Джейн не хотелось больше слышать о страдалице Марджори, и потому она переменила тему, что оказалось весьма кстати, потому что минуту спустя около них появился Харви.
— Привет, Лорин.
— Привет, Харви, — отозвалась она вежливо-холодно.
— Джейн, в библиотеке Маргарет показывает свой фильм. Она спрашивает, не хочешь ли ты его посмотреть.
— Конечно, хочу!
Они сидели в темной комнате и смотрели фильм об одном из племен, обитающих на южном побережье Тиморского моря. Харви обнимал Джейн за талию, а она склонила голову ему на плечо и чувствовала себя совершенно счастливой.
— Ты хочешь спать сегодня в своей комнате? — шепнул он ей на ухо.
Как и потребовала Джейн, каждому из них была отведена отдельная комната, правда, находящиеся рядом. Наверняка не случайное совпадение: Маргарет, видимо, ни минуты не сомневалась, что Джейн не собирается спать одна.
Вопрос был прямой, и Джейн не хотелось затевать с Харви какие-нибудь игры: изображать застенчивость, требовать от него особой мужской настойчивости, и тому подобное.
— Нет, — просто сказала она.
Харви поцеловал ее в шею, и Джейн почувствовала, что он улыбается.
— Значит, не хочешь играть со мной в «кошки-мышки»?
— Не хочу, Харви, тебе придется принимать меня всерьез.
— Ты нравишься мне все больше и больше.
Теплота разлилась по всему ее телу. Джейн прижалась к Харви и, рассеянно следя за тем, что происходит на экране, почувствовала себя по-настоящему счастливой. «Ликующая радость любви» — так она могла бы назвать сейчас свое состояние.
Да, именно так.
Другими словами — ликующая эмоциональная зависимость.
9
На следующий день после возвращения от Маргарет Джейн поехала к Хелене. Входная дверь была открыта, и бамбуковый занавес свободно пропускал прохладный утренний воздух.
— Хелена! — позвала Джейн. — Ты где?
— Входи! — донеслось откуда-то из глубины дома.
Джейн подняла бамбуковый занавес и вошла.
— Я в ванной! — услышала она. — Иди сюда и протяни мне руку помощи.
Услышав столь странную просьбу, Джейн стрелой промчалась по коридору и оказалась у открытой двери ванной комнаты. Хелена, втиснувшись между стеной и унитазом, торчала головой в бачке.
— Что ты делаешь? — изумилась Джейн.
Хелена подняла голову и недовольно проворчала:
— Эта проклятая штуковина опять вышла из строя, и я, несчастная, пытаюсь ее починить.
Она снова склонилась над бачком и принялась орудовать в его внутренностях разводным ключом. У Джейн хватило ума вовремя прикусить язык, с которого чуть было не слетело: «А почему бы тебе не позвать мастера?» Она прекрасно знала, что мастера звать неоткуда.
— Тебе помочь? — спросила Джейн и усмехнулась: чем, интересно, она могла бы помочь в данном конкретном случае? — Хотя не могу сказать, что я разбираюсь в таких вещах, — честно призналась она.
— Но вон тот кусок проволоки справа от тебя, думаю, ты вполне способна мне подать.
Джейн подала небольшой моток проволоки и с уважительным восторгом наблюдала за действиями Хелены. Наконец та выбралась из щели между бачком и унитазом и нажала на спуск. Бачок ожил, выдав соответствующую порцию воды.
— Я потрясена! — воскликнула Джейн. — Ты его починила-таки!
— Только вот надолго ли? — усомнилась Хелена. — Впрочем, поживем — увидим. Пойдем, я заработала кофе.
Джейн восхитилась способностями этой женщины. И с удивлением поймала себя на том, что хочет стать на нее похожей. Сама она, к сожалению, ни к какой работе с инструментами не была приспособлена.
Ну что же, решила Джейн, значит надо приспосабливаться. Она вспомнила о Маргарет, которая, по слухам, превосходно управляла самолетом, о матери Харви, которой молва приписывала мастерское владение винтовкой. Беспомощные женщины — не та порода, которая может выжить и нормально чувствовать себя в условиях, мягко говоря, далеких от городских. А Джейн хотела не просто жить, а жить полной жизнью.
А почему вдруг тебе это понадобилось? — немедленно поинтересовался насмешливый внутренний голос.
— Присаживайся. — Хелена махнула рукой в сторону столовой. — А я сейчас приведу себя в порядок и приготовлю нам кофе.
Сидя в столовой, Джейн от нечего делать стала разглядывать красочное полотно на стене. Она видела эту картину и раньше, но не обращала на нее особого внимания: подобная живопись была не в ее вкусе. Бесформенные, так показалось Джейн, цветовые пятна, взрываясь яркими красками, создавали какие-то расплывчатые контуры — то ли людей, то ли предметов. А внизу четко просматривалась подпись: Марджори Стэнтон.
Джейн встала и отошла подальше, чтобы получше рассмотреть полотно. Вариация на тему классического сюжета «Сады Эдема». Так показалось Джейн. На полотне был изображен великолепный пейзаж, водопад и всевозможные твари божьи, собравшиеся на водопой. А в самом верху картины в правом углу — две маленькие человеческие фигурки, мужчина и женщина, стоящие рядом рука об руку и наблюдающие открывающуюся под ними картину.
Полотно, созданное Марджори, отражало ее чувства, состояние ее души. Джейн вдруг почувствовала неожиданное облегчение, словно ей открылась какая-то великая истина. Марджори перестала быть просто именем, чем-то безликим, запрятанным в воспоминаниях разных людей. Марджори стала реальностью: женщиной, которая жила с Харви, любила его, спала с ним. И, кроме того, она любила эту землю, видела ее красоту, хотя, без сомнения, идеализировала ее. Джейн, не отрываясь, смотрела на полотно и вдруг заметила в левом нижнем углу под невысокой каменной грядой груду костей, высушенных и обесцвеченных солнцем. Абсолютного счастья не существует, даже в раю, видимо, хотела сказать Марджори. Жизнь полна трагедий и опасностей. Смерть и утраты в любви — это тоже составные части жизни.
Утраты в любви… Страх пронесся над Джейн, словно порыв холодного ветра.
Она резко отвернулась и села на другой стул, чтобы видеть противоположную стену, от пола до потолка заставленную книжными полками, — зрелище гораздо более спокойное. Ей не хотелось думать о Марджори.
Вошла Хелена с кофе.
— Ты принесла мне рукопись?
— Только первые несколько глав, — ответила Джейн.
Хелена сама вызвалась прочитать рукопись — может быть, она сможет помочь Джейн какими-нибудь конкретными советами. Все-таки она довольно долго живет в этой стране и может заметить неточности в описании природы, бытовых деталей и каких-то жизненных реалий.
— Ты даже не представляешь, как я тебе благодарна. Так важно, чтобы кто-то взглянул на привычный уже текст свежим глазом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
