женщина. Твоя женщина.
Давид прикрывает глаза, с выдохом касается моих губ и делает движение бедрами. Назад. Вперед. И снова. Назад. Вперед и до конца.
Достает до матки, толкается сквозь пересохшие губы и задает сразу бешеный темп, четко имитируя его языком, почти насилуя мой рот, так же, как сладкое местечко, которое все сильнее заполняется влагой, из которого доносятся приятные, хлюпающие звуки.
Но мне мало, я хочу чего-то еще, смотрю в эти подернутые похотью глаза, прекрасно зная, что мы только начали, что он не намерен останавливаться и кончать так скоро.
Тяну руки к его ремню, и он с любопытством наблюдает, замедляется, и я вижу, как его пугает и удивляет моя инициатива.
Особенно, когда я снимаю с его брюк ремень и протягиваю ему. Вручаю как символ полной власти над моим телом. Душа пока принадлежит только мне.
Он почти выходит, елозит головкой по половым губам. Обвивает мою шею ремнем и затягивает жгутом.
Переворачивается, и я оказываюсь сверху, сидящей прямо на его члене.
— Помни про слово, — сдавленно шепчет он и натягивает меня на себя, как лошадь, двигая бедрами и заставляя скакать. И Боль в шее, потемнение в глазах только добавляют остроты, я прикрываю веки, свожу вместе свои груди и чувству, как от бешеного трения члена внутри влагалища новая волна оргазма приближается, как цунами, грозя смести под собой все моим чувства.
И вот Давид снова кидает меня на спину, тянет за ремень, закидывает ноги на плечи и трахает, трахает, трахает.
Жестко, остервенело, вбиваясь с силой молота в наковальне, пока не потерявшись совсем, он не кусает меня за нежную плоть груди.
Цунами накрывает меня волной, и я захлебываюсь в крике. Которому как зверь вторит он, толкнувшись последний раз, заливает все внутреннее пространство лона.
И я чувствую себя, как будто после выпитой бутылки шампанского. В голове гудит, тело пылает, но при этом мягкое и расслабленное.
Мне хорошо ровно до той секунды, когда сняв с меня ремень, Давид смотрит в глаза и говорит:
— Давай-ка поговорим.
Глава 31. Леша
(особу чувствительным рекомендую эту главу пропустить)
Спросил и сам понял, что идиот. Майя попыталась разлепить губы, широко раскрыв глаза и Давид тяжело вздохнув, осознал, что разговор придется отложить. Поэтому подняв на руки взвизгнувшую девушку, он понес ее в ванну, лег сам, положил на себя несказанно удивленную девушку и включил воду, ощущая как сердечко бьющееся в груди Майи раненной птичкой, затихает.
Он не видит выражения ее лица, но почему то чувствует что улыбается. Иногда в голове его мелькает сходство с его двоюродной племянницей, которой он чуть не увлекся, но во время понял, что Василиса слишком своенравна и поразительна непослушна.
Ей больше нравилось жить в студенческой общаге чем радоваться жизни в многокомнатном лофте. Все что она у него взяла, что помощь при поступлении.
На конкурс было более ста человек на место. Майя же была кроткой, ему это нравилось, нравилось, что она хотела его слушаться и тогда он сможет полностью подчинить ее себе. Научить получать удовольствие и от более извращенных удовольствием, он уже представлял как подвесит ее тело на цепи, подключит в клитору вибратор, заставляя кончать снова и снова и при этом трахать узкое горло. Чувствовать как яйца заливают слюной, а сперму заливать в рот.
— Сегодня мы поспим, а завтра поговорим обо всем.
— Что именно вы хотите спросить?
— Так Майя, давай условимся. здесь я Давид, ты можешь общаться со мной на ты, но в мягкой комнате, я для тебя….
— Хозяин, — тут же подхватила Майя и расслабленно откинулась на твердую мужскую грудь, пока ее собственную уже омывала вода, поднимала наверх, как два соблазнительных буйка.
Давид сжал их руками, чувствуя острые соски и поцеловал свою девочку в шею, зализывал краснеющие полосы от ремня, чувствуя как возбуждается снова от одной мысли, что такие же полосы будут по всему телу его сабы.
— Хочу знать, как получилось, что ты осталась девственницей, но при этом находилась в борделе….
— Давид, я…
— Замолчи. Еще ты утверждаешь, что у тебя был один мужчина. И запомни, если соврешь или откажешься говорить правду, та порка, которую я устроил, покажется тебе детским развлечением.
Знал бы он, о чем в том момент думает майя.
Знал бы он о чем в том мент думает Таня. Блондинку как раз трахали в задницу, которая уже горела от шлепков.
Она привыкла сама управлять мужчинами, ставить их на колени, а тут с коленей не вставала она, уже который крича от боли, от того как член разрывает её анальное отверстие. И это бы еще ничего, если бы не ее сосках, не болтались прищепки, а груди не были перетянуты веревкой от чего они почти синели.
Но Леша был доволен, он рычал от счастья, вторгаясь именно в женский зад, тиская именно женские сиськи, и даже трахал найденным резиновым хером, рот.
Ему нравилось слышать крики, мольбы, он кайфовал от этого, как кайфовал когда-то от миленькой девушки Майи.
Ему нравилось растягивать руками ее тугую попку, впихивать туда огромный огурец и слышать, как она визжит от боли, а еще ему нравилось смотреть ей в глаза, полные слез и трахать рот.
Щелку, то самое, что он хотел больше всего он оставил на потом. Она сама виновата. Ходила крутила задницей на шесте как шлюха, вгибалась, но каждое прикосновение его члена к ее попку или бедру, мягко отстранялась и говорила что е нужно закончит школу, что е нужно поступить, что она еще не готова что у нее месячные, и еще куча тупых бабских отмазок.
Если бы не Таня, чей рот стабильно пополнялся его спермой, он бы трахнул целку давно, но терпел, ждал ее как идиот.
А она сука оказывается дрочила на свои извращенские рассказики.
Так он пошел в интернет и посмотрел видео, чтобы знать, что такое настоящее БДСМ и показал ей.
