— А рыбу будешь жарить на обед? — подойдя ближе спросил я о животрепещущем своем желании побыстрее откушать обещанное ушепроглотное блюдо.
— А нету больше рыбы! — ответил мне дядя, гримасой подкрепляя свои слова.
— Как это нет?! — не верю его словам, думаю, что дядя шутить изволит. — Ты меня разыгрываешь?! — стараясь выяснить правду, возмущаюсь я.
— Честное слово! — бьет себя в грудь дядя, смотря на меня честными, но виноватыми глазами.
— Что-то случилось?! Она испортилась за ночь? Ты ее сжег? — не сдаюсь я и продолжаю допытываться.
— Нет! — качает головой дядя. — Ее кошки съели!
— Как так съели? — едва не плача произношу я.
— Очень просто! Кирпич с крышки столкнули и всю рыбу перетаскали! Я утром вышел во двор, а у них тут пир горой идет, сидят возле чугунка и нагло жрут твою рыбу, — рассказывает страшную правду дядя.
— И что ты с ними сделал? — интересуюсь я судьбой гадких кошек, мысленно представляя картину жестокой расправы.
— Одну по хребту успел огреть палкой, а остальные разбежались…
Вот так и не удалось мне тогда отведать улов со своей удачной рыбалки. С того памятного случая уже много лет прошло, а такой продуктивной рыбной ловли у меня больше не случилось. Если и выбираюсь на речку порыбачить, то всегда с опаской забрасываю удочку, до сих пор считая, что рыба, предчувствуя мое присутствие на берегу, откажется попадаться на крючок. Но в очередной раз, начиная эту игру в кошки-рыбки, тешу себя надеждой, что сегодня у меня будет рекордный улов, но, увы, счет пока в пользу хитрых рыб!
Туфля поэта
Как-то раз к нам в Домлит пришел известный и, если так можно выразиться, титулованный поэт, имя которого я называть не стану, чтобы случайно или косвенно не оскорбить этого человека, а буду в дальнейшем именовать героя этой новеллы загадочным К. Одет наш герой был подобающе своему высокому статусу — во все белое — рубашку, пиджак, брюки, и даже туфли были молочно-белыми! Но по пути с ним приключилась незадача — на одной туфле отстала подошва. И пришлось элегантного вида поэту неуклюже хромать, задирая вверх носок одной ноги. Но войдя к нам в кабинет, он старательно держался как всегда важно, с гордо поднятой головой.
— Марина! — немного повелительным тоном призвал поэт мою коллегу. — У вас нитки есть?
— А что случилось? — участливо поинтересовалась девушка.
— Вот, подошва отвалилась! — приподнимая ногу в разваленной туфле, продемонстрировал гость.
— Так вам клей нужен! — оценив увечную обувь, предложила Марина и начала производить поиски, но, не обнаружив искомого, поинтересовалась у меня:
— Виталик! А клей «Момент» ты не видел?
— Думаю, должен быть в той черной коробке! Но если его там нет — значит, он закончился, — ответил я и через мгновение добавил:
— Возьми вот пузырек с суперклеем! Этот надежней!
Приняв мою подсказку, Марина передала гостю клей и моток изоленты на всякий случай.
В это время как раз пришел Николай Иванович и, увидев собрата по перу, пригласил к себе в кабинет на аудиенцию. Мы же с Мариной продолжили свое рабочее бремя, на некоторое время позабыв про поэта.
Вскоре К. вышел из кабинета нашего начальника и направился ковыляющей походкой в конференц-зал. В руках он держал выданные нами материалы для ремонта.
Надо отметить, что К. очень консервативный человек, современные новшества не принимает, в связи с чем даже не имеет сотового телефона, предпочитает стационарный, возможно даже дисковый! Вспомнив эту его характерную особенность, я поинтересовался у Марины:
— А он таким клеем пользоваться умеет? К полу не приклеится?!
— Ага, приклеится! Будут у нас два писателя в зале стоять — бюст Грину и К.! — хихикнула моя коллега.
— Нет, не так! — развивая шутку, добавил я: — Представь, что ты ведешь экскурсию и говоришь: «Это у нас бюст всемирно известного писателя А. Грина, а рядом установлена туфля величайшего поэта К., случайно приклеенная им самим — на века!»
Оценив получившуюся шутку, мы с Мариной засмеялись в кулачки, чтобы нас не услышал поэт, в этот момент осваивающий сапожное дело.
Минут через пять К. вернул нам клей и, уже в починенной обуви, в привычном для себя амплуа, прошествовал горделиво-вальяжной походкой к выходу. Не подозревая, что благодаря нашей с Мариной фантазии мог увековечить себя не только в стихах, но и уникальным монументом, подобного которому нет на нашей планете!
Подарок судьбы
Собравшись в отпуск, я запланировал, что проведу все каникулы в расслабленной неге, загорая под южным солнцем и купаясь в теплом море. Но в процесс воплощения этого безупречного плана судьба внесла свои коррективы!..
Как-то так повелось, но в отпуск я обычно выбираюсь с большой компанией своих родственников. Вот и этот раз не стал исключением, я с семьей моего двоюродного брата отправился к берегу Черного моря — в Лазаревское! А что! Море, солнце, горы и курорты гостеприимного Сочи неподалеку! Что еще для счастья надо простому россиянину!
В общем, долго ли, коротко, добрались мы до вожделенного моря. И подражая большинству отдыхающих, принялись организованной стайкой посещать местный пляж и прогуливаться по достопримечательностям: то в дельфинарий заглянем, то отправимся на поиски дольменов на горной цепи, а иной раз и на экскурсию устремимся.
Большую часть отпуска все запланированное протекало по намеченному графику, погода была изумительная, солнышко пригревало, но не жарило, а вода в море располагала к длительным заплывам. Но в один из дней набежали кучные облака, затянули лазурную синь неба серыми кучерявыми тучами. А хлынувший холодный дождь разогнал отдыхающих и, заняв их места, повсеместно накрыл собой всю прибрежную полосу пляжей.
В это время, подозреваю, в мои стройные планы и вмешалась судьба, решив нарушить их «затянувшийся» ритм.
Казалось, в столь неблагоприятных погодных условиях отдых должен быть безнадежно испорчен. Но наша дружная компания не стала впадать в хандру и запираться по номерам в ожидании налаживания погоды, а предусмотрительно запаслась спонтанно купленными билетами на ледовое представление «Ромео и Джульетта» Ильи Авербуха. Ведь это так
