мягко рассмеялся, будто признал победу за Натали. — Помню-помню. Обещаю исправиться, — Поль поднялся с кресла и отвернулся к окну, — иначе разорюсь.
Натали, воспользовавшись моментом, соскочила с кровати и принялась одеваться. Она ощущала смущение, несмотря на то, что ван-Эльст стоял к ней спиной и не мог её видеть. Но он ведь знал, что она всего в паре метров от него и почти раздета. Осознание этого факта, почему-то вызывало сильное волнение.
— Кстати, — произнёс он, пока она неловко возилась с пуговицами, — насчёт слуг. Хотел отметить вашу деловую хватку. Назначение Огюстена управляющим — блестяще. Я бы лучше не выбрал.
Натали застыла на мгновение. Комплимент прозвучал легко, будто и не был комплиментом. Но всё же… ей было приятно.
— Раз у вас такой талант к подбору персонала, — продолжил он, — предлагаю вам заняться наймом и остальных слуг. Совместно с Огюстеном.
Натали села на край кровати.
— Разумно ли это? Я здесь на пару месяцев, а вам потом с этими слугами жить.
— Я уже убедился, что в этом вопросе вам можно доверять. И потом, если мадам Боше пришлёт кого-то из своих соглядатаев попытаться попасть в Вальмонт в качестве слуги, он сразу же попадёт на собеседование к вам. И уже на этом этапе придёт к выводу, что наш брак более, чем реален, если вы как настоящая хозяйка занимаетесь наймом персонала.
Звучало логично. Переиграть мадам Боше ей хотелось не меньше чем Ван-Эльсту.
— Хорошо. Завтра же и займусь, — пообещала Натали.
Она пересела к столику. Лото уже было разложено: карточки, мешочек с бочонками, даже отшлифованные до блеска фишки — всё в готовности.
— Чтобы добавить азарт, предлагаю ввести приз, — сказал ван-Эльст, запустив руку в мешочек, чтобы перемешать бочонки.
— Приз? — переспросила Натали, ожидая какой-то подвох. В детстве они с подругами играли на “проигравший должен прокукарекать три раза”. Глупо и весело, но тогда ей было восемь.
— Мы можем договориться, что победитель получает подарок, — продолжил мысль Поль. — Пусть проигравший сам выбирает, что подарить победившему.
Натали задумалась. С виду звучало безопасно, но она продолжала подозревать, не кроется ли в его предложении какая-нибудь каверза. И если так, то чем она будет крыть?
— Тридцать восемь, — Поль вытянул из мешочка первый бочонок и огласил, какое на нём число. — Кстати, я уже знаю, что подарю вам, если проиграю, — добавил он как бы между прочим.
— Что?
— Один из ароматов моей новой коллекции будет назван в вашу честь.
Натали замерла. Её кольнуло — протяжно и неожиданно. В груди стало тепло. Мгновение — и весь её тщательно подготовленный сарказм испарился за ненадобностью.
В честь неё???..
Это был тот редкий момент, когда она не знала, что сказать. При всём своём скептическом отношении к Полю, по крайней мере, его талант к парфюмерии был для неё неоспорим. Она помнила аромат его духов, с простым, казалось бы, названием “Летние сумерки”. Его нельзя забыть. Он настолько необыкновенен, что Натали до сих пор до конца не верила, что его мог создать мужчина с репутацией холодного циника.
Они продолжили играть. Поль доставал из мешочка всё новые и новые бочонки. Натали везло. На её карточке оставалось меньше не заполненных фишками полей, чем на его карточке. Если ещё пару раз повезёт, то она выиграет.
— Кстати, я собираюсь приступить к работе над новой коллекцией уже завтра, — поделился ван-Эльст, видимо предчувствуя скорый проигрыш. — Вернее, начал уже сегодня, как только переступил порог Вальмонта.
— Здесь? — удивилась Натали. — В этом доме?
Он кивнул, не глядя на неё. Впервые за вечер — серьёзно.
— Есть здесь что-то… сложное. Слоистое. Как запах старого дерева, библиотечной пыли, осеннего ветра, — увлечённо начал рассказывать он. — Я не знаю, что именно, но что-то натолкнуло меня на новую формулу. Коллекция будет называться “Остановленное время”.
Натали замолчала. Он говорил с таким вдохновением — то быстро, то, наоборот, растягивая слова, словно исследуя их аромат — ей не хотелось перебивать. Его монолог длился несколько минут. А потом, он словно спохватившись, что слишком увлёкся и слишком открылся, усмехнулся и свёл всё к шутке.
— Видимо, это та самая легендарная сущность дома так подействовала на меня.
Натали улыбнулась. Будто оценила его иронию. Но на самом деле она улыбалась своим мыслям. Она больше не сомневалась, что сидящий напротив неё мужчина с пронзительно-насмешливым взглядом серо-голубых глаз и есть автор парфюмов, которые вызывают сумасшедший ажиотаж столичной публики. Сегодня он открылся ей с новой стороны. Она увидела не остроумного фехтовальщика с репликами-колючками, не светского ловеласа с блеском в глазах, а человека, который живёт своим делом. В нём было что-то стоящее. Тонкое. Искреннее. Настолько, что её даже пугали собственные чувства по этому поводу…
— Девятнадцать, — назвал он номер на очередном бочонке.
На этот раз повезло ему. Теперь на карточке каждого из них осталось всего по одной незакрытой цифре. Следующий ход с одинаковой вероятностью может принести выигрыш любому из них. Что если удача улыбнётся Полю? Тогда приз причитается ему. Какой — решать Натали, но она пока не знала…
ГЛАВА 26. Сквозняк и партия с неожиданным финалом
Поль запустил руку в мешочек с бочонками, чтобы вытащить очередной. Если выпадет нужное число, то он станет победителем. Другое число принесёт победу Натали.
Он не знал, чего хочет больше.
Она не сказала, какой может быть награда, если он выиграет. О, у неё есть много такого, что Поль мечтал бы заполучить. Но представляет ли его прелестная ”супруга”, какие женские подарки могут доставить удовольствие мужчине? Увы, но нет, даже примерно.
Сегодня она так очаровательно смущалась под его взглядом. При его появлении в комнате — почти паника. Этот порыв натянуть одеяло до подбородка… этот румянец, который её явно предавал.
И да, он заметил, как дрогнули её пальцы, когда она одевалась, пока он стоял, вежливо отвернувшись. Хоть и не мог смотреть — но слышал. Каждое движение.
Поля не отпускали мысли, что будь их брак настоящим, он пришёл бы к ней сегодняшней ночью, чтобы сыграть в гораздо более увлекательную игру, чем лото. Однако ж он подписал договор, в котором запрещены даже “особо пристальные взгляды”. Имей его милая “супруга” юридическую власть над его мыслями — запретила бы и их. Там, в своих мысленных фантазиях, которые сегодня разбушевались не на шутку, он позволял себе такое, от чего Натали не только бы покраснела…
Однако Полю пришлось унять свою фантазию. Он не хотел ещё сильнее смущать Натали, которая и без того смертельно боится любого знака внимания от мужчины.
