Броня мне надо сказать понравилась. Такой я даже не видел никогда. Состояла она из кожи, ну на вид, по крайней мере. Ощупав, понял, что меж слоями кожи есть железные вставки. Они прикрывали собой ключицы, и грудные мышцы, по животу под кожей пластин не было, но похоже было кольчужное плетение. Нагрудник мне понравился, не такой тяжелый, кожа пусть с трудом, но все же ходит, а значит, и подвижность будет лучше. В комплекте с нагрудником, присутствовали компактные наплечники, защищающие до половины плеча. Руки прикрывали железные наручи, так же по подобию с броней, обтянутые кожей. Кисти закрывали кожаные перчатки, так же имеющие небольшие вставки на костяшках и внешней стороне кисти. Ноги прикрывали набедренники, легкие и судя по гибкости чисто формальные наколенники и поножи. На ноги выдали хорошие сапоги из мягкой кожи и без жесткой подошвы, при этом строго предупредив, что сапоги носить нельзя, а когда будет можно, скажет наставник.
Оружия вновь не выдали.
За всем этим прошла большая часть дня. После ужина, не дав даже толком отдохнуть, десятник погнал нас на марш бросок. Кто бегал с полным животом — поймет.
За день успел перекинуться с Олгом только парой слов. Интересовало меня лишь одно, почему я не вижу среди нас Бурого.
— Да он того, — друг таинственно мотнул головой.
— Чего того?
— Схалтурил он.
— А, — хотел спросить зачем, но сам все понял. Правильно, его за молодняком приглядывать послали, так что в нашем отряде ему и в правду делать нечего.
Понятливо кивнув другу, сосредоточился на беге.
Гоняли нас долго, на двадцати кругах не ограничились. Выжали из нас все, что было можно. Отмашку дали лишь на двадцать пятом круге, когда все уже готовы были свалиться без сил, что собственно и сделали, получив знак.
К нам, подошел наш десятник.
— Думаете, вам тяжело сейчас, — поочередно заглядывая нам в глаза, спросил он, — так я вам отвечу, нет, не тяжело, тяжело будет, когда вы, после боя, на своих двоих, да с раненным товарищем на плечах от всадников убегать будете. Когда почувствуете, как сталь рвет вашу плоть, вот тогда будет тяжело. А сейчас встать, — неожиданно резко крикнул он, — до леса бегом марш.
Подавая пример, он побежал вперед, нам пришлось догонять. Со стороны наш «особый отряд» сейчас смотрелся весьма убого. Пять десятков молодых ребят, еле передвигающих ноги, думающих что это и есть бег, а впереди бодро семенил десятник, все наращивая расстояние.
— Кто не догонит меня, получит десяток плетей, — донесся до нас его мотивирующий спич.
Все дружно прибавили ходу, даже интересно, откуда силы взялись.
Возле леса, до которого, кстати, было порядочно бежать, версту не меньше, нас ждал лейтенант.
— Разобрали топоры, — кивнул он на кучу, самых что ни на есть обычных топоров, — ваша цель, срубить вот этот десяток деревьев, — кивнул он на десяток раскидистых тополей.
Через час, деревья, избавленные от лишних веток, лежали аккуратной кучей.
— Хорошо, а теперь, вот этот десяток берет пилы, — начал он раздавать команды…
Через пару часов, нам устроили перерыв, не знаю зачем, так как на улице уже окончательно стемнело, и логичнее было бы двинуться в лагерь. Во время перерыва, успел поглядеть на результаты нашей работы. На земле, аккуратными кучками лежали испиленные деревья. В одной кучке были самые толстые стволы, отпиленные примерно на два шага. Набралось их штук двадцать. В другой лежали обычные поленья. В третьей лежали сложенные в большую кучу развилки стволов. В четвертой куче лежали обычные палки. В пятой лежали стволы в пол обхвата и длиной в три-четыре шага. Весь оставшийся мусор лежал отдельной кучей.
— А теперь, салаги, ваши десятники покажут для чего вам нужен весь этот мусор. Как оказалось самые большие стволы нужны нам для физической нагрузки мышц и тренировки выносливости. На наших глазах один из десятников, взвалил его себе на плечи. Дальше он показал несколько упражнений, таких как приседания, бег и поднимание-опускание груза. Поленья как оказалось, мы будем использовать для тренировки рук. А именно для тренировки кистей, на наших глазах инструктор вначале показал базовое упражнение. Он схватил полешко одной рукой за срез, растопырив пятерню и на вытянутой руке рывком поднял до уровня глаз, отпустил и не дав той долететь до земли, перехватил другой рукой.
Дальше он показал то, к чему нужно стремиться, полешко начало летать, подбрасываемое рукой тренера, а сам он в это время выполнял различные действия, приседал, падал и поднимался, подпрыгивал, показывал различные удары, но при всем этом успевал держать снаряд в воздухе.
— Это упражнение укрепит ваши руки, усилит кисти и сделают вашу хватку железной, а так же повысит вашу координацию и ловкость.
Третья куча, с раздвоенными стволами была нужна для метания в друг друга. Точнее перекидывания. Два десятника вышли вперед, покидали его друг другу, но нас это как то не впечатлило.
— Хм, да так любой дурак сможет, — негромко сказал белобрысый парнишка из второго десятка.
Но его услышали.
— Ну ка давай, попробуй, — произнес один из десятников, перекидывая снаряд другому.
Парень спокойно подошел и демонстративно сплюнул на землю.
— Ну дав… — с репликой он опоздал, так как дерево к нему уже летело.
Все-таки схватив оное, парень покачнулся назад и тут же, другой конец бревна, сделал оборот, ударив парня в ноги. От чего тот, с криком упал.
— Ах тыж бл… — сказал он, приподнявшись на руках.
Тут к нему подошел десятник, ранее уступивший ему свое место и без разговоров, с силой пнул того под дых. От чего бедолагу швырнуло на спину, да к тому же он приложился башкой об бревно.
— А это тебе за плевок, и за неуважение старших по званию, — веско сказал он, — встать в строй!
Парень скуля отполз подальше, и, поднявшись на ноги уковылял куда то нам за спины.
Лейтенант махнул рукой и демонстрации продолжились.
Палки оказались заменой тренировочному оружию, которое должны подвезти через пару недель.
Последняя куча с длинными стволами оказалась нашими противниками в рукопашном бое и заодно тренажерами. Как нам сообщил наш десятник, последним на сегодня делом, будет вкопать десяток этих столбов на расстоянии метра друг от друга. Народ обреченно взвыл, но тут десятник, которого кстати звали Туск, начал показывать что нам еще предстоит делать с бревнами и народ понял, что предстоящая работа, не главная их проблема.
Туск, сняв свою кожаную куртку, спокойненько так подхватил бревно и сделав оборот вокруг своей оси начал творить такое, что волосы чуть дыбом не встали. Используя свой собственный торс, как центр вращения, десятник начал с нарастающей скоростью крутить бревно. А оно-то не ошкуренное! Как этот монстр не разодрал себя сучками и корой, да и просто не поцарапался и не отшиб ничего, я даже не представляю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
