содрогались. Однако часть его успеха заключалась в том, что он внушал тревогу, оставлял после общения кислый привкус во рту, из-за чего хотелось держаться на расстоянии. Было ясно, что он из тех, кто не остановится ни перед чем, лишь бы заполучить желаемое, какой бы ни была цена.
Отец недоверчиво фыркнул, вырывая меня из мыслей.
– Это с чем же? Напиться до одури?
Я стиснул зубы, стараясь держать себя в руках.
– Слушай, ну прости, что не пришел на свидание, – бросил я язвительно. – Но я не стану трахать какую-то девчонку только потому, что тебе так хочется.
Лицо моего отца пошло уродливо-красными пятнами.
– Неблагодарный мелкий говнюк, – выплюнул он. – Я даю тебе все, чего ты можешь пожелать, а ты не можешь исполнить для меня одно порученьице?
Я сжал кулаки, меня захлестнула волна гнева и разочарования.
– Ты не останавливаешься на одном. Твои поручения не прекращаются. Но я должен был подвести черту. С тем же успехом я мог пойти работать в эскорт.
Он наклонился вперед, сверкнув глазами.
– Чертов говнюк…
– Я уже не школьник, который только и ждет, как бы выполнить твои чертовы поручения по чертовому щелчку пальцев. У меня есть жизнь.
– Жизнь? – он озлобленно рассмеялся. – И что это за жизнь, собственно? Катаешься на коньках? Это не жизнь, Линкольн. Это называется пустой тратой времени.
Я ощетинился от его слов, ощутив прилив сил на оборону.
– Не то чтобы это должно быть для тебя новостью, ведь мы это уже обсуждали, но хоккей – не пустая трата времени. Это моя страсть, моя карьера. Я зарабатываю миллионы без твоего вмешательства.
Мой отец презрительно фыркнул.
– Страсть? Карьера? Ты всего лишь прославленная мартышка, пляшущая на потеху публике.
Кровь вскипела от его оскорблений.
– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, – прорычал я.
– Твой брат был всем. Он был рожден, чтобы возглавить эту компанию. И из-за тебя его больше нет. Выстроенное мной будущее исчезло. И если ты думаешь, что я позволю такому нытику, запасному варианту, разрушить, мать твою, что-то еще, то ты, черт тебя дери, выжил из ума. Ты пойдешь на свидание с этой девицей. И трахнешь ее. Тогда ее отец согласится с нужными мне условиями контракта. Так все и будет.
Я наклонился вперед, пытаясь не обращать внимания на то, как его слова кромсали мою долбаную душу. Убедился, что не отрываю от него взгляда, и сказал:
– Это ты, черт тебя дери, выжил из ума.
Он откинулся на спинку стула, его глаза сверкали от злобы.
– Парень. Ты принадлежишь мне, и я легко могу тебя уничтожить.
Я вскочил с дивана, от его слов по коже пробежал мороз. В наших взаимоотношениях с отцом он и в самом деле обладал абсолютной властью. Черт возьми, да его воле подчинялась половина этой долбаной страны. И дня не проходило без того, чтобы я не чувствовал, что в его присутствии словно хожу по минному полю.
Но не сегодня. На сегодня с меня было достаточно.
– С меня хватит, – твердо сказал я. – Я ухожу.
Отец выпучил глаза от удивления.
– Что? Ты, мать твою, отсюда не уйдешь.
Мои глаза вспыхнули.
– А ты смотри.
Я неторопливо вышел из кабинета с высоко поднятой головой и как только проехал на лифте сорок гребаных этажей, прошел через шикарный вестибюль и вышел на улицу… Я добрался до ближайшего мусорного ведра и выблевал в него все содержимое желудка.
Когда в подобных разговорах отец упоминал Тайлера, он разрушал меня. Я делал один судорожный вдох за другим, пока мои внутренности пытались прийти в норму.
Вдруг зажужжал телефон, и я попытался достать его из кармана.
«Надеюсь, у тебя хороший день», – написала Монро.
Тошнота и страх сразу же прошли. Она была такой чертовски милой. Я должен пойти к ее дому, мне необходимо увидеть ее хотя бы мельком.
Едва взглянув на нее, я понимал, что все будет хорошо.
Глава 11
Монро
Зазвонил мобильный, и я вздрогнула, увидев имя на экране.
– Монро, дорогая, – промурлыкала моя начальница.
Черт, я уже знала, по какому поводу она звонит. Кларис была главой кейтеринговой компании, в которой я работала, и единственный раз, когда она соизволила со мной заговорить, был тогда, когда ей требовались сотрудники. А на этой неделе у меня не осталось свободных вечеров.
– Здравствуйте, Кларис, вы чего-то хотели? – спросила я, стараясь говорить профессионально.
– Мне просто нужно от тебя одно маленькое одолжение, дорогая…
– И какое?
– Нас наняли в последнюю минуту, чтобы мы обслуживали какую-то крутую вечеринку в центре города. Судя по всему, у другой компании не было подходящих веганских блюд, так что, понимаешь, это одна из тех самых вечеринок. Для работы потребуется вдвое больше персонала, чем обычно, а у меня недобор. Можешь помочь? – прозвучало как вопрос, но я достаточно хорошо знала Кларис, чтобы расслышать предостережение в ее голосе. Если я не скажу «да», то могу не возвращаться.
– Конечно. Могу быть в центре через час, – ответила я, хотя чувствовала, что от усталости готова разрыдаться.
– Постарайся, пожалуйста, быть через сорок минут, – отрезала она и назвала адрес так, будто делала мне одолжение.
Кларис повесила трубку, не попрощавшись. Я вздохнула, спрыгнув с кровати, и ощутила, как на плечи рухнула тяжесть прошедшего дня.
Ну, погнали…
* * *
Я добралась до центра через сорок минут, потратив драгоценные сбережения на такси, поскольку автобусов, которые могли бы доставить меня на место вовремя, не существовало.
Поднявшись в кухню отеля по лестнице черного входа, я очутилась в знакомой обстановке: вокруг кипела бурная деятельность, отовсюду раздавались крики поваров и звон сковородок. Кухни на разных мероприятиях отличались, но в воздухе всегда витал аппетитный аромат жареного мяса, смешанного с запахами свежей зелени и специй. Невзирая на хаос, в подобном безумии всегда присутствовал порядок: все шеф-повара компании идеально синхронизировались и создавали кулинарные шедевры, сводившие гостей с ума. Симфония кулинарного таланта и безупречно поставленный танец кастрюль и сковородок завораживали.
По крайней мере, могли бы завораживать, если бы я не наблюдала подобную картину миллион раз.
Я улыбнулась, когда увидела, что Калеба тоже пригласили. Из всей команды он нравился мне больше всех. Калеб постоянно со всеми флиртовал, но ему каким-то образом удавалось не ставить людей в неудобное положение. С таким как он я бы на самом деле могла подружиться, а может, и встречаться, если бы позволила себе пойти на такой шаг. Однако, посмотрев на него сейчас, я осознала, что он уже не казался мне
