Если участвующие в деле финансисты и чиновники были опасны гипотетически, то пославший головореза был опасен вполне реально. И опасен именно свом знанием деталей…
Организатор акции вернулся со службы домой поздно. Полковник зевнул, покрутил шеей, разминая затекшие позвонки. «День выдался длинный, суматошный, но плодотворный. За несложную операцию его счет пополнился весьма крупной суммой.
«По такому поводу не грех выпить, а потом и на боковую», — удовлетворенно подумал полковник. И внезапно напрягся, интуитивно сообразив, что в комнате кроме него кто–то есть. Медленно, стараясь не выдать себя, потянул руку к оружию.
— Стареешь, Павел. — произнес Михаил Степанович, выходя из–за приоткрытой двери. — Заигрался. Неужели совсем мозги отморозил?
— Да я не знал… — попытался, сознавая беспомощность отговорки, выкрутиться.
— Не гони пургу. Все знал, решил денег срубить, да заодно и прогнуться, — оборвал Михаил Степанович. — И виноватить сейчас некого. Ничего личного, но ведь ты, меня чуть лучше других знаешь. И тем не менее своего отморозка послал. Ты ведь на внучку мою руку поднял.
— Степа, ну ты чего? Какая внучка? Подумаешь, пугнули девчонку. Да и кто она тебе? Обычная кукла. Я ж в курсе, что твои все погибли. По твоей, к слову, вине погибли. Ведь это те, кого ты, Михаил Степанович — и выучил, создал, вылепил. В крепкую организацию, со всеми признаками спецподразделения, превратил.
— Про это до самой смерти помнить буду. — Михаил Степанович дерну щекой, поняв, что противник, ударив по самому больному, пытается вывести его из равновесия, выиграть мгновения. — Но ты, ежели память такая хорошая, и о другом должен помнить. Село, откуда эти бандиты пришли, я после дотла сжег.
— Да при чем тут бандиты? Обычные пешки. А кто ту операцию планировал? Это просто случайность, что там тво… — полковник мотивировано поднял палец, словно желая указать на стоящего в пяти шагах от него, и резко рванулся в сторону, выхватывая на лету оружие. Не успел. Запнулся, словно угодив ногой в сеть, и медлено сполз на пол, глотая воздух, как выброшеная на берег рыба.
Утром, когда закоченевший труп найдут, любая, даже самая дотошная экспертиза определит ставший причиной смерти: Обширный инфаркт.
— Да, это случайность. И погибли все. Но эта девочка — моя внучка. — Произнес дед, глядя на безжизненное тело.
Он тихонько приоткрыл входную дверь и вышел из квартиры.
Михаил Степанович ничуть не сомневался в целесообразности своих действий.
Полковник был единственным, кто знал его раньше, и сейчас вполне мог вычислить, догадаться об истиной сути коротавшего старость в далеком сибирском городе пенсионера. Ликвидация была необходима, и диктовалась логикой».
«А как хорошо начиналось… Вызывают в Москву… — цитата из советской еще комедии, ставшая его присказкой, могла стать прологом к той, уже ставшей историей, глобального масштаба операции.
Начало девяностых ознаменовалось неконтролируемой лавиной криминально–коррупционного «беспредела». Регионы, получив столько самостоятельности, сколько смогли унести, потеряли не только меру, но и остатки здравого смысла. То в одном, то в другом регионе начали возникать, и не на пустом месте, разговоры об автономии. Москва далеко. А у нас все свое. Так зачем делиться? Деньгами, властью. Остановить эту криминально–чиновничью вакханалию можно было только одним способом: противопоставить им беспредел государственный.
Первый опыт создания такого противодействия был обкатан на самой окраине России. Дальний Восток — регион, практически отрезанный от центра. Слабоуправляемый, самодостаточный близостью высокоразвитых экономик Японии, Кореи и Штатов. И, кроме того, питаемый огромным рынком только начавшего подниматься Китая, привел к такому шальному притоку реальных возможностей и средств, что медлить было нельзя.
Могли местные органы противостоять нашествию криминала? Увы, однозначно, нет. Контора, да и МВД, состоит из живых людей. Людей и их семей. У каждого дети, близкие. А дешевый китайский ТТшник, хотя и годится всего на один–два выстрела, но стоит копейки, а человеку достаточно и одной пули. Но не только страх, но и желание жить по–людски. Легко представить, что испытывал обычный, воспитанный на продукции АвтоВАЗа человек, впервые увидев, к примеру, японский «Краун». Легковушка восемьдесят четвертого года в девяностом стоила в Стране восходящего солнца копейки, а оборудована была так, как и в наше время не многие машины люкс–класса европейских производителей. Электротабло, кондиционер–холодильник, круизконтроль, электрическая регулировка сидений, не говоря о ходовых качествах, недоступных ни одному российскому автомобилю того, да, наверное, и сегодняшнего времени. А видео, аудио аппараты, телевизоры метровой диагонали, не говоря о хорошей, качественной одежде… И это все в девяностом. И валяющаяся бесхозно валюта. Икра, рыба, лес, техника. Возможности получить все и сразу ломали, что говорить, многих и не самых плохих…
Поэтому, когда во Владивостоке появилась банда, которую позже назвали бандой Дронова, или «Четвертой сменой», никто из осведомленных особо не удивился. Одной больше, одной меньше. Разница оказалась в том, что бандой ее квалифицировали уже после того, как закончилось следствие. А члены этой преступной группы называли себя Системой…
Михаил Степанович невесело усмехнулся, вспоминая, как приданный ему «контакт» в восьмом отделе штаба ТОФ, достал с полки затрепанный томик Суворовского «Аквариума» и бросил на проштампованный инвентарным номером столик в номере гостиницы «Чайка», где москвич квартировал под легендой командированного из столицы офицера- чиновника.
— Доходчиво, и со знанием дела… — Клыков, начальник агентурного управления разведки, заметил: — Хоть какая–то польза от иуды, а использовать можно, как методичку. Эта гнида многое, что сама знала, уже и так разболтала.
Так это начиналось. Система, работала по строгим военным законам. Вернее, по законам спецподразделения. Японские радиостанции, жучки и глушилки, применяемые при разработке клиентов, были настолько высокого качества, что их уже после окончания расследования и вынесения приговора, в середине девяностых, раскупили, не довезя до магазинов «Конфиската», сами опера. Все это покупалось обычными туристами, но в лучших магазинах Токио и Осаки.
Сложнее было с личным составом. Ну не на уголовниках же строить Систему… Какие из накачанных стероидами в подвальных качалках пацанов организаторы? Смех один.
Следователи Генпрокуратуры, которые потом, когда Система себя исчерпала и превратилась в обычную бандгруппу, с удивлением узнавали, что «шальные» деньги заманили в «Четвертую смену» и бывшего десантника и бывшего лейтенанта морской пехоты. Не просто рядового «морпеха», а командира взвода десантно–штурмового батальона, следователя местной прокуратуры и даже офицера подводного спецназа.
