не остается, как дать человеку умереть, потому что действительно есть более неотложные дела, совершенно неотложные, — сурово сказал Зебби. — Я видел такое. Ни к чему волноваться заранее и раскаиваться потом. Надо делать то, что надо.
— Вот я и учусь, Зебби. Насчет кока — джентльмены, я не имела случая узнать, как вы готовите. Вам придется самим дать оценку своим кулинарным способностям. Кто из вас готовит «адекватно»…
— Ну, знаешь!
— Твое выражение, Зебби — а кто неадекватно.
Они принялись вежливо уступать и делать комплименты друг другу. Мне пришлось это прекратить:
— Вы будете первым и вторым коком поочередно, пока практика не покажет, кто из вас достоин быть главным коком, а кто помощником. Джейкоб, сегодня первый кок ты.
— Прекрасно! Принимаюсь за дело!
— Нет, Джейкоб. — Я объяснила, что надо сделать в первую очередь. — Пока вы двое выгружаете из машины все без исключения, Дити учит меня стрелять из дробовика. Потом я заступаю на охрану, а она пойдет вам помогать. Но пусть ваши винтовки будут под рукой, заряженные, потому что если я стану стрелять, то вам придется бежать мне на помощь. Затем начнем все укладывать по-новому. Это буду делать я, потому что я меньше всех и могу стоять за переборкой в полный рост. На это время Зебби будет часовым, а Дити с Джейкобом будут подавать мне вещи.
Джейкоб не улыбался — и я неожиданно поняла, что мне напоминает выражение его лица. Когда-то у меня был пес, которого (теоретически) никогда не кормили у стола. И вот он сидел у моих ног и смотрел на меня с точно таким же выражением. Мой бедненький Джейкоб, он проголодался! У меня-то с момента моего избрания капитаном шла такая интенсивная внутренняя жизнь, что аппетит совсем пропал.
— Дити, в Гнездышке я приметила в одном шкафу коробку шоколадок «Милки Уэй». Ты ее захватила?
— Конечно, захватила! Это папины — тайный порок, который его погубит.
— Правда? А я ни разу не видела, чтобы он ел шоколад.
— В последнее время мне что-то не хочется шоколада, — сказал мой муж. — Ты, моя милая — мой милый капитан — гораздо вкуснее.
— Ну, спасибо, Джейкоб! А ты не поделишься с нами своими шоколадками? Я так поняла, что это твоя личная собственность.
— Это не моя личная собственность, они наши общие. Надо всем делиться.
— Верно, — согласился Зебби. — Полный коммунизм. «От каждого по способностям, каждому по потребностям». А наверху, как полагается, коммунистический диктатор.
— Зебби, меня называли кем угодно, от оголтелой реакционерки до бесстыжей старой шлюхи, но ни разу — коммунистическим диктатором. Ладно, можете обращаться ко мне «товарищ капитан». Когда мы отыщем эти шоколадки, хватайте каждый по одной, они питательные. А может, кто-нибудь точно помнит, где они лежат?
— Ая помнит! — сказала Дити, поворачиваясь спиной к открытой дверце машины, но при этом не позабыв бдительно скользнуть взглядом по всей территории, которую она держала под наблюдением. Быть часовым у нее получалось; более того, это ей шло. — Ая Плутишка!
— Привет, Дити! Как делишки?
— Список багажа. Продукты. Сладости. Шоколадки «Милки Уэй». Доложить местонахождение.
— Секция двадцать. Правый борт. Закрытое вместилище семь-эс-верх. Нижняя полка.
* * *
Через пять часов все уже снова было внутри, за исключением груды оберточной бумаги, и тем не менее освободившегося пространства оказалось намного больше этой груды. Это объяснялось тем, что размещать багаж можно было без всякой логики. Скажи Ае, и все. Левый ботинок мог очутиться в случайном свободном местечке, там где лежат клинки, а правый от той же пары служил прокладкой в хранилище инструментов далеко на корме — но если тут что и было неудобно, так только то, что за этой парой пришлось бы идти в два разных места.
Я занималась укладкой вещей: Дити, находясь в кабине, принимала вещи, передаваемые ей снаружи, называла каждую вещь Ае, затем указывала Ае, где вещь будет храниться, о чем я ей сообщала. Ая получила распоряжение слушать только голос Дити, и то, что Дити ей говорила, было настолько логично, что запоминать это не было никакой необходимости. Разговор был примерно такой:
— Ая Плутишка!
— Босс, когда ты научишься говорить «пожалуйста»?
— Одежда. Зеб. Обувь. Походные ботинки.
— Правый ботинок. Кормовая переборка. Правый борт. Секция сорок. Внешнее отделение. Левый ботинок. Кормовая переборка. Левый борт. Секция шестьдесят. Среднее отделение. Предупреждение: оба ботинка заполнены боеприпасами для винтовок, переложенными носками.
Вот так. Если назовешь категории не в том порядке, Ая переставит их так, как нужно. Можно просто дать ей самую общую категорию и название конкретного искомого предмета, выпустив промежуточные ступени — Ая пройдется по «дереву» (словечко Дити) и найдет нужную «ветвь». Можно и вообще не дать категории — она будет искать, пока не найдет.
Но самой трудной задачей было заложить пол кормового отсека примерно двадцатисантиметровым слоем разного имущества, прикрепить его, чтобы не поплыло в невесомости, и добиться, чтобы лежало ровно, поскольку на этом будут спать. Причем постараться, чтобы ни в этот настил, ни в отделения под ним не попали часто требующиеся вещи.
Мне пришлось снизить уровень притязаний. Невозможно уложить столько вещей в таком небольшом пространстве так, чтобы все было под рукой.
Я осмотрела вещи снаружи, поняла, что намерение неосуществимо, и попросила совета. Зебби предложил решение:
— Капитан, сделай прогон всухую.
— Э-э… продолжай, Зебби.
— Занеси туда внутрь мой спальный мешок, расстели его. Он слишком широкий для этого отсека, так что положи его как можно дальше от хвоста, только не задевай Джейков искривитель и люк в переборке. Спереди его придется подвернуть, так вот, отметь, сколько ты подвернешь. Сзади останется незакрытый участок пола, что-то вроде трапеции, отметь на полу, где этот участок начинается. Вынеси спальник наружу и строй на нем свой настил, пока все не уложится как надо. Тогда перетащи его на место по частям. Пусть тебе поможет Джейк, он прирожденный конструктор.
— Зебби, а ты не хотел бы сделать себе кроватку сам?
— Не-а.
— Почему? Я не приказываю тебе как капитан, я интересуюсь как твоя старая приятельница Шельма.
— Потому что я вдвое выше тебя, а значит, тот отсек для меня вдвое меньше. Знаешь что, капитан Шельма — виноват! — капитан Хильда, сделай замеры. А мы тем временем подберем для этого настила подходящее барахло. Потом ты вытащишь спальник. Если ты позволишь Джейку сменить меня на посту, мы с Дити соберем настил в два счета.
Это меняло дело: невозможное стало возможным. Конуру заполнили, содержимое закрепили распластанными картонными коробками, привязанными проволокой к ушкам, имевшимся в полу. Щели в получившемся настиле заткнули
