Дара блефовала. Она не умела и половины из всего того, что только что перечислила, но Геор, очевидно, поверил. По крайней мере, он убрал руку, позволяя ей выбраться на свободу, и холодно промолвил:
— Если ты обманула меня, забудь о свободе.
— Конечно, забуду, — фыркнула горная ведьма. — Если я тебя обманула, мы все умрем.
И, не тратя времени на лишние разговоры, метнулась на палубу.
Если из иллюминатора море просто пугало, то сейчас, когда Дара увидела его вживую, она аж пошатнулась от ужаса. Ей никогда прежде не доводилось видеть такой шторм. И, хотя в волнах не чувствовалось магии Урсулы, а сирены не спешили петь свои завлекательные песни, девушка знала: без чар тут не обошлось. Наверное, Урсула просто усилила начинающийся шторм, чтобы тот наверняка растерзал "Джугарт" и принес смерть мужчине, не выполнившему свое обещание, данное морской ведьме.
Следующая волна едва не смыла Дараэллу, она в последнее мгновение успела ухватиться за что-то и призвала магию, все еще не желавшую слушаться. Кто-то кричал, но разобрать слова было очень трудно. Дара чувствовала, что море уже забрало нескольких солдат, но, все еще голодное, желало заполучить и следующую жертву.
Вода гремела вокруг, заглушая все прочие звуки. Дара обернулась, пытаясь найти взглядом следовавшего за нею Геора, но его нигде не было. Да и различить в темноте что-либо, кроме мужского силуэта, не удавалось. Небеса стремительно чернели, грозясь наказать моряков еще большей грозой, если они не уберутся из этой проклятой местности, и Дара подумала, что, должно быть, проклятие Урсулы было уже в том, чтобы завести сюда "Джугарт", закрыть его в кольце непокорных скал, с которыми никто, даже весь клан горных ведьм, ничего бы не сделал. Даже отдав ей свой долг, Геор не имел шанса выбраться живым.
Загрохотало, и в свете молнии Дара сумела различить, как солдаты вытолкнули на палубу Мальби. Даже в полумраке было видно, как засветились энтузиазмом глаза пирата, когда его подтолкнули к рулю.
— Выведи нас отсюда! — услышала она приказ Геора. — И я отпущу тебя и твоих друзей на свободу, когда мы окажемся на берегу!
Кажется, это обещание шокировало всех, кто хоть немного знал адмирала, этого ненавистника пиратов. И что случилось с Каннингемом, что он сначала женился на пиратке, а теперь собирается отпустить на свободу весь ее экипаж, наплевав на все преступления, которые они когда-либо совершали?
Но спорить никто не посмел. С трудом противясь сильному ветру, Мальби добрался до штурвала и оттолкнул прочь моряка, прежде пытавшегося направлять корабль. Пират стоял секунду или две, потом обернулся к Дараэлле, с трудом найдя ее взглядом среди всех, кто еще имел смелость оставаться на палубе, и крикнул:
— Я не чувствую размеров!
Дара знала, что это означало. Да, Мальби был виртуозом, но ведь он привык к их маленькому, юркому кораблю. А теперь, управляя здоровенным "Джугартом", этой махиной, способной протаранить что угодно, он не мог так быстро привыкнуть к его габаритам и почувствовать корабль, как продолжение собственного тела.
А ведь это будет стоит им жизни!
Не советуясь с Геором и не тратя время на лишние разговоры, Дара бросилась к Мальби. Она не могла почувствовать корабль и передать эти знания своему рулевому, но зато легко сливалась с морем, будто была не горной, а морской ведьмой. Вода ощущала размер корабля, обхватывала его, толкала, пыталась как-нибудь согнать его на острые скалы, и эти противоречивые чувства Дараэлла передала Мальби вместе с крохотной долей своей магии.
Она старалась не допустить, чтобы собственные мысли и идеи управления кораблем перешли к мужчине. Это могло оказаться губительным, ведь Мальби знал много таких приемов, о которых Дара даже не догадывалась, а она своими линейными решениями могла все испортить. Девушка попыталась убрать руку, чтобы позволить Мальби ориентироваться самому, но он коротко мотнул головой, показывая, что надо держаться, иначе он потеряет управление.
