- Хорошо, - согласился Крысолов - тут я полностью доверяю твоему опыту.
Порученец главы совета ничего не ответил, только кивнул и вышел из кают-компании, в которой у них состоялся разговор. А еще через тридцать минут они приступили к операции.
Как оказалось, аграф со своей командой прибыли очень вовремя и период наименьшей активности в ментальном поле и теле их объекта подходил к концу. Пора было приступать к операции.
Семь дней спустя. Окраина Содружества. Палуба линкора «Трезубец» с отсутствующим портом приписки.
- Загрузка ментального слепка успешно запущена, - доложил помощник аграфа, наблюдающий за показаниями приборов, - прогресс полтора процента.
Ментооператор, проводивший внедрение ментального образа личности и воспоминаний профессора Рокены в разум реципиента, кивнул в ответ.
- Начинаю процесс замещения сознания, - поставил в известность он свою команду, - определяю точки слияния. Найдены общие сегменты, идентичные для обеих структур сознания. Запускаю процесс их наложения.
И в удивлении поглядел на одного из своих сотрудников, будто собираясь удостовериться в полученном результате.
- Наличие идентичных структур подтверждаю, - ответил медик, на которого аграф обратил внимание.
- Откуда тут вообще могли появиться общие сегменты? - будто про себя произнес порученец главы Совета и перевел взгляд на медкапсулу, а потом, обернувшись назад, спросил, - материал точно не мог жить хотя бы какое-то время на территории Содружества?
Этот второй вопрос он явно адресовал уже Крысолову, который почему-то думал, что аграф до сих пор не заметил его присутствия. Но, как оказалось, это было не так.
- К такому выводу мы пришли по косвенным признакам, - ответил тому капитан линкора, - после того, как он попал к нам в руки, и мы провели первоначальный анализ. Но в связи с применением препарата влияющего на генные модификации, точно мы этого утверждать не можем.
- Понятно, - протянул аграф, - похоже, он всё-таки откуда-то с территории Содружества. И это хорошо, что была проведена генная модификация. Иначе можно было наткнуться на следы его прошлой жизни.
И он вновь посмотрел на экраны приборов:
- Стопроцентное слияние по совпадающим сегментам, - со всё возрастающим удивлением проговорил ментооператор, - но ведь такого не может быть. Должны проявиться хоть какие-то личностные отклонения...
Неожиданно раздался голос одного из его помощников. Крысолов впервые услышал, что кто-то обратился к аграфу по имени.
- Классий, происходит что-то странное, - и этот невысокий и неприметный человек, чем-то очень напоминающий самого бывшего переговорщика, показал аграфу ряд каких-то параметров на панели медицинского комплекса.
Meнтooпepaтop практически в ту же секунду, как только увидел отобразившиеся там значения, подключился к консоли напрямую, и теперь можно было не сомневаться, что происходит что-то из ряда вон выходящее.
- Регистрирую множественное нарастание общих сегментов. И откуда они только взялись? - раздался вопрос аграфа, а буквально через несколько мгновений, - идентичность совпадения превышает девяносто пять процентов и постепенно увеличивается.
Проходит ещё несколько секунд.
- Идентичность совпадения сегментов - сто процентов... Наблюдаю самопроизвольную активацию наложения и слияния идентичных структур.
Глава команды ментооператоров и медиков просто стоял и ничего не понимающими глазами смотрел на тело в медицинской капсуле. По виртуальной схеме, было прекрасно видно, как множатся одинаковые структуры и постепенно поглощают - тут даже речь шла не о совмещении - загруженный в сознание реципиента слепок сознания профессора Рокены.
- Стопроцентное усвоение внедренного слепка родительской структурой, - только и протянул ментооператор, аграф с очень необычным именем Классий, наблюдая за происходящим, - но такого не может быть.
После чего ещё раз просмотрел параметры.
- Мне показалось, или структура мозга реципиента вернулась к своему первоначальному состоянию?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И он указал на выведенную виртуальную схему.
- Да, - подтвердил его помощник, - процесс ещё не завершён полностью, но мы регистрируем планомерный откат большинства структур мозга в своё изначальное состояние.
- О таком я вообще не слышал, - задумчиво глядя на графики, протянул аграф.
И, обращаясь к тому самому человеку:
- Вы зарегистрировали все этапы поглощения слепка родительским сознанием?
-Да, - подтвердил неприметный мужчина, - сначала процедура шла обычным ходом. Начался процесс вытеснения родительского сознания. Было уничтожено порядка одного-двух процентов поверхностных данных. Что туда попало, нам не известно. Но, в определенный момент, а именно тогда, когда ты начал процесс, даже не совмещения общих сегментов, а определения точек слияния, запустился какой-то внутренний механизм, активированный структурой мозга самого реципиента. И, судя по диаграмме, именно тогда и стали возникать общие сегменты. Я тут кое-что проверил...
И сотрудник аграфа вывел на обзорный экран какую-то таблицу.
- Смотри, вот сам момент начала работ. И тут в принципе не было зарегистрировано никаких общих сегментов.
Затем еще одна таблица с графиком.
- А это сравнение с результатами полного тестирования, которое было проведено прошлой командой. И тут тоже нет никаких общих точек пересечения.
После чего этот необычный помощник главы команды медиков и ментооператоров, добавил:
- Так что изначально, на момент начала внедрения, не было и быть не могло никаких общих сегментов.
- Понятно, - протянул Классий, выслушав своего помощника. Попросив предоставить ему ещё кое-какие данные, аграф просмотрел уже ранее представленные графики. И потом высказал очень необычный, но при этом подтверждённый произошедшим инцидентом, вывод:
- Складывается такое впечатление, - протянул порученец Совета, в основном обращаясь к своей команде, - что почувствовав угрозу своему существованию и потере личности, разум этого человека запустил какую-то защитную процедуру, аналогичную той, что хотели выполнить и мы. Только сделал он это со своей стороны, как бы инвертировав принцип её работы. И активировал этот парень не замещение, запущенное нами, а именно поглощение. Как такое возможно, я пока сказать не могу. И именно это нам и придется выяснить.
Таких результатов хоть и сложной, но вполне рядовой операции не ожидал никто. Они потеряли c таким трудом и проблемами добытый ментальный образ профессора, который растворился в разуме подготовленного для его внедрения объекта. И им придётся как-то объяснить это происшествие перед Советом.
Аграф указал невысокому человеку на установленный медицинский комплекс и прочее оборудование. Его помощник понимающе кивнул тому в ответ и начал опечатывать аппаратуру, чтобы сохранить все данные в нетронутом состоянии. Классий между тем постоял пару секунд в состоянии покоя и молчании, а потом, будто соглашаясь с какими-то своими мыслями, произнёс:
- Да, очень похоже на это.
И буквально в следующее мгновение, развернувшись в сторону Крысолова, спросил:
- Где вы его достали и кто это?- и он указал головой в сторону медицинского комплекса.
Переговорщик вопросительно посмотрел на аграфа, скрывать ему было нечего, всю информацию по этому делу он предоставил в своём отчете. И потому он ответил:
- История того, как объект попал к нам в руки, полностью передана в Совет. На это аграф лишь отмахнулся.
- Ваш рапорт, больше похожий на детективное расследование, я только что просмотрел и он меня не интересует.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
После чего Классий подошел на пару шагов ближе к Крысолову.
- Скажи, - и он указал на лежащее в медкомплексе тело, - вы проверили, сколько модификаций oно претерпело до того, как попасть к нам? Ты уверен, что только одно, то, о котором упомянуто в отчете?
- О чём ты? - теперь Крысолов действительно не понимал, что ему хочет сказать аграф.
