- К тому же, теперь можно совершенно не переживать о вживлении симбиота и его нормальной адаптации к новому носителю. Оно гарантированно пройдёт. Ну а человек его выдержит без особых проблем. Так что мы приступаем.
И медик кивнул одному из своих помощников, указывая в направлении медицинского комплекса. Только вот тот направился в совершенно другую сторону, он шёл к инкубационной камере, где сейчас сидел симбиот.
А ещё через несколько минут, когда эфирное тело пойманной и когда-то доставленной в исследовательский институт сущности профессора Рокены смогло разместиться в теле молодого парня, того перестало трясти и корежить, будто глину в руках искусного мастера, и медицинский комплекс перестал сигнализировать о том, что его пациент находиться в критическом состоянии.
Ну, а, кроме того, Крысолов понял две вещи. Человек в медкомплексе действительно стал креатом, если смог выдержать такие нереальные нагрузки, которые вызвало внедрение симбиота. Это было прекрасно видно по показаниям медицинского комплекса. И второе, похоже, ему придётся поработать по своему основному профилю. И оправдать когда-то давно данное ему одним из старейшин имя.
Где-то у них завелась крыса, которая слила информацию о проекте по перехвату технологии уникальной нейросети куда-то на сторону.
- Но зачем такие сложности? - этот вопрос так и продолжал мучить Крысолова всё последующее время. Не подумал он лишь о том, что это может быть банальная случайность и стечение обстоятельств. Никто не может предусмотреть всего.
Семь дней спустя. Окраина Содружества. Палуба линкора «Трезубец» с отсутсвующим портом приписки.
- Но зачем такие сложности? - всё тот же вопрос продолжал мучать капитана линкора и по сей день. Ведь он так и не смог ни то, что вычислить крысу, но даже выйти на след этого предателя или двойного агента (ему и с этим не удалось определиться). Единственной ниточкой указывающей на его присутствие, была та ловушка, что устроил на них исполнитель. И это была лишь косвенная улика. Прямых доказательств, которое могли бы привести к предателю или исполнителю заказа, не было.
К тому же, поразмыслив над происходящим, Крысолов в результате своего расследования пришёл к несколько противоречивому выводу.
«Охотятся не на кого-то из нас», - подумал он, - «бьют точечно и стараются уничтожить лишь профессора или ту информацию, которой он обладает». A потомy и сейчас, настороженный и напряжённый, он шел по коридору в сторону медицинского сектора корабля.
Финальный этап. Всё должно пройти гладко. Только вот бывшего переговорщика и нынешнего капитана линкора опять мучило какое-то плохое предчувствие.
Тем временем, за всеми этими воспоминаниями и размышлениями, мужчина не заметил, как дошёл до нужной комнаты. Сделав последний шаг, он открыл двери и зашел в медицинскую лабораторию. Внедрение слепка проводили более квалифицированные специалисты, командированные к ним Советом. Это была уже следующая команда, более подготовленная, более свежая, но при этом и менее знакомая с обстановкой и обстоятельствами появления у них столь необычного материала.
Ну и, как подозревал сам Крысолов, команду столичного медика-мажора всё же не похвалили за их оплошность, которая, не обнаружь они у объекта его уникальную особенность, привела бы к полному провалу их миссии.
Самого же капитана репрессии не коснулись, и теперь, как результат произошедших ранее событий, он работал с новой командой медиков-ментооператоров. Только вот они были уже не просто из центральных областей Содружества. Нет, новые люди были присланы Советом. Да и не все они были людьми, если уж на то пошло.
Ведь на данном этапе была своя специфика в выполнении работ, и было принято решение не рисковать, а привлечь наиболее компетентных специалистов, которые у них были. А потому команду новых медиков возглавлял личный порученец главы Совета.
На линкор прибыл стройный высокий аграф с холодным и пронзительным взглядом абсолютно бесчувственных и пустых глаз. Но не это заставило задуматься Крысолова о своём будущем, когда он узнал о том, кто будет возглавлять новую команду ментооператоров.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ведь, если верить слухам, кроме всего прочего, этот аграф был ещё и личным палачом главы Совета. Но в этот раз Крысолов очень надеялся на то, что аграф сюда прибыл именно в качестве высококвалифицированного медика-ментооператора.
Между тем новая команда практически сразу по прибытии разместилась в лаборатории исследовательского отдела, правда, предпочитая работать на собственном оборудовании. Сам Крысолов мельком слышал, что оно более подходит для проведения столь ювелирной операции и уж тем более, оно гораздо более привлекательно в плане контроля и анализа процесса заливки образа в сознание реципиента.
- Состояние пациента стабильное, - как раз сообщил главный из команды обычных медиков, обращаясь к аграфу, в тот момент, когда мужчина приоткрыл дверь и, войдя в помещение, незаметно пристроился у стены.
- Хорошо, ждём момента совпадения девяноста трех процентов значений для основных параметров, - отдал распоряжение ментооператор. И сверившись с показаниями, добавил:
- Следите за процессом адаптации нейросети, мы не должны пропустить оптимальный диапазон для внедрения ментального слепка.
С этим Крысолов был согласен полностью. Это оказался как раз тот самый параметр, на который никто из них в принципе не обратил никакого внимания, кроме вновь прибывшего аграфа. А он практически сразу заметил их упущение и скорректировал план работ.
За тридцать минут до проведения операции. Сразу после прибытия новой команды. Окраина Содружества. Палуба линкора «Трезубец» с отсутствующим портом приписки.
- Вы не сможете отработать, если будете придерживаться вашего старого плана, - только взглянув на предоставленные ему данные, с уверенностью сказал аграф.
- Что не так? - сразу подошел к нему Крысолов. Он прекрасно понимал, что этот господин вряд ли будет попусту поднимать какую-то тему, лишь 6ы показать свою большую осведомленность в каком-то вопросе и уж тем более свою значимость в этом деле. А потому он готов был выслушать любое разумное его мнение.
- Параметры, ответил ему ментооператор и вывел на экран небольшой график, построенный на основе переданной ему информации, - судя по периоду стабилизации деградационной кривой, они были сняты у пациента в тот момент, когда нейросеть ещё не полностью завершила процесса своей настройки и адаптации.
- Так и есть, - подтвердил капитан.
Аграф кивнул и сказал ему:
- В этом и есть ошибка вашего плана, - и, показав ему необходимый пункт, он добавил, - нам нельзя дожидаться периода полной адаптации нейросети. Мы тогда точно пропустим необходимый момент времени. В этом случае, нам нужно или вычислить то мгновение, когда совпадут оба набора параметров, что сделать практически нереально. Этот миг может составлять сущие мгновения. И мы элементарно не успеем залить ментальный образ реципиенту. Но нам этого и не нужно. Мы же понимаем, что спокойно переживем смещение параметров материала в десять процентов. А это значит, что вычислить нам нужно не какой-то определенный момент времени, а наиболее оптимальный коридор для внедрения ментального слепка.
И ментооператор быстро что-то прикинул в уме, а потом повторно достал свой планшет и активировал пару систем, помогающих выполнять быстрые расчеты. Он почему-то предпочитал работать именно с ним. Может потому, что этот планшет был оригинальной консолью Древних.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
«Откуда она у него?» - только и успел подумать Крысолов, как аграф уже завершил свои дела и посмотрел на него.
- Коридор для выполнения операции по внедрению слепка ментального образа я подготовил. Расхождения будут еще меньше. Я сумел просчитать коридор для отклонения в семь процентов. Хоть это практически вполовину уменьшит время самого внедрения. Но мне его будет достаточно. Для нас это самый оптимальный вариант.
