class="p1">Ответил ее муж:
— Дити ни при чем, Джейк. Ей просто было сказано попросить Аю разбудить нас с восходом солнца. Она не знала, как Ая будит.
Я что-то проворчал и открыл правую дверцу. Благодаря затеянному Хильдой переустройству я выспался так сладко, как уже несколько дней не высыпался. Но когда в спортивной машине устроены две двойные постели, то, встав, деваться некуда: можно только выйти наружу.
Итак, я открыл дверцу, нащупал ногой подножку, задержался, чтобы попросить Хильду дать мне ботинки и одежду — кое-что заметил и спокойно сказал:
— Хильда. Винтовку. Быстро!
В экстренной ситуации на мою драгоценную малышку всегда можно положиться: все ее кривляние не более чем личина. Очаровательная, кстати; самое худшее в этой комедии с избранием ее «капитаном» было то, что она перестала улыбаться. Я надеялся, что Зеб вскоре снова возьмет командование на себя. Нам нужно было преподать урок, но зачем же затягивать это надолго.
Не буду отвлекаться: я попросил винтовку, она тихо сказала: «Сейчас», и через мгновение винтовка уже была у меня в руках.
— На предохранителе, — сказала она. — Патрон в патроннике. Подожди, я позову Зеба.
Действительно, можно было и подождать. Стоя на подножке и будучи прикрыт с одной стороны отворенной дверцей машины, я мог не беспокоиться за тыл и должен был держать под прицелом лишь небольшой сектор. Винтовка у меня старого образца, но хорошая. Она досталась мне от старшего брата отца, который замотал ее, отслужив в морской пехоте.
Я снял ее с предохранителя, проверил, действительно ли патрон в патроннике.
— Что происходит? — негромко спросил Зеб у меня над ухом.
— Вон, смотри.
Хильда и Дити тоже высунулись в дверцу: Хильда с Дитиным дробовичком, Дити с полицейским специальным своего мужа.
— Эльфы, — сказал Зеб. — Может быть, они еще где-то здесь. Проверим. Прикроешь меня отсюда?
— Нет, Зеб. Ты направо, я налево, проверяем левый борт, встречаемся у кучи. Раз, два, и готово.
— Дай сигнал. Вы, девочки, будьте в машине, — сказал Зеб через плечо.
— Ну, Джейк?
— Пошел!
Мы рванулись как борзые, с ружьями на изготовку. Причина моей тревоги была проста: куча картонных коробок и оберточной бумаги сильно уменьшилась в размерах. Что-то разбросало ее на много метров, и мусора виднелось гораздо меньше, чем было в куче первоначально. Ветер? Зеб оставил крылья раскрытыми; самый легкий ветер разбудил бы нас, предупредил о перемене погоды. Ночью машину не качало; следовательно, ветра не было. Следовательно, ночные визитеры. И довольно крупные притом.
Я обежал машину слева, но не увидел ничего, только Зеба. Помахав ему, я побежал обратно к куче.
Когда я прибыл на место встречи, он был уже там.
— Я же сказал оставаться в машине! — Он был вне себя. Причина его гнева в лице обеих наших женщин находилась тут же.
Моя возлюбленная на это ответила:
— Первый пилот!
— Что? — спросил Зеб. — Шельма, перестань, сейчас не время, видишь же, нам грозит опасность. Девочки, немедленно в машину, пока я не…
— От-ста-вить!!!
Женщины часто взрываются, но не будь я свидетелем, ни за что не поверил бы, что такая маленькая женщина в состоянии произвести взрыв такой силы. Зеб застыл с открытым ртом и смолк.
Хильда не дала ему опомниться. Она властно продолжала:
— Первый пилот, здесь нет никаких «девочек», здесь четверо взрослых людей. Одна из них — мой заместитель. Мой. Командую я. — Хильда обернулась к моей дочери. — Астронавигатор, вы приказывали кому-нибудь оставаться в машине?
— Нет, капитан. — Выражение лица у Дити было непроницаемо уставное.
— Я тоже нет. — Хильда взглянула на Зеба. — Не будем это обсуждать. Она поворошила мусор ногой. — Я надеялась, что мы еще сможем это использовать. Но три четверти съедено. Крупными животными, судя по этим следам от зубов. Довольно трудно представить себе, что крупное животное ело целлюлозу и тем не менее было плотоядным — но одно такое животное известно. Так что работать будем под обязательной охраной. Порядок действий я продумала, но охотно приму советы.
— Хильда! — сказал я довольно резко.
Моя жена обернулась ко мне с тем же беспристрастным выражением лица, которое я только что видел у моей дочери.
— Второй пилот, вы обращаетесь ко мне официально или неофициально?
— Э-э… Я обращаюсь к тебе как твой муж! Послушай, хватит! Хильда, ты недооцениваешь серьезность ситуации. Мы снимаемся с места как можно скорее — и командовать будет Зеб. Фарс окончен.
Мне очень не хотелось говорить с моей возлюбленной в таком тоне, но иногда это необходимо. Я приготовился к взрыву.
Его не последовало. Хильда повернулась к Зебу и спокойно спросила:
— Первый пилот, было ли мое избрание фарсом?
— Нет, капитан.
— Астронавигатор, восприняли ли вы его как фарс?
— Я? Конечно, нет, капитан тетечка!
Хильда взглянула на меня.
— Джейкоб, ты голосовал за меня по меньшей мере один раз, а может быть, и три. Ты делал это в шутку?
Не помню, что я чувствовал накануне, когда до меня дошло, что Зеб действительно собирается отказаться от командования — скорее всего я перепугался, как бы эти обязанности не свалились на меня. Теперь это уже не имело значения, потому что я понял, что еще микрон, и я снова стану холостяком. Оставалось только одно: держаться Высшей Истины.
— Нет, нет, милая — милый капитан! Абсолютно всерьез.
— Может быть, были нарушены правила голосования?
— Что? Нет! Я… я ошибся. Не разобрался в ситуации. Я предполагал, что мы немедленно отправляемся… и что в воздухе будет командовать Зеб. В конце концов, это же его машина.
Хильда сдержанно улыбнулась:
— В этом последнем доводе что-то есть, Зебби, намеревался ли ты…
— Минуточку! Капитан, машина наша общая, так же как шоколадки Джейка. Мы объединили ресурсы в общий котел.
— Да, я слышала, как вы об этом заявили. Поскольку мне в котел бросать нечего, кроме меховой накидки, я восприняла это заявление с известной долей сомнения. Зебби, намереваешься ли ты взять на себя командование, когда мы взлетим?
— Капитан, вы не можете сложить с себя обязанности иначе, как подав в отставку. А тогда капитаном станет Дити.
— Нет, сэр!
От моей дочери не часто услышишь такой пронзительный вопль.
— Тогда придется отдуваться Джейку. Капитан, когда мне прикажут, я буду пилотом, в остальное время лесорубом и водоносом. Но я не нанимался в начальники сумасшедшего дома. Думаю, ты теперь меня понимаешь.
— Да, пожалуй, Зебби. Ты решил, что ситуация чрезвычайная, и начал отдавать распоряжения. Мне бы не хотелось, чтобы такое случилось в ситуации действительно чрезвычайной.
— Не случится, капитан.
— И я обнаружила, к большому моему сожалению, что мой муж считает меня капитаном
