– И что для этого нужно сделать?
– Задать вопрос, на который он сразу сумеет ответить. Тогда он посчитает, что умнее тебя.
– Да… но это вроде как слишком по-девчачьи, – засомневалась Дилли.
– Нет. Это вовсе не из серии «девочки – дурочки, мальчики – умницы». Это позволит надеть ему шоры на глаза, убаюкать ощущением ложной безопасности. Таким образом ты втираешь бедняге очки, что, конечно, несправедливо, поскольку у тебя на руках все карты, потому что ты девочка и к тому же Демпси, но что поделать, не повезло парню.
– Считаю. Раз – улыбка, два – «да», три – превосходство.
– Теперь ему хорошо в твоем присутствии. Но тебе нужно закрепить успех, – продолжал Дэви. – Пункт четыре – мелкие подарки. Вроде комплимента или половины шоколадки, оставшейся от завтрака. Что-то, что заставит его считать, будто он в вашем дуэте главный.
– Ла-адно, – сконфуженно протянула Дилли.
– И наконец ты наносишь смертельный удар. Пункт пятый: проси все, что хочешь, но делай это так, чтобы он думал, будто ты делаешь ему одолжение, принимая желаемое.
– Прежде всего мне интересно узнать, нравлюсь ли я ему.
– Переведи это в нечто более конкретное. Хочешь, чтобы он повел тебя в кино? Проводил домой? Подарил свою бейсболку? Что именно?
– Хочу ему нравиться, – упорно твердила Дилли.
– Возможно, так оно и есть. Ты малышка симпатичная. Но это слишком расплывчатая цель. Постарайся обозначить ее точнее. А сама тем временем попрактикуйся на других людях. Только не на тех, кто носит фамилию Демпси.
– Джейми Баркли, – произнесла Дилли.
– Можно и на ней, – одобрил Дэви. – Только не заходи слишком далеко. Если не сработает, не дави. Остановись. Найди другой способ и другой день. Только ничего не говори Джейми Баркли. Это подходит только для Демпси.
– Верно! – оживилась Дилли. – Я люблю тебя, Дэви.
– И я тебя. Если же ты все-таки потерпишь с этим парнем неудачу, я могу задать ему трепку. Исключительно ради тебя. А теперь дай мне поговорить с твоей мамой.
– Ее нет дома. Она на собрании, – сообщила Дилл.
– Ладно, передай привет от меня. Скажи, что я в порядке и позвоню на следующей неделе.
– Она расстроится, что не поговорила с тобой. Так что лучше оставь свой номер. Только не сотового. Ты всегда его отключаешь, и она из-за этого ужасно бесится. Где ты сейчас живешь?
– Только не это, – взмолился Дэви, представив Софи, беседующую с Тильдой. – Скажи, что я отказался дать его тебе.
– Думаю, сойдет, – немного помолчав, произнесла Дилл. – Так и слышу, как мама говорит: «Никаких проблем, я готова поверить ему, потому что он никогда мне не лгал».
– О-очень смешно, – ухмыльнулся Дэви. – Передай, что я скоро заеду.
– Ты к нам приедешь?
– Угу.
– Здорово! Сможешь научить меня еще каким-нибудь интересным штучкам. Ничего подобного в школе не узнаешь.
– Еще бы!
– Жаль, что никому нельзя говорить, но я буду молчать, потому что ты прав. Ты всегда прав.
Дэви покачал головой и рассмеялся.
– Ты что? – невинно спросила Дилли.
– Я же предупреждал, не дави! Но для первого раза не так уж плохо. Ты перешла к четвертому, пункту, прежде чем я сообразил, в чем дело.
– Легко! – самодовольно объявила племянница. – И я почти узнала твой телефон.
– Не обольщайся. Ты пока и близко не подступила. И все не так просто. Если не будешь выполнять последовательно все пять пунктов, ничего не получится. Ты слишком торопишься и не думаешь о своей мишени. Так, значит, я всегда прав? Это уже чересчур.
– Эх, нужно было расписывать, какой ты классный!
– Охо-хо, – вздохнул Дэви по-стариковски.
– Нет, правда здорово, – уверяла Дилли. – Только боюсь наделать ошибок. То есть я и сама пойму, если напортачила, но ты должен объяснять, где и что именно я сделала не так, вот как сейчас.
– Дилл!
– Что, дядя Дэви?
– Я же сказал: брось все попытки, если видишь, что мишень что-то заподозрила. Я не дам тебе своего номера, чтобы ты могла звонить мне якобы ради мифических советов. И я передумал – не говори матери, что я звонил. Мы с тобой не разговаривали. Выброси все из головы.
– Что именно? – хихикнула Дилли и повесила трубку.
– Интересно-интересно, – раздался голос Тильды. Дэви, все еще сжимая сотовый, обернулся. Она маячила в дверях. – И с кем это вы беседовали?
– С племянницей, – буркнул Дэви, выключая телефон. – Подслушивать неприлично.
– Сколько же лет этому ребенку?
– Двенадцать.
– И чем же вы зарабатываете на жизнь, позвольте спросить?
– Торговлей. А как дела в подвале?
Улыбка, как по волшебству, исчезла, и Тильда снова напряглась.
– Только что подъехали Мейсон и Клеа. Не могли бы вы поторопиться? – Она нетерпеливо посмотрела вниз. – Хотелось бы поскорее покончить со всем этим. И выставить вас за порог.
Дэви сунул телефон в карман пиджака и спокойно сложил руки на груди, не сводя взгляда с Тильды. До чего же похожа на жука! Его обуяло старомодное желание сорвать с нее очки и объявить: «Мисс Гуднайт, да вы настоящая красавица!» Но он поостерегся: скорее всего, она просто вывернет ему руку или сломает ребра и отнимет очки, прежде чем он успеет закончить фразу.
– Что это вы затеяли? – вдруг встревожилась она. Кроме того, она вовсе не красавица. Вот ее сестра Ив, та…
– Не могли бы вы…
– Бетти, – перебил он, – я украл для вашего семейства одну картину и готов помочь украсть другую, хотя лично мне это совершенно ни к чему, у меня и своих проблем по горло. Поэтому я просил бы тебя на время забыть о своей враждебности. Это раздражает и, откровенно говоря, утомляет.
Тильда глубоко вздохнула, и морщинка у нее на лбу мгновенно разгладилась. Дэви никак не удавалось найти слова, чтобы описать все происходившие с ней превращения, но наблюдать за этим было определенно забавно!
– Вы правы, – неожиданно согласилась она и уселась на кровать рядом с ним, всколыхнув матрац. – Все это сводит меня с ума. Ненавижу полагаться на посторонних людей даже ради собственного спасения. Ненавижу просить и приставать, ненавижу; и все-таки стоит вам появиться, как у меня возникает новая просьба.
– «Приставучая» – вовсе не то слово, которое приходит па ум, когда смотришь на тебя, – заметил Дэви.
– Поэтому я и срываю на вас злость. Вы этого не заслужили и поэтому извините меня. Нет, честно, мне очень стыдно.
Дэви кивнул, ошеломленный ее честностью, не говоря уже о близости.
– Принято.
– И я ненавижу воровство, – жалобно вздохнула она.
– Видите ли, я всегда считал, что если все сделать правильно, даже вооруженному грабежу совсем не обязательно быть неприятным испытанием, – Она уставилась на него как на сумасшедшего, и Дэви добавил: – Это цитата из фильма. «Тельма и Луиза».
