class="p1">Он улыбнулся.
– По правую сторону от тебя четыре ножа в кастрюле.
– Сколько времени? – спросил Манч.
Часы были только у Арсена.
– Шесть.
Шесть часов до полуночи – мое настроение разгонялось сильнее и сильнее. День Хапамы! Точнее, ночь Хапамы!
Нет, я серьезно говорю: если не придумывать себе такие маленькие радости – с ума сойдешь.
– Дав, дай мне пять минут, – сказал Манч.
Манч очень хорошо заботился о ране Дава – она даже вроде начала лучше выглядеть. Каждый день он промывал ее, перевязывал. Мы нашли кучу всего в доме Лекаря.
Тем временем я уже срезал верхушку тыквы и начал вытаскивать семена.
– А кто-нибудь смотрел «Человек, который спит»? – вдруг спросил Рус.
Я улыбнулся.
– Нет.
– Нет.
– Нет, брат, извини.
Ато и Манч присоединились:
– Нет.
– Ладно, – вздохнул Рустам и продолжил пялиться на нас.
Мне потребовалось около десяти минут, чтобы вытащить семена.
– Снимай куртку, – сказал Манч Даву, направляясь к нам. – Что происходит вообще? Один играется с тыквой, другой качается как сумасшедший, – повернул голову на Арсена. – Этот вообще массажирует ноги у стола! Мерзость! Ты готов? – повернулся к Давиду.
– Да, – сказал Давид, снял наконец верхнюю одежду и задрал рукав.
– Мы будем есть сегодня? – спросил меня Манч, срезая бинт с руки Давида.
– Надеюсь, да. Здесь будет теплее?
– Надеюсь, да.
Он начал обрабатывать рану.
– Манч.
– Что.
– Помнишь, видели животный жир в банке пару дней назад?
– Ага.
– Ты сказал, что можно сделать лампу из этого.
– Думаю, что да.
– Мог бы ты сделать для меня? Чтобы читать ночью? Со свечой сложно получается.
– Подумаю.
– Спасибо.
Темнело. Начал покрывать тыкву медом изнутри. Ребята стали играть в карты.
– Ноябрь уже наступил? – спросил Арсен.
– Скорее всего, нет, – сказал Манч.
– Я пытаюсь вести счет дням в своем дневнике, – ответил Ато. – Сейчас, скорее всего, конец октября.
Конец октября?!
– У нас что, Хэллоуин сегодня? – улыбнулся я.
Я даже не думал об этом, если честно. Всех это очень позабавило.
– Потом можем вырезать тыкву, – обрадовался Ато.
Ребята поддержали идею.
Все продолжили заниматься своими делами.
– Второго ноября два года, как мы встречаемся с моей девушкой, – неожиданно для всех грустным голосом произнес Арсен.
Все уставились на него.
– У тебя что, есть девушка? – удивился я.
– Ну да.
– Стоп, нет, не так. У тебя у одного из нас шестерых есть девушка?
– У вас что, нету?
Мы покачали головами.
Наступило молчание. Никто не знал, что сказать.
– Давайте отметим? – вдохновенно предложил Ато.
– Я приготовлю блинчики! – сразу сказал я.
– Мне кажется, я видел шампанское в доме Лекаря, – добавил Манч с хитрой улыбкой на лице.
Шампанское!
Меланхолия сразу же сменилась всеобщим оживлением. Очередное мероприятие на носу!
Спустя полчаса осматриваю тыкву. Готова. Я тоже готов.
– Коль, мне нужно с тобой поговорить, – прошептал мне со спины Манч.
Звучит не очень.
– Давай спустимся.
Еще хуже. Что случилось?
Спускаюсь по лестнице вниз. Манч стоит передо мной слегка встревоженный.
– Я только что слышал звук мотора в деревне. Тут азеры.
– И?
– Что «и»?
– Зачем ты мне это говоришь?
– Мы не будем готовить Хапаму сегодня.
Злость. Но я готов к обороне.
– То есть ты хочешь пойти обратно к ребятам и сказать им, что Хапамы не будет? Они весь день ее ждут.
– Да.
– Хочешь, чтобы мы всю ночь лежали там голодные в страхе перед воображаемым врагом? Ты же сам говорил, как важен боевой дух.
– Коля, одно дело – боевой дух, другое дело – идиотизм. Я не собираюсь умирать ради тыквы.
Мы спорили около двадцати минут. Я уперся. Сказал, что если он не пойдет, я пойду один. Манч, будучи превосходным другом и лидером, принял тот факт, что я осел, и пошел со мной.
Он сидел рядом с дверью (очень недовольный), пока я занимался готовкой. Очень красивый братский эпизод в моей памяти. И еще более красивый праздник жизни с дорогими мне людьми, когда Хапама была, наконец, готова!
Оглядываясь назад, понимаю, что я, скорее всего, был неправ. В то же время думаю, что иногда в жизни правильно делать неправильное.
Мне кажется, это важно. Критически важно. В любой жизненной ситуации. В любой. Жить! Радоваться! Есть ощущение, что в этом есть огромная сила.
Не позволить страху смерти подобраться слишком близко к сердцу.
Страх парализует. Убивает.
Нет. Лучше жить, пока живется, и продолжать надеяться.
Хмельной осматриваю ребят. Наш стол. Тыкву. Улыбаюсь.
Сама тыква так и не пропеклась нормально, но мы все равно ее съели. Зато рис был восхитителен! Очень вкусно с медом и яблоками.
Ну а после ужина, как и планировалось, мы вырезали на тыкве лицо, и у нас появился новый друг – Джек.
2
За первую неделю на крыше я прочитал две книги. Первая – «451 градус по Фаренгейту». Я ее уже читал в детстве, но почти ничего не помнил. Было забавно читать антиутопию в условиях, в которых я теперь оказался.
Вторая книга – «Раны Армении» Абовяна. Мне не очень понравился стиль письма, если честно. Вся книга – один сплошной тост. За русских. Роман повествует о событиях девятнадцатого века. Русско-персидская война. Жестокие набеги персов на армянские деревни (Восточная Армения была частью Персидской Империи). Сожженные деревни. Похищенные девушки. Безволие армянского мужчины на фоне этих событий. Восхваляется «христианский брат» – Россия – освободитель.
Читал и думал – как же здорово, что есть армия, что есть мы. Что есть государство. Какое-никакое государство. Какая-никакая армия. Как здорово, что наши женщины и дети могут засыпать в какой-никакой безопасности. Нашим прапрапрапрабабушкам и дедушкам о таком оставалось только мечтать.
Это свершилось! Ценится? Вряд ли.
Я бы на самом деле больше книг прочитал – тут особо больше нечего делать, – но во-первых, с наступлением темноты читать сложно, потому что у стола холодно. А лежа на матрасе, я не могу зажечь свечу – снаружи будет видно свет через многочисленные щели в крыше. Даже пришитые к стенам одеяла не помогают – все равно просвечивает.
К счастью, Манч отнесся серьезно к моей просьбе – и вот, сидя передо мной, уже просовывает нитку к основанию банки с животным жиром. Глядя на него, а еще на Ато с Давидом, я понимаю, что совершенно не приспособлен к жизни в экстремальных условиях. Практически бесполезен. Никаких практических навыков. Никакой смекалки.
Разве что готовить умею.
В принципе, это тоже неплохое умение, разве нет?
Эх, не знаю…
– Примерно так. Должно сработать. – Манч передает мне банку. – Есть зажигалка?
– Да.
Зажигаю. Горит.
– Я думаю, такой штукой можно еще согреваться. Если
