Сражение разгорелось по всей Дороге Кергана. Вскоре стало ясно, что пистолеты захватчиков, как, впрочем, и стальные шары на хвостах Демонов, в узком проходе бесполезны. Мечи не могли пробить чешую драконов, тогда как клешни Голубых Ужасов, кинжалы Злыдней, топоры, сабли, клыки и когти Демонов собирали богатый кровавый урожай. Пехотинец был так же силен, как Злыдень, однако в схватке один на один он побеждал чаще, вырывая плечевые отростки дракона или сворачивая ему шею своими ручищами. Но если Пехотинцу противостояли два-три Злыдня, то захватчик был обречен: пока он сражался с одним драконом, двое других ломали ему ноги, выкалывали глаза или перерезали горло. Таким образом потеряв два десятка Пехотинцев, пришельцы отступили, а банбекские защитники вновь открыли огонь, правда, без особого успеха.
Наблюдая из своего кабинета за ходом сражения, Джоаз гадал, что предпримут Породители. Гадать пришлось недолго: пока Тяжелые Пехотинцы перегруппировывались и отдыхали, а их хозяева гарцевали перед ними, выслушивая донесения, отдавая приказы, советуя и воодушевляя, черный корабль послал энергетический луч, ударивший в склон долины над Дорогой Кергана. Пол кабинета заходил ходуном. Джоаз отшатнулся от экранов: что, если пучок энергии попадет в линзы? Не поразит ли сфокусированный ими луч самого Банбека? После следующего удара Джоаз выскочил из кабинета, спустился по лестнице и побежал к центральной галерее. Там царила суета. Перепуганные женщины и дети поспешно уходили в глубь горы, расталкивая солдат и драконов, в полном боевом снаряжении толпящихся у одного из новых тоннелей. Убедившись, что эта суета не вызвана паникой, Джоаз присоединился к своим воинам, двигающимся на север. Недавно вырытый тоннель привел защитников к Банбекской осыпи. За их спинами гремели взрывы, — Породители принялись за селение Банбек. Угрюмо наблюдая за тем, как рушатся скалы, Джоаз вдруг обнаружил, что армия захватчиков получила подкрепление: из корабля вышло восемь Великанов — чудовища раза в два выше человека, с бочкообразной грудью, криворукие и косолапые, с блестящими глазами и копной рыжевато-коричневых волос. Они были закованы в красные латы с черными эполетами и вооружены мечами, палицами и висящими за спиной бластерами. Джоаз нахмурился. Впрочем, появление Великанов не меняло его стратегии — было бы что менять… Он знал, что понесет большие потери, и от всей души надеялся, что враг понесет неменьшие. Однако своих солдат Породители посылают в бой еще хладнокровнее, нежели Джоаз — драконов. И если захватчики разрушат селение, сровняют долину с землей, чем Банбек сможет отплатить им? Джоаз бросил взгляд через плечо, на высокий белый обрыв, гадая, правильно ли он рассчитал место, где находится пещера Жрецов. Что ж, час пробил. Пора действовать.
Джоаз дал сигнал маленькому мальчику — одному из его собственных сыновей. Глубоко вздохнув, мальчуган выскочил из укрытия и вприпрыжку побежал прочь от осыпи. Секунду спустя мать догнала паренька, схватила в охапку и вернулась под защиту скал.
— Неплохо сыграно… Честное слово, неплохо. — Джоаз выглянул из-за валуна.
Породители смотрели в его сторону.
Некоторое время ничего не происходило, и Джоаз извелся от беспокойства, думая, что враги не попались на его хитрость. Но вот, посовещавшись, Породители стегнули скакунов арапниками по кожистым ягодицам, те взбрыкнули и помчались на север долины. За ними двинулись Следопыты, Тяжелая Пехота, Пушкари со своими трехколесными орудиями, а в тылу шли восемь Великанов. На своем пути вражеские солдаты злорадно вырывали ростки беллегарда и вики, ломали лозы и живые изгороди, вытаптывали грядки ягод, овощей и масличных культур. Не доходя до Банбекской осыпи, Породители благоразумно остановились, а вперед, по-собачьи задрав головы, выбежали Следопыты, принюхиваясь, прислушиваясь, приглядываясь, переговариваясь щебечущими голосами. Двигающаяся следом Пехота словно подстегнула их, и, забыв об осторожности, они углубились в нагромождение рухнувших скал. Когда дюжина Голубых Ужасов внезапно напала на них, Следопыты заверещали и принялись без разбора палить из тепловых излучателей, в смятении поражая и своих, и врагов. Драконы рассвирепели, но сноровку не утратили: они хватали зовущих на помощь пришельцев, пронзали их, разрывали на части и отбрасывали в стороны. Те, кто был еще в состоянии двигаться, покинули Банбекскую осыпь так же поспешно, как и пришли. Из двадцати четырех Следопытов до открытого места добралась только половина, но появившиеся из своих укрытий Длиннорогие Убийцы и тех забодали насмерть.
Мольбы о помощи были услышаны. Тяжелые Пехотинцы, издавая хриплые крики ярости и размахивая оружием, ринулись в бой, но Убийцы уже скрылись среди валунов.
Тем временем люди, подобрав оружие павших Следопытов, вышли из-за скал и дали залп по Породителям. Однако незнакомые ни с фокусировкой, ни с мощностью излучателей, они лишь подпалили шкуры своим врагам. Пришпорив скакунов, Породители поспешно отъехали на безопасное расстояние. Тяжелая Пехота остановилась менее чем в ста футах от осыпи и обрушила на защитников град взрывающихся шаров. Люди отступили, потеряв двух рыцарей.
11
К расположившимся вдалеке от осыпи Породителям подошли Пушкари и, пока те оценивали обстановку, понизив голос, о чем-то переговорили с их скакунами. Наконец Породители подозвали одного из Пушкарей и отдали приказ. Пушкарь снял с себя все оружие и, подняв руки, направился к осыпи. Когда он углубился в проход между двумя огромными, десяти футов в высоту, валунами, люди Банбека схватили его и отвели к Джоазу.
Увидев случайно оказавшихся поблизости шестерых Злыдней, Пушкарь замялся, а потом уверенно подошел к ним и начал что-то втолковывать. Драконы равнодушно смотрели на парламентера.
— Главные здесь не драконы, — сухо заметил Джоаз. — Что ты хочешь сообщить?
С сомнением глянув на Злыдней, Пушкарь угрюмо повернулся к Банбеку.
— Ты представитель выводка? — Он говорил медленно и бесстрастно, тщательно выговаривая каждое слово.
— Что ты хочешь сообщить нам? — повторил Джоаз.
— Я принес суммирование от своих хозяев.
— Суммирование? Не понимаю.
— Суммирование мгновенных векторов судьбы. Интерпретацию будущего. Хозяева желают, чтобы смысл их предложения был передан в следующих словах: «Не расходуйте жизни понапрасну — ни свои, ни наши. Вы ценны для нас, и с вами будут обращаться в соответствии с этой ценностью. Подчинитесь Порядку. Прекратите расточительное разрушение фонда».
— Разрушение фонда? — фыркнул Джоаз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
