мы не должны выходить из своих помещений, и поэтому остаток дня провели, обсуждая свои планы и думая, как осуществить наше смелое намерение. Пока все шло так хорошо, как только можно ожидать. Май Ло в своем противостоянии нам обнаружил глупость и неумение предвидеть, и мы научились с презрением относиться к ненависти мандарина. Но главный евнух гораздо более прозорлив и проницателен, и, как предупредил принц Кай, он без колебаний уничтожит нас, если узнает, что мы собираемся ограбить наследственные залы Кай. Поэтому мы знали, что должны действовать хитро и изобретательно, чтобы обмануть Вай-То, но прежде всего нам нужно заслужить его доверие и добрую волю.
Мы долго обсуждали планы, но поняли, что не можем составить определенную программу, не изучив дворец и его окружение. И что многое будет зависеть от случайностей и обстоятельств.
Еду нам подавали в одной из наших комнат. Еда была непривычная, но отлично приготовленная и приправленная, и многими блюдами мы наслаждались. Ужин может послужить примером того, как мы питались во дворце принца Кая.
Вначале чай – и в конце тоже чай. Но за первым чаем последовал суп из акульих плавников, тушеные голубиные яйца, оладьи из яичного теста с беконом, измельченное мясо утки, маринованные семечки арбуза, жареная мякоть миндаля, петушиные гребешки, тушеные грибы, заварной крем с миндалем, пряные моллюски, пудинг с птичьими гнездами, оливки и орехи, суп с цыпленком, вареная рыба, у которой извлечены кости, а мясо размолото, ледяные грибы, мозги желтой рыбы, семена водяной лилии, какие-то загадочные сладости, необычное печенье и пирожные, а потом снова чай. Помимо чая, подавали слабое сладкое вино, теплое и газированное, которое никто из нас не мог пить. Китайцы едят преимущественно пальцами, и вместо чашек для окунания пальцев служители подавали нам полотенца, которые предварительно окунали в горячую воду. Самое забавное, что из столовой посуды были только палочки из слоновой кости, и мы пытались ими пользоваться, пока Тун не заметил наши затруднения и принес сирийские ложки, отделанные золотом – кто-то из семьи Кай, несомненно, купил их в качестве сувениров, – и мы ими прекрасно воспользовались.
Дворец словно кишел евнухами. В процессии их было шестьдесят, но во дворце гораздо больше. Во время еды каждому из нас прислуживал евнух, а еще дюжина заносила блюда и уносила их. Все они были неизменно послушны и почтительны, но выглядели зловеще, и мы в их присутствии никогда не чувствовали себя спокойно.
Никто из людей Вай как будто не говорил по-английски, кроме Туна, да и тот говорил плохо, но утром к нам пришел сам главный евнух. Он спросил, не хотим ли мы осмотреть дворец и сад. Мы с радостью приняли приглашение.
Идя по коридору, мы миновали круглый изгиб, в котором висела великолепная шпалера с изображением Дракона Земли, окружившего кольцами женщину, которая тщетно старалась вырваться. Ужасные зубы чудовища были у самого полного отчаяния лица, и у меня сильней забилось сердце: я узнал шпалеру, за которой, по словам принца Кая, тайная дверь в его спальню.
Арчи и Джо тоже узнали, и я опасался, что их многозначительные взгляды заметит Вай-То, но он не знал об этом тайном проходе и спокойно прошел дальше по коридору.
Вскоре мы подошли к двери, украшенной сложной резьбой; над дверью была статуэтка рыбы из слоновой кости, с двумя рогами на голове. Перед этой дверью стоял сонный евнух, который поклонился нам, когда мы проходили мимо.
– Это вход в «Покои Рогатой Рыбы», царские апартаменты, – сказал Вай. – Мне жаль, что я не могу их вам показать, но вход туда запрещен для всех, кроме членов семьи Кай. Однако напротив «Покои Цветов Розы», и они достойны того, чтобы вы их осмотрели.
Мы посетили многие покои на втором этаже дворца и восхищались их великолепием и роскошью. Потом мы спустились по большой лестнице и осмотрели залы заседаний, царский обеденный зал и многие другие помещения, великолепие которых невозможно описать. Это богатство бронзы, картин, гобеленов и украшений поразительно; несомненно, все это столетиями собирали могущественные и образованные принцы Кай.
Из дворца мы вышли с противоположной главному входу стороны. Все пространство между главным зданием и многочисленными пристройками занимал роскошный цветник. Все это располагалось на холме, и множество красивых деревьев и причудливых кустов придавали особую прелесть этой сцене и давали тень. За цветником находились склады, дом ремесленников, дом художников, дом ткачей, кухни и квартиры слуг. Было также несколько очень красивых беседок и домиков в форме пагод, прохладных и очень соблазнительных.
На дальнем склоне холма мы увидели необычного вида пагоду: каменные столбы поддерживали крышу, крытую желтой плиткой и украшенную множеством вымпелов. Подойдя ближе, мы увидели, что внутри пагоды находится кольцеобразная решетка из прочных медных стержней, и в этом кольце – дюжина гигантских обезьян. Когда мы подошли, обезьяны начали издавать резкие крики, а, когда мы остановились перед решеткой, они принялись гневно трясти прутья, как будто хотели вырваться и разорвать нас на куски.
Никогда я не видел таких свирепых и страшных животных. Вай-То, который вначале низко поклонился, а потом молча стоял и смотрел на обезьян, объяснил, что это Священные Обезьяны дома Кай; о них почтительно заботятся, и у них есть свои слуги.
У обезьян была короткая серая шерсть и необыкновенно мощные конечности. Глаза яркие и свирепые, но в них виден ум. Я заметил огромного самца, который, по-видимому, был главарем стада. Он не хватался за прутья, как остальные, а сидел в центре клетки, слегка наклонив голову вперед и оскалив огромные зубы.
– Это обезьяна-царь, его зовут Фо-Чу, – сказал Вай, видя, что я смотрю на это страшное животное. – Он очень стар, говорят, ему не меньше ста лет, но его сила равна его возрасту. На моей памяти Фо-Чу совершил девять казней, но сколько всего людей он убил, я не могу сказать.
– А кто были его жертвы? – спросил я, содрогнувшись, когда жестокий взгляд царя обезьян встретился с моим взглядом.
– Обычно его служители. Но рассказывают о том, что Кай Ту Чай, устав от разногласий в своем гареме, открыл дверь клетки и подал руку Фо-Чу. Когда Кай Ту Чая нашли, он представлял собой груду обрывков, потому что царь обезьян слизал его кровь до капли.
– Какая ужасная смерть! – воскликнул я.
– Конечно, это сделало Фо-Чу еще более важным, – продолжал Вай с легкой улыбкой, – потому что в нем теперь содержится душа Кай Ту Чая. Поэтому он царь обезьян и самый священный из всех, потому что в нем живет дух предка дома Кай; люди
