мы производим некоторое количество компонентов по всему миру для дальнейшей пересылки на антарктическую базу. Доставка этих компонентов была задержана из–за экстренного приоритета транспортировки. Как мы знаем, оружие зашиты получает энергию из урана–235. Оины сообщили, что большинство его было истрачено в течение первого обстрела крепости, перед тем, как она достигла Луны. Из–за этого большое количество крайне необходимого и очень сильного источника энергии, изотопа урана, сейчас на пути туда.
– Нс заставляйте меня повторять, – сказал Тиллштен, перекрикивая голоса в зале. – Мы обсудим эти сообщения после того, как будут сделаны все доклады. Следующий докладчик – доктор Хайзерман. Он производил анализ оружия оинов. Доктор Хайзерман рывком запрыгнул на возвышение, держа руки в карманах пиджака.
– Я не принес с собой бумаг, – сказал он, – мой рапорт будет кратким. Мы имеем в наличии образцы всех компонентов, которые сейчас производятся на многочисленных заводах. Используя фотографии, сделанные на антарктической базе, мы собрали одно их этих орудий. Части великолепно подошли друг к другу. Внешне то, что мы собрали, выглядит, как одно из этих орудий. Но оно не функционирует. В основном, это прекрасно настроенные антенны для передачи на фиксированной частоте. Электронное нутро отсутствует. Итак, мы можем только предполагать, что они начинили их сами. Без их компонентов то, что мы сейчас имеем – ничто, кроме очень дорогостоящей кучи хлама…
Внимание Роба было отвлечено кем–то, кто нагнулся и быстро зашептал ему в ухо:
– Полковник Хейвард?
Роб повернулся и кивнул юному офицеру, который скользнул в соседнее с ним кресло.
– Вас просят на коммуникационную линию, сэр. Следуйте за мной.
Они прошли через три поста вооруженной охраны, предъявили удостоверения личности и вошли в комнату связи.
– Очень необычно, – сказал офицер–шифровальщик. – Сообщение исключительно для вас. Оно сейчас в машине. Если вы нажмете на эту кнопку, то получите его на экран. Нажатием вот этой кнопки вы сотрете его из памяти. Я выйду.
Роб ждал, пока не услышал, что дверь закрылась, затем включил компьютер.
Зажегся дисплей.
«СРОЧНО ПРИБУДЬТЕ В ВАШИНГТОН. ОБЪЕДИНЕННАЯ ВОЕННАЯ СТАВКА ПРИНЯЛА РЕШЕНИЕ. НЕМЕДЛЕННАЯ ВООРУЖЕННАЯ АКЦИЯ. БЕНИНГТОН.»
13
План боя
В комнате было только четверо. Роб знал генерала Беллтайна. Но два русских офицера были чужими. Генерал, седой и полный, с традиционными акрами «фруктового салата» и медалей, ниспадающими с его серого кителя на выпуклость живота. Молодой майор представлял собой нечто совершенно другое. Он был приблизительно одного возраста с Робом. Суровый и хорошо сложенный. Несомненно, боевой офицер, если декорации на груди значили что–нибудь. Значки «Меткий стрелок» из разного оружия, крылышки парашютно–десантных войск… Размышления Роба были прерваны, когда генерал Беллтайн тихо кашлянул, затем перевел разговор в деловое русло.
– Я хочу начать с представления вас, джентльмены. Затем я объясню, почему мы собрались здесь. Я генерал Беллтайн и я осуществляю контроль за полковником Робертом Хейвардом, офицером, сидящим слева от меня. Напротив меня генерал Соболевский. Его адъютант – майор Кирилл Данилов. Эти два офицера работали вместе в прошлом, точно так же, как я работал с полковником Хейвардом. Сейчас, позвольте мне сказать вам, почему мы все здесь.
– На последней встрече Объединенной Ставки мы приняли ваш первый отчет о возможной цели боевой ситуации. Цель появилась, благодаря указаниям, которые мы приняли от блеттеров. Как вы, несомненно, поняли, мы продолжаем взаимодействовать с оинами на антарктической станции, как будто до сих пор находимся с ними в союзе. Они не знают о нашем контакте с блеттерами на Луне, как, впрочем, они не знают, что мы поддерживаем с ними связь через посредника в Сибири. Блеттеры, в свою очередь, не знают, что мы стали менее искренни с ними. Каждый, кто имел дело с этими чужаками, считает, что и они не особенно правдивы с нами. Поэтому, каждое сообщение, которое мы принимаем от них, анализируется и воспринимается с различных точек зрения. Я позволю генералу Соболевскому объяснить, что случилось с тех пор, как ему поручили операцию связи с представителем блеттеров – Српарром. Генерал…
– Благодарю вас. Многие из посланий, которые мы направляли блеттерам, предназначены для того, чтобы вытянуть ответы для анализа. Мы предположили прекратить снабжение изотопами урана оинов. Но они посоветовали нам не драть этого, так как это может вызвать подозрения. Мы предложили провести различные операции, которые возможны, чтобы извлечь информацию от оинов, и эти предложения обычно принимались на рассмотрение. Как бы там ни было, мы предложили маленькую операцию на антарктической станции. Одно время, когда корабли оинов отсутствуют, количество оинов там немногочисленно – шесть или семь. Мы предлагаем быстрый рейд в поисках информации, затем уничтожение оинов после допроса. И избавление от улик, чтобы все напоминало случайный взрыв.
Генерал посмотрел на остальных офицеров и холодно улыбнулся.
– На этот раз мы получили очень положительную обратную связь. Српарр был ошеломлен. Он сказал, чтобы мы никогда ни под какими обстоятельствами не пытались атаковать оинов на антарктической станции.
Улыбка его стала шире.
– Поэтому, конечно, мы немедленно занялись планированием операции.
– Пожалуйста, извините, что перебиваю, генерал, – сказал майор Данилов. Его английский был столь же правилен, как и у генерала. – Но я боюсь, что здесь вы потеряли часть логики рассуждений. Почему необходимо сделать именно наперекор им? Нельзя ли принять но внимание совет блеттеров и все тщательно взвесить?
– Я позволю Робу ответить на это, – сказал генерал Беллтайн. – Он был в близком контакте с обеими группами чужаков и знает о них гораздо больше, чем любой из нас.
Роб согласно кивнул.
– Да, это так. И поэтому я согласен, что это может быть единственным правильным решением. Мы вынуждены работать в темноте с тех пор, как началась вся эта заварушка. Мы пытаемся отсортировать ложь от правды. До этого по любому поводу мы принимали утверждения, которые были противоположными у обеих сторон. Это подразумевало, что одна из этих групп лжет, а мы не знаем, какая. Каждая группа настаивает, что потерпевший аварию корабль принадлежит не им. Каждая возлагает вину за уничтожение наших городов на другую. Каждая утверждает, что захватчики – не они. И так далее, и тому подобное. Если вы исследуете записи, вы обнаружите, что они не соответствует в каждом отдельном пункте.
– За исключением одного, – сказал майор Данилов, кивая в знак того, что все понимает. – Оины, конечно, не хотят быть атакованными на антарктической базе, и блеттеры советуют не делать этого. Это может означать, что там что–то есть. Кое–что, о чем, по их мнению, мы не должны знать. Что, в свою очередь, подсказывает, что мы должны атаковать и выяснить, в чем дело.
– Совершенно верно.
