и уставился на меня, как на умалишенную.
– Я знаю, что отвар картиции способен проявить спящую в человеке сущность.
– Ты нарочно ее поила этим отваром? – недоверчиво спросил Бестиан. – Еще и таким крепким?
Я кивнула.
– Ну-у-у, только крепкой была именно последняя порция, я всё рассчитала. До этого наливала ей отвар слабее, чтобы заприметить некоторые нюансы, сделать нужные выводы и спланировать свои дальнейшие действия.
– Но зачем ты вообще всё это делала? – опешил Бестиан.
– Ну так чтобы проявить сущность Сабрины д’Акировой.
– Что-то я уже ничего не понимаю…
– Ну, я не знала, что она такая опасная тварь, – пожала я плечами. – Про эту, как ты выразился, айзенечисть глэмма-уровня я ничего никогда не слышала.
– Эйзенечисть рэмма-уровня опасности, – машинально поправил Бестиан.
– Ну вот, ничего про нее не слышала. Хотя я, поверь, весьма начитанная студентка.
– Про эйзенечисть вся информация на данный момент считается секретной и пока не проникла ни в один официальный источник, – сказал Бестиан.
Как-то не без гордости сказал.
Я подозрительно глянула на своего собеседника.
– А ты откуда это знаешь?
– Ты не ответила на вопрос, – проигнорировал меня Бестиан. – Зачем ты проявляла сущность Сабрины?
Я вздохнула, обняла себя за плечи, неловко переступая с ноги на ногу и чувствуя себя провинившейся шкодливой студенткой перед преподавателем – уж очень выразительный взгляд у Бестиана был, что именно так заставлял ощущать себя.
– Еще в здании администрации я сказала, что заподозрила тебя в покушении на убийство профессора д’Акировой. Сначала я посчитала тебя психопатом, – Бестиан при этих словах издал нервный смешок, – Ну или кем-нибудь вроде сбрендивших ва́ргов, что, в принципе, можно приравнять к психопатам. Но дальнейший наш диалог и анализ тебя как личности убедил меня в твоей адекватности. Ну и на роль злодея ты не тянешь, уж извини: у тебя слишком добрые глаза, и светлая улыбка. Ну что ты смеешься? Это очень важные показатели на самом деле! И такие вещи подделать невозможно, это очень легко считывается. В общем, я сделала вывод, что ты не просто так собирался Сабрину на тот свет отправить, попросту подорвав ее…
– Это не я взрыв устроил, – перебил Бестиан. – Это Сабрина быстро смекнула, что к чему, и при моем появлении устроила взрыв: когда в этих тварях полно сил, они способны взрывать вокруг себя что угодно, даже крепкий лунный мрамор.
– Ого, – покачала я головой. – Вот как дело обстояло, оказывается…
– Мы с ней подрались… Вернее, я попытался сначала пойти с ней на контакт, но она отказалась общаться и с ходу вступила в бой. Но быстро поняла, что меня не одолеть и попросту устроила взрыв, чтобы сбежать. Мне пришлось отвлечься на создание мощных защитных чар, чтобы самому выжить, так что я упустил ее из виду и потерял след. Досадный промах, – Бестиан недовольно цокнул языком. – Но ты ее всё-таки выследила… Как?
– Это мой персональный секрет, – весело подмигнула я. – Важно то, что я всё-таки нашла ее, в весьма плачевном состоянии, уставшую и перепуганную. Я просканировала ее след, ауру и сделала вывод, что в ней действительно сидит какая-то сущность, но прямо сейчас человеческий разум преобладает, так что я вполне могу отвести ее к себе сюда, чтобы пообщаться в спокойной обстановке и попробовать выведать нужную мне информацию до твоего прихода.
– Да с чего ты вообще взяла, что я к тебе заявлюсь?
– При нашем столкновении у здания администрации ты пытался через носовой платок навесить на меня поисковую метку, заинтересовавшись моей персоной. Значит, в покое не оставил бы и должен был среагировать на мою записку. По моим расчётам, ты должен был заметить ее около полуночи и примерно в полночь прийти по указанному адресу.
– Погоди, – Бес помассировал свои явно гудящие виски. – Почему именно около полуночи? Я мог вообще не заметить твою записку!
– Когда мы сидели в кафе, я заметила, что ты поставил будильник без пятнадцати двенадцать на своих часах на цепочке и убрал их в правый карман. Это мог бы быть и полдень следующего дня, но ты говорил о большой занятости, да и такие деловые люди, как ты, пользуются подробными будильниками на ближайшее время, планируя свой день по часам. Но будильников на более раннее время у тебя на этих часах не стояло, там можно только один поставить ближайший, я знаю эту марку часов. Я телепортировала тебе в этот карман записку простеньким и безобидным заклинанием, рассудив, что максимум без пятнадцати двенадцать ты заглянешь в карман, прочтешь мою записку и быстренько телепортируешься ко мне, ну хотя бы для того, чтобы прочитать нотацию о наглой подписи «твоя рейна», – пояснила под одобрительный смешок Бестиана. – Но ты почему-то немного опоздал…
– Потому что записка выпала из кармана, когда я доставал часы. Будильник служил напоминалкой для связи с руководством. Я был слишком занят своими проблемами, поэтому не заметил записки, которой там быть не должно было. Если бы мне друг не указал на валяющуюся на полу бумажку, я бы так и прошел мимо нее.
– М-м-м, это я не рассчитала, – недовольно цокнула языком. – Моя ошибка. Но всё-таки ты пришел! А значит, в глобальном планировании я оказалась права.
Я с победоносной улыбкой и наверняка лёгкой безуминкой во взгляде глянула на Бестиана, который смотрел на меня с дикой смесью эмоций. Удивление, раздражение, гнев, восхищение. Чего только не читалось в этом его взгляде!
Он долго молчал. Наверное, с честную минуту, не меньше. Эта минута показалась мне бесконечно длиной и невыносимо звенящей. Я не знала, куда деть глаза, руки, поэтому взгляд мой метался по комнате, на Бестиана я старалась не смотреть вовсе, чувствуя на себе его внимательный изучающий взгляд.
– Ты самая безбашенная студентка, которую мне только доводилось видеть, – медленно произнес Бестиан. – А знаешь, что самое страшное? Мне это нравится.
Так, теперь уже мои щеки запунцовели. Уж не знаю, в прямом смысле того слова или нет – на стене не осталось целого висящего зеркала, его осколки валялись под комодом, так что я не могла оценить свое отражение – однако, по ощущениям, к щекам прилил жар, аж захотелось холодные ладошки к ним прижать. Но я постеснялась так откровенно выражать свои эмоции, поэтому, как всегда бывает, когда напугана или смущена, я, напротив, расправила плечи и с надменным видом задрала подбородок.
– Ты вообще присмотрись ко мне получше, может, не только моя безуминка понравится? Я и сама по себе вроде ничего так. И вообще, я весьма выдающаяся студентка!
– О, это я как раз вижу, – с умным видом покивал Бестиан. – Куда ни
