, — сложив руки на груди, я откинулась на спинку стула. — Я представляла себе, как буду медленно убивать тебя, сдирая кожу сантиметр за сантиметром, чтобы ты хотя бы так ощутил хоть немного того страха и той боли, куда буквально макнул меня с головой, а