Вода вокруг "Джугарта" взвыла, с новой силой бросаясь на корабль и пытаясь волной забрать всех живых себе в жертву. Море было голодным, жадным, оно хотело напиться человеческой крови, раскусить этот громадный корабль, но не могло. Мальби уцепился в штурвал и уверенно направлял корабль, отдавая короткие, зычные приказы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дара слышала, как протестовал кто-то, заслышав веление пирата, но одного короткого приказа Геора было достаточно, чтобы солдаты подчинились. За спиной кипела работа, и "Джугарт", руководимый чужими умелыми руками, медленно менял курс.
Скалы были уже совсем близко. Корабль несло вперед с невыносимой скоростью, и Дара вдруг осознала — а ведь, как ни развернись, им будет мало места. Будь скалы всего на метр дальше, чуть глубже, может быть, у них бы и вышло…
Переплыть этот участок на волне.
Она знала, что Мальби ничего с этим не сделает, и сама обратилась к морю. Пусть принадлежавшее другим ведьмам, ведь оно столько времени покровительствовало Дараэлле, что могло услышать ее призыв и сейчас!
Сначала ничего не удавалось, а потом Дара почувствовала, как корабль буквально взмывает в воздух. Огромная волна, способная затопить, казалось, не только "Джугарта", а и целый мир, поднимала вверх корабль, толкала его над скалами, позволяя пронестись в нескольких сантиметрах от ожидаемой смерти.
А потом был удар. "Джугарт" с такой тяжестью обрушился обратно в воду, что Дару отбросило назад — она даже не успела защититься, только застонала, почувствовав спиной что-то твердое. Перед глазами все плыло, но даже сейчас, наблюдая лишь размытые пятна, Дара понимала, что небо начинало светлеть. Они вылетели из эпицентра шторма…
Выбрались из скалистой ловушки.
Дара почувствовала, как кто-то рывком поднял ее на ноги, и пошатнулась, пытаясь найти опору. Полузнакомый жар рук и магия, полившаяся по спине, не оставляли вариантов — это был Геор.
— Видишь, — прохрипела Дара, — как хорошо иногда слушать свою умную жену, адмирал.
И закрыла глаза, зная, что сейчас уснет не благодаря магии, а потому, что истратила все собственные силы.
Глава девятая
Вместо выбитой двери теперь висела шторка. Это было единственное, что заметила Дара, когда, пытаясь выбраться из тяжелой дремы, открыла глаза.
Кораблем больше не шатало, шторм остался далеко позади, но, когда Дара попыталась привстать, у нее перед глазами все запрыгало. Это же сколько пришлось потратить сил, чтобы передать Мальби информацию о корабельных габаритах? Или она делала что-то еще? Признаться, Дара вообще с трудом вспомнила, где она и как здесь оказалась, что там говорить о подробностях колдовства!
— Пришла в себя, спящая красавица?
Дара вздрогнула и стремительно повернула голову к источнику звука. Выдохнуть с облегчением она смогла только секунд через пять, когда черно-бежевое пятно превратилось в криво улыбающегося Геора, сидевшего на табурете возле койки и доселе, очевидно, наблюдавшего за спящей супругой.
— Опять усыпил? — недовольно поинтересовалась она.
— На сей раз ты сама. Там, наверху, ты была такая бледная, что мама уже даже предлагала хоронить тебя в море.
— Боится загадить воздух трупной вонью? В таком случае, ей самой пора ласточкой прыгать за борт, — скривилась Дара, пытаясь осторожно сесть. Ребра болели, напоминая таким образом о том, что ударяться о все на свете — не лучшая идея для девушки, желающей оставаться целой и невредимой во время путешествия. — В ее-то пожилом возрасте хорошо бы беречь окружающих и не обременять их своим присутствием.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я подумал, что она может чем-то помочь, — примирительно произнес Геор. — Я понятия не имею, как пользоваться этим.
Он явно имел в виду магию, и Дара усмехнулась, увидев, как Каннингем понурил голову, очевидно, считая, что его помощь пошла во вред. На самом деле, судя по тому, что урывками могла вспомнить Дараэлла, колдовство Геора только помогло ей. По крайней мере, уснуть, обессилев, куда лучше, чем умереть по той же причине.
