даже в сцепку не всегда взять можем, только Франциск один не совсем бестолковый. А ты удары отбиваешь, не дрожишь, не пытаешься спрятаться, не хнычешь, что устала. Я же вижу, у тебя руки давно в кровавых мозолях, даже эльфийская регенерация не справляется.
Руки Луны действительно были не созданы для того, чтобы держать меч. Но с владения им начинали все без исключения. Поэтому она продолжала осваивать основные стойки, и не щадя сил отрабатывала удары на мешках с соломой. Худощавое тело стало еще более гибким и поджарым, мужчины обучали ее двигаться быстрее Савойя, учили бить так, чтобы избежать прикосновения смертоносных клыков. Если Савойя пытается укусить в шею, подставь руку, яд кровососа из руки вывести легче, укус в шею смертелен.
Он взял руку Луны в свою, перевернул ладонью вверх. Анатоль носил перчатки из толстой кожи, в жару и в холод он никогда не снимал их. Луна почувствовала, что под перчатками у него не хватает минимум двух фаланг пальцев.
— Как ты потерял пальцы?
В ответ Анатоль усмехнулся, медленно снял перчатку, которой до этого держал ее руку. У него не было части мизинца, безымянный палец был лишен двух фаланг, остальные были исчерчены шрамами, да и вся ладонь некроманта была покрыта рубцами.
— Иногда некромантам приходилось жертвовать своей плотью, чтобы взять под контроль разум умертвия. А Савойя в общем-то мертвые. Это было в ту ночь, когда умерла Жозефина, эльфийка, что была до тебя. У меня тогда вышло взять под контроль сразу трех, заставить их наброситься на других кровососов. К утру пальцы и часть ладони почернели, пришлось резать. Ришар и Франциск помогли мне тогда спасти руку. Если бы я был один или в окружении других некромантов, сейчас бы ходил с культей. Вот поэтому нам важно работать вместе. И именно об этом я хотел сегодня с тобой поговорить.
Они присели под тень, отбрасываемую восточной замковой стеной. Луна чувствовала, как за ней поднимается желтое солнце, с каждым днем слабеющее. Анатоль смотрел вперед черными глазами, он был еще молод, морщины не бороздили его лицо, но волосы уже начинали седеть. Каждый из солдат Ришара оказывался у него по разным причинам. Эльфы-полукровки искали защиту, оборотни деньги и хорошую драку. У некоторых были более сложные мотивы, так Анатоль Мор приходился герцогу Аршарского озера кузеном, у него было свое небольшое имение и наделы земли, но хотел помочь Ришару в борьбе с раной этого мира. Именно раной считал Анатоль савойя и понимал, что если не избавиться от них, если не бороться до последней капли крови, то рано или поздно они поработят его.
— Савойя живут четкой иерархией. Их отличает бесконечная преданность создателю, их создатель предан своему. Они не могут нарушить прямой приказ создателя, испытывают к нему чувство, которое похоже на любовь. И именно поэтому территории савойя становятся все обширней, а мы неизменно проигрываем. Люди не любят колдунов, эльфы воротят нос от оборотней, колдуны пытаются жить обособленно, а оборотни признают только свою стаю. В итоге пока мы грыземся друг с другом, кровососы нас медленно порабощают. Мне это стало понятно только не давно, а вот Ришар де Крафт понял это уже в 16 лет. И он начал собирать представителей разных рас и учить их работать вместе, чтобы бороться против савойя. Один на один оборотень может легко выстоять против Савойя, однако им требуется время на смену облика, ¬– он указал на Лииса, который как раз тренировал быстрый переход в ипостась полуволка, позвоночник его ломался, он отчаянно хрипел, стараясь ускорить трансформацию, — но в момент смены облика волков нужно защищать, и здесь нужны колдуны. Я работаю в сцепке с Лиисом, держу Савойя на расстоянии, пока он превращается.
За дни пребывания здесь Луна уже смогла понять, как колдуны и оборотни поддерживают друг друга во время схватки. Она только не могла взять в толк, зачем здесь эльфы и она сама. Этот вопрос она и задала Анатолю.
— Как я уже говорил, Савойя всегда действуют организованно, группами. У молодых даже нет толком своей личности, они подчинены приказу хозяина. Ты будто борешься против единого организма, иногда с десятью когтистыми руками и пятью опасными пастями. Единственное, что нарушает слаженность движения кровососов — голод. Когда они голодны и чуют свежую кровь, то способны даже нарушить прямой приказ создателя. А деликатеса лучше эльфийской крови для них нет.
— Почему тогда не сцедить эльфийской крови?
Седеющие брови Анатоля поднялись, его мнение о полукровке становилось все лучше. Пусть Луна была дикой, иногда не знала элементарных вещей, разум ее был быстрым, способным к анализу и обучению.
— Мы так и делаем, кроме Франциска никто из эльфов-полукровок не участвует в настоящих сражениях. Но живая кровь за бьющимся сердцем куда ценнее для Савойя, чем ее запах. Когда с нами Франциск, Савойя полностью перестают себя контролировать, не способны позвать на помощь, единственное, чего они хотят — разорвать его.
Луна поглядела на своего сородича с гордостью. Какой смелостью нужно обладать, чтобы раз за разом встречаться со смертельной опасностью, знать, что если его товарищи совершат ошибку, то его ждет неминуемая гибель? Франциск словно почувствовал ее взгляд, взглянул ей в глаза и улыбнулся. Ей вдруг смертельно захотелось выйти из замка, прогуляться по кромке Аршарского озера и почувствовать прикосновение свободного ветерка и заливистое пенье птиц, предчувствующих окончание лета. Анатоль откашлялся, снова привлекая к себе ее внимание, и Луна с сожалением отвернулась от сородича.
— Итак, мы рассмотрим основные правила работы в группах, главное из которых – никогда не бросай своих! — это правило Анатоль выкрикнул, заставив Луну вздрогнуть, а остальных прервать тренировку. Воспользовавшись тем, что привлек внимание учеников Ришара, Анатоль задал вопрос своим глубоким громогласным голосом:
— Каково основное правило работы в группах?
— Никогда не бросай своих! — ответили ему стройным хором. Это правило здесь знали на отлично.
Под конец монолога Анатоля, Луне захотелось взяться за перо. Она не любила писать, сказывалось отсутствие практики, но голова у нее шла кругом от количества правил поведения для успешной охоты на кровососов. Спас ее от наставлений некроманта Франциск.
— Анатоль, друг мой, не кажется ли тебе, что для Луны достаточно наставлений на сегодня? — нехотя он согласился, да и время уже близилось к обеду. Солнце стояло в зените. Девушка улыбнулась,
