мы держались относительно наследования, – говорит г. Кент, – состоит в следующем: когда человек умирает, не сделав завещания, то его имущество переходит к его наследникам по прямой линии; если есть лишь один наследник или одна наследница, то он или она получает все наследство. Если есть несколько наследников, находящихся к умершему в одной степени родства, то они также делят между собой наследство без различия мужского и женского пола».
Это правило впервые раз было предписано в штате Нью-Йорк постановлением 23 февраля 1786 года (см. Rеvised Statutes, т. 3; Приложение, стр. 48); с тех пор оно было принято в пересмотренных уставах того же штата. Оно действует теперь на всем пространстве Соединенных Штатов, за тем единственным исключением, что в штате Вермонт наследник мужского пола получает двойную часть (Kent’s Commentaries, т. 4, стр. 370).
В том же сочинении, т. 4, стр. 1–22, г. Кент излагает историю американского законодательства о субституциях. Оказывается, что до американской революции английские законы о субституциях представляли собой общее право в колониях. Собственно так называемые субституции (Estates tail) были отменены в Виргинии с 1776 года (эта отмена была произведена по предложению Джефферсона (см. Jefferson s Memoirs), в штате Нью-Йорк в 1786 году. С тех пор такая же отмена последовала в Северной Каролине, Кентукки, Теннесси, Джорджии, Миссури. В Вермонте, Индиане, Иллинойсе, Южной Каролине и Луизиане субституции никогда не были в обычае. Те штаты, которые нашли нужным сохранить английские законы о субституциях, изменили их таким образом, что они потеряли главные признаки аристократического характера. «Наши общие основания управления, – говорит г. Кент, – благоприятствуют свободному обращению собственности».
Что поражает французского читателя, изучающего американское законодательство о наследовании, это то, что у нас законы по данному предмету еще гораздо более демократичны, чем у них.
Американские законы делят поровну отцовское имущество, но лишь в том случае, когда не известна воля наследователя, «так как каждый человек, по словам закона штата Нью-Йорк (Revised Statutes, т. 3. Приложение, стр. 51), имеет полную свободу, власть и право распоряжаться своим имуществом посредством завещания, передавать и распределять его в пользу кого бы то ни было, лишь бы он не завещал его какому-нибудь политическому союзу или организованному обществу».
Французский закон ставит завещателю требование равного или почти равного раздела.
Большая часть американских республик допускают еще субституции и только ограничивают их действие.
Французский закон ни в каком случае не позволяет субституций.
Значит, если общественный строй американцев еще демократичнее нашего, то законы у нас более демократичны, чем у них. Объяснить это легче, чем кажется: во Франции демократия занята еще ломкой старого, в Америке она уже спокойно господствует на его развалинах.
(Н.) Стр. 93.
Свод избирательных условий в Соединенных Штатах
Все штаты устанавливают пользование избирательными правами начиная с 21 года. Во всех штатах требуется, чтобы избиратель в течение известного времени жил в том округе, где он вотирует. Время это изменяется от трех месяцев до двух лет.
Относительно ценза: в штате Массачусетс, чтобы быть избирателем, нужно иметь 3 фунта стерлингов дохода или 60 фунтов стерлингов капитала.
В Род-Айленде надо иметь недвижимую собственность в 133 доллара (704 франка).
В Коннектикуте нужно иметь собственность, приносящую 17 долларов (около 90 франков) дохода. Год службы в милиции также дает избирательное право.
В Нью-Джерси избиратель должен иметь состояние в 50 фунтов стерлингов.
В Южной Каролине и Мэриленде избиратель должен владеть 50 акрами земли.
В Теннесси он должен иметь какую-нибудь собственность.
В штатах Миссисипи, Огайо, Джорджия, Виргиния, Пенсильвания, Делавар, Нью-Йорк чтобы быть избирателем, надо платить прямые налоги: в большей части этих штатов служба в ополчении равносильна уплате налога.
В Мэне и Нью-Гемпшире достаточно не быть включенным в список неимущих.
В штатах Миссури, Алабама, Иллинойс, Луизиана, Индиана, Кентукки, Вермонт от избирателя не требуется выполнения никаких имущественных условий.
Кажется, только одна Северная Каролина предъявляет избирателям сената другие условия, чем избирателям палаты представителей. Первые должны иметь земельную собственность в 50 акров. Для выбора представителей нужно только платить прямые налоги.
(I.) Стр. 150.
В Соединенных Штатах существует запретительная система. Небольшое число таможенной стражи и значительное протяжение берегов делают контрабанду очень легкой, однако здесь ее гораздо меньше, чем в других местах, потому что каждый старается ее пресекать.
Поскольку в Соединенных Штатах нет охранительной полиции, то пожары случаются там чаще, чем в Европе, но обычно их тушат быстрее, потому что население сразу является на место опасности.
(J.) Стр. 153.
Несправедливо было бы сказать, что централизация произведена французской революцией, революция усовершенствовала, но не создала ее. Склонность к централизации и непобедимое стремление все регламентировать восходят во Франции к эпохе, когда в правительственной среде появились законоведы, что приводит нас ко временам Филиппа Красивого. С тех пор обе эти ситуации постоянно возрастали. Вот что Мальзерб говорил от имени палаты денежных сборов королю Людовику XVI в 1775 году[333]: «За каждым сословием, за каждой общиной граждан сохранялось право распоряжаться своими собственными делами, – право, о котором мы не говорим, чтобы оно составляло часть первоначальной конституции государства, потому что оно восходит гораздо выше: это право естественное, право разума. Однако, государь, оно было отнято у ваших подданных, и мы не боимся сказать, что в этом отношении администрация впала в излишества, которые можно назвать ребяческими.
С той поры как могущественные министры приняли себе за политическое правило не допускать созыва национального собрания, идя последовательно, дошли до того, что стали объявлять недействительными рассуждения жителей какой-нибудь деревни, если они не были разрешены интендантом, так что если этой общине нужно произвести какой-нибудь расход, то она должна получить разрешение от уполномоченного интенданта, следовательно, действовать по принятому им плану, употреблять рабочих, которым он покровительствует, платить им произвольно назначаемую им цену; а если община должна вести тяжбу, то и на это ей опять нужно получить разрешение интенданта. Приходится защищать свое дело перед этим первым судом, прежде чем переносить его на рассмотрение судебной власти. А если мнение интенданта противоположно мнению жителей, или если их противник имеет силу в интендантстве, то община теряет возможность защищать свои права. Вот, государь, какими способами старались задушить во Франции всякий муниципальный дух и, если возможно, уничтожить даже чувство гражданина; можно сказать, что вся нация взята была в опеку и к ней приставлены опекуны».
Что лучше этого можно бы было сказать и теперь, когда французская революция сделала свои так называемые завоевания в деле централизации?
В 1789 году Джефферсон писал из Парижа одному из своих друзей: «Нет другой страны, в которой бы
