самый момент меня охватило ранее мне неведомое чувство собственничества.
Она попыталась сдвинуть руку, но я схватил ее, не желая лишаться ее прикосновения.
Отчаянно.
Это слово постоянно прокручивалось у меня в голове. Лишь им я мог объяснить тот пыл, что завладел моей душой в то мгновение, когда я увидел ее фотографию.
– Я хочу поговорить с Монро пару минут, – сказал я, не в силах сместить внимание с ее великолепных черт.
– Вообще-то… – начала старуха…
Я швырнул ей несколько купюр, не заботясь о том, сколько именно долларов отдал. Я хотел большего. Больше времени. Больше всего…
– Пойдем со мной, – попросил я, хотя просьба прозвучала как приказ, потому что я не был уверен, что выдержу, если она сейчас попытается уйти. И вряд ли это положительно скажется на моих планах, если она поймет, насколько я от нее без ума.
Уже…
Глава 12
Монро
Он не выпускал моей руки, пока почти тащил в задний коридор, а увидев, сколько там людей, зарычал. Резко сменив направление, мы повернули еще за несколько углов и наконец остались совершенно одни.
Он прижал меня к стене и глядел на меня чертовски… заинтересованно.
Я впервые в жизни ощутила себя замеченной.
С самого детства я была тенью: сначала обо мне забыла мать, а после нее каждая следующая приемная семья, показывающая мне, каково это – ощущать себя нежеланной.
Внимание Линкольна опьяняло. Вызывало зависимость. У меня возникло дикое желание, от которого я не знала, как избавиться.
– Линкольн, – прошептала я.
Он закрыл глаза, словно испытал боль.
– Мне нравится, как ты произносишь мое имя, девушка мечты.
При звуке его низкого голоса в животе запорхали бабочки. Своим тембром он, казалось, ласкал мою кожу.
Девушка мечты.
– Я не знал, что ты будешь здесь, – пробормотал он, после этого обхватил мое лицо рукой и большим пальцем коснулся моей щеки. Мне захотелось потереться о ладонь, но я сдержалась.
Все происходило слишком быстро. Но он вел себя уверенно, и эта уверенность завораживала. Я попалась на крючок и даже не пыталась отстраниться.
– Да я и сама не знала. Нас вызвали в последний момент.
– Я охренеть как рад, что ты здесь.
Он лениво улыбнулся, на мгновение сверкнув идеальными белыми зубами, контрастировавшими с его загорелой кожей.
– Линкольн…
Он неожиданно прервал меня едва заметным поцелуем, легким касанием губ, от которого тем не менее у меня вырвался стон. Похоже, этот звук подстегнул его, и он смело раздвинул мои губы своим языком, не колеблясь ни секунды.
Воздух вокруг нас трещал от напряжения, будто сама вселенная осознавала, что происходит нечто волшебное.
Язык Линкольна скользил по моему, и я таяла. С каждым движением его рта напряжение глубоко внутри меня нарастало. Линкольн придвигался все ближе, пока мы почти не слились воедино. Я могла почувствовать все. Его твердый член… Стук его сердца, который бешено отдавался в голове…
Линкольн сильно сжал мои бедра, и в местах его прикосновений я ощутила легкие уколы боли. Он словно боялся, что я исчезну, если он меня отпустит.
Я реагировала на него неистово, хотя не вела себя подобным образом ни разу за всю гребаную жизнь. Мы увиделись в первый раз, и все же меня охватило желание позволить ему делать со мной все, что он захочет. Одну руку он переместил с бедра на мою шею. Нежно обхватил ее кончиками пальцев и начал массировать, выводя полосы на моей коже. Он прервал наш поцелуй, отчего я захныкала, но через мгновение ощутила его губы на чувствительном месте под ухом, и уже застонала.
Мое тело плавилось, таяло в его объятиях. Меня окутывал его запах, сочетание опьяняющей свежести и истинной мужественности. От этого аромата подкашивались колени, а сердце учащенно билось.
Я ощутила, как его затвердевший член прижался к моему животу.
Затем он возобновил наш поцелуй, и в его движениях чувствовалась лихорадочная энергия. Он целовал меня отчаянно, облизывая, покусывая, лаская.
– Черт, – выдохнул он и прижался ко мне сильнее. Его грубоватая сексуальная энергия усилила напряжение внизу живота.
Жесткое бедро оказалось между моих ног, и с губ сорвался еще один стон. Чем больше мы двигались, тем быстрее я терялась в разжигавшейся между нами страсти.
Одной рукой я схватила его за плечо, а другой обвила за талию, исследуя накаченные, мощные мышцы его спины. Ощущение такой силы еще больше подогрело мое желание.
– Трись о мое бедро, малышка, – скомандовал Линкольн и придержал меня за поясницу, не давая сместиться. Не в силах сопротивляться, я стала извиваться на его жестком бедре, и по всему телу прокатилась дрожь удовольствия, мой разум затуманили похоть и страстное желание. – Ты должна кончить, Монро, – прохрипел он мне на ухо, его голос звучал грубо и требовательно. Он пальцами сжал мою шею и вынудил посмотреть ему в глаза. Он что-то выискивал, хотя я не понимала, что именно. Но надеялась, он это увидел.
Мне хотелось быть особенной для него. Хотелось отличаться от миллиона девушек, с которыми он проводил время до меня. Мне хотелось больше. Я хотела всего.
На стенах в коридоре висели газовые лампы, и пламя в них мерцало, отбрасывая тени на его прекрасные черты лица. Он был слишком великолепен, чтобы противиться. Я была готова взлететь.
Линкольн начал трахать мой рот языком, он погружался глубже, чем прежде, облизывая меня грубо и настойчиво, отчего мне становилось только жарче. Он доминировал над моим ртом, рукой придерживал за поясницу, притягивая к себе, и жестким бедром давил мне между ног, пока моя вздымавшаяся грудь прижималась к его накаченной.
Я исступленно двигала бедрами, все сильнее возбуждаясь, и клитором сквозь ткань терлась о его ногу, пока он выдыхал мне в губы грязные слова, обещая что угодно, если я кончу. Он ловил каждый срывавшийся с моих уст всхлип и стон.
Я едва ли осознавала, что мы ушли не так уж далеко от места проведения вечера, но в тот момент это казалось неважным. Мне просто требовалось разрядиться.
И затем это произошло: по телу прокатилась волна удовольствия, и я вздрогнула в его объятиях, выгнув спину. Мне казалось, каждая клеточка моего тела трепещет. У меня перехватило дыхание, я оцепенела.
Линкольн прижался своей щекой к моей и высунул язык, чтобы лизнуть мою чувствительную кожу, после чего прохрипел:
– Хорошая девочка. Черт возьми, моя девочка.
Он снова надавил мне бедром между ног, окутывая своим запахом, его пьянящий аромат заменил мне воздух. Его губы блуждали по моей шее, отчего по спине
