еще больше информации от Српарра.
– Он уже продемонстрировал диаграммы?
Надя покачала головой.
– Нет. Он говорит, что он не техник и что это не его поле деятельности. А детали слишком запутаны, чтобы их передавать через коммуникатор.
– Тогда мы находимся там же, где были месяц назад. Огромное количество заводов во всем мире строит компоненты для оружия оинов, а жизненно необходимые цепи, чтобы оно работало, находятся в руках оинов. Оины не открывают свои секреты и блеттеры ведут себя подобным же образом.
– Должен же существовать какой–нибудь путь, чтобы преодолеть это состояние…
– Согласен. Но какой? Береги голову, я собираюсь поворачивать.
– Это, как вы говорите, шестидесятичетырехдолларовый вопрос.
Надя наклонила голову, пока он разворачивал над ней румпель. Парус обмяк, потеряв на некоторое время ветер, затем снова наполнился на новом курсе.
– Сегодня состоится конференция, – сказал Роб. – Первая встреча различных исследовательских групп. Я буду присутствовать в качестве наблюдателя и вручу послание от имени нашего народа. Вот почему мне надо было встретиться с тобой, узнать, имеется ли какой–нибудь прогресс у вашей стороны.
– Ничего сколь–либо технически значимого или значимого с разведывательной точки зрения. Я либо присутствую, когда Српарр дает интервью, либо прослушиваю магнитную ленту позже. Все, о чем он говорит, абсолютно верно. Идентично переводу, который он дает нам. Я начинаю подозревать, что если бы мы были так же подозрительны относительно блеттеров, было бы не так уж плохо.
– На основании каких улик? Они знают, что мы работали с оином и могли изучить их язык. Они, возможно, ведут очень умную игру. И ты слышишь другую сторону, расположенную там, на Луне?
– Нет. Српарр надевает какие–то наушники. У нас не получается даже записать сигнал.
– У нас тоже. Они могут говорить нам, что угодно. Мы снова поставлены перед необходимостью верить на слово, без каких–либо твердых доказательств. Есть ли еще что–нибудь, что можно вставить в рапорт?
– Только то, что мы снабжали их лунную базу атомным сырьем. Возмещаем энергию, истраченную в их операциях. Это все.
– Умное замечание сделано. У меня есть время для ленча перед тем, как я сяду в самолет. Присоединишься?
– Нет. Я хотела сказать, спасибо. Я не сержусь на тебя сегодня, Роб. Во всяком случае, именно сейчас. Я только хочу насладиться возможностью побыть одной. Подумать. Я по уши была занята работой с людьми, засиживалась допоздна. Если ты дашь мне быстрый урок, как обращаться с этой каракатицей, я останусь в ней до конца дня.
– Это легко сделать.
К тому часу, когда инструктаж был закончен, ему едва хватило времени, чтобы одеться и добраться до аэропорта. Он с жадностью проглотил гамбургер и поспешил наружу к поджидающему его военному транспорту.
Полет был непродолжительным, и когда самолет коснулся земли на Лоури Хилт, военный эскорт уже ожидал его. Роб взглянул на виднеющийся на горизонте Денвер. Сержант за рулем обратил внимание на это и выплюнул большой комок табака на бетон.
– Вы не сможете ничего отсюда увидеть, полковник, – сказал он. – Но они до сих пор вывозят оттуда тела. Не думаю, чтобы там приятно пахло. Люди, собаки, кошки, птицы, все–все сварились, взорвались и умерли.
– Мы отомстим за это, сержант. Я не могу вам сказать, почему и как, за исключением того, что отомстим.
– Приятно слышать это, сэр. – Голос сержанта был флегматичным, спокойным. – Ребята подогреты, хотят сделать что–нибудь. У вас будет огромное количество добровольцев, если они вам понадобятся.
– Я надеюсь, что понадобятся.
Путешествие проходило в четыре этапа: по земле и по воздуху. В течение двух последних этапов Робу были завязаны глаза. Из–за всех этих предосторожностей он опоздал и был последним, кто добрался на встречу. Он скользнул в кресло, когда конференция уже началась.
– Вначале я хочу попросить отчета у команды Ньюфо, так как их работа представляет интерес для всех нас.
Большой холл для конференций был наполнен эхом и почти пуст. Несколько дюжин ученых, присутствующих здесь, разместились в первых рядах. Профессор Тиллштен находился на кафедре, но он потеснился, когда туда взошел доктор Ликофф. Окон в комнате не было по той причине, что она была выдолблена в сплошном монолите, в Скалистых горах. Это была часть большого военного комплекса, который ученые на время заняли. Доктор Ликофф разложил большую кипу бумаг на трибуне и прочистил горло.
– Леди и джентльмены. У меня здесь предварительный отчет о том, что обнаружено нашей командой в корабле чужаков в городе Нью–Йорке. Первый осмотр показал, что все приборы в кабине управления были отключены от источника питания, что соответствует тому, что сделали оины, когда привели в действие органы управления в присутствии наших наблюдателей. Таким образом, мы продолжаем попытки разобрать и исследовать различные части аппарата. Вначале процесс шел медленно, так как монтаж и крепления оказались неизвестных для нас типов. Специальные инструменты, сконструированные нами для этого, помогли при демонтаже. Все попытки изучить отдельные части аппарата провалились, и дальнейшие тесты дали возможность узнать, что все аппараты и приборы подверглись сильной перегрузке и выгорели внутри.
По аудитории прокатился ропот тревоги при этом заявлении, и Тиллштен поднял руку, призывая к тишине.
– Вам известно, что стало причиной этого? – спросил он.
Ликофф кивнул.
– Посмотрев на прошедшие события, можно понять, что все очевидно. Когда Хес'бю вошел в кабину управления, некоторое количество приборов функционировало. Когда он деактивировал бомбу, то, очевидно, замкнул и уничтожил часть аппаратуры. Это согласуется с последующими попытками препятствовать нам в любом понимании технологии чужаков.
Ликофф перевернул страницу в записях и продолжал:
– Затем мы провели доскональное исследование аппаратуры? Но в основном все было уничтожено. Как бы там ни было, мы изолировали то, что кажется главным управляющим узлом и установкой питания. Оба эти узла сконструированы из материала, физически сходного с металлом, но с некоторыми необычными характеристиками. В основном мы не можем приблизиться к разрешению разгадки вещества. Мы не можем разрезать его, просверлить и также провести его химический анализ. Это, как вы понимаете, наше главное препятствие. Во всяком случае, анализ источника питания показал, что топливом служит радиоактивное вещество. Если только экран не повлиял на результаты исследований, то это изотоп урана – уран–235. На данный момент – это предел наших знаний.
Профессор Тиллштен поднял руку, чтобы прервать шумную дискуссию.
– Пожалуйста. Комментарии последуют за финальным рапортом.
Принимая во внимание природу рапорта доктора Ликоффа, я изменил наш порядок выступлений, и по требованию мистера Делгаарда, предоставляю ему сделать краткий комментарий.
Высокий датчанин медленно поднялся с кресла и повернулся лицом к собравшейся аудитории.
– До тех пор, пока не закончились доклады, необходимо сказать, что
